В радионебо! К радиозвездам!

Три года назад, к пятидесятилетию первого полета человека в космос, я делала много интервью с самарскими «космическими первопроходцами», и сегодня хочу рассказать притчу по теме.

В ходе бесед несколько человек упоминали о взрыве на старте 14 декабря 1966 года, серьезнейшая нештатная ситуация, являлись её свидетелями. Как все было: во время пуска ракеты происходит аварийное выключение двигателя, само по себе оно к серьезным последствиям не приводит. Наблюдающие за стартом выходят из бункера, идут к ракете, совершать осмотр, разбираться, выискивать причины отбоя. Выявляют, что на одном блоке произошел прогар наружной обшивки хвостового отсека, принимают решение сливать топливо, ракету не запускать, и проходит четырнадцать минут.

Проходит четырнадцать минут, автоматика дает команду на отстрел корабля — аварийное спасение космонавтов, эта команда испытывалась впервые и была не отлажена. Капсула отстреливается, парашют выходит, остаток ракеты мгновенно загорается и начинается большой пожар. Огонь гудит, кругом топливо в баках в космическом количестве, и надо бежать. Люди отбегали, как можно дальше, куда успеют. Через пару десятков секунд ракета взорвалась. Старт разнесло в бетонные клочья.

Погиб один человек. Непосредственная служба его проходила на старте, и он знал разные ходы и выходы, потайные дверцы, и решил, видимо, что надежно укроется там, как в подземном убежище. То ли потаенная дверца была закрыта, то ли он просто не рассчитал своих сил и не успел до нее добежать. Погиб.

А если бы помчался, не думая лишнего, вместе со всеми – остался бы жив. И вывод тут вроде бы напрашивается такой, что иногда именно думать – лишнее. И надо так: дают – бери, бьют — беги. У военных вообще это очень принято, а они все-таки обучены умирать в крайних случаях.

А может быть, эта притча о том, что ни одна звездная дорога не устлана розами, а вот взорванными телами — всегда.

Каждый день космонавтики у меня такое настроение – философическое, и хочется красиво резюмировать и подводить итоги. Как правило, сделать это не позволяют обстоятельства. Например, дочь. С утра она стояла на сложно составленных табуретках и рылась на антресоли. Судя по тому, что на ее голове была моя кожаная шляпа, она разыскивала подходящий шейный платок.

— Дочь, — сказала я радостно, — а ведь сегодня – двенадцатое апреля!

— Да, — ответила дочь из-под потолка, — пойдем вечером в «Сашу» на BBTEL .

— Какой еще BBTEL, — сказала я, — день космонавтики! Ура!

День космонавтики для нашей семьи — праздник особенный, и как же ему быть не особенным, если вся наша семья в разное время заканчивала Аэрокосмические университеты.

— Прямо так-таки и «ура», — качнула кепкой равнодушная дочь, спрыгнула с табуреток и закрылась в ванной

Ох, уж эти новые дети! Они не мечтали стать космонавтами. Стать инженерами-механиками они мечтают не особенно. А ведь это – очень романтические специальности, инженер и космонавт. Взять хотя бы радионебо. Коротко объясню: наблюдать за космосом можно в оптический телескоп, а можно — в радиотелескоп. Он будет улавливать радиоизлучения, поступающие из космоса. И можно увидеть радионебо, совсем другое небо. Не похожее на то, которому человек привычно грозит кулаком, или возносит благодарности. Огромное радиосолнце — раз в десять больше солнца по диаметру, причем не одно, а целых три, включая Кассиопейское и солнце созвездия Лебедь. Все светится в радиолучах. Сияет Млечный Путь. Радиолуна, правда, выглядит малопривлекательно. И фаз у нее не бывает.

Очень меня это радионебо радует, как инженера-механика, как женщину и как мать. Хочется иногда подпрыгнуть и улететь. В радионебо. К радиозвездам! У космонавтов это получается, и даже без прыжков.

В радионебо! К радиозвездам!”: 1 комментарий

  1. Опять у Коршунова заголовок слямзили, Наталья Апрелева, и не извинились.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *