О досаде

В Москве прошел первый съезд Добровольческого движения «Народного фронта» в поддержку флота, армии и ОПК.

Детище господина Рогозина – националисты, патриоты, казаки, военные, настоящие и отставные, рабочие и ОПК – все должны объединиться, добровольно, стать плечом к плечу.

А еще надо нам повысить престиж армии, сообщить ей грубую силу и патриотизм поднять, для чего ввести в школе обязательную военную подготовку – вот ведь как! Здравствуй, ОСАВИАХИМ и ДОСААФ – все должно быть быстро и зажигательно.

В уме господина Рогозина я никогда не сомневался – все у него вовремя и по команде. Остальные… ну, наверное, они тоже понимают – что и ради чего.

И Путин уже это дело приветствовал – это тоже очень хорошо, главное – ко времени.

Можно теперь по порядку.

Наверное, многие, кто сейчас говорит о военной подготовке в школе, ее никогда не проходили, а вот я проходил, а потом я проходил подготовку в училище – курс молодого бойца и все такое прочее.

Могу сравнить, и, сравнив, могу сказать, что подготовка к армии в школе – полная чушь. Занятия физкультурой – бег, перекладина, ориентирование на местности – это еще куда ни шло, а вот военная подготовка – жуткая чушь, не имеющая ничего общего ни с воспитанием, ни с патриотизмом.

Вот отвратить от патриотизма она еще способна, а воспитать его – нет.

Патриотизм воспитывается примером и заботой, пестованием.

Но примеры могут быть разными. Семья, учитель в школе, полицейский на улице – это все пример. Отрицательный – в том числе. И пример этот точно воспитывает – как патриотизм, так и непатриотизм. И воровство ближнего воспитывает, и человек делает правильные выводы – или ворует или нет.

В последнем случае примирить его с ворами никогда не получится.

Национализм – я видел его во всех видах. Вывод только один – в конечном итоге – это ограбление собственного народа.

Теперь поговорим о казаках. Если речь идет об ополчении, то это может иметь хоть какой-то смысл, если о простом переодевании – то нет.

Об армии – тут говорить можно очень долго. Сейчас в армии нет командира – сержанта и офицера. Это мое убеждение основывается на том, что в армии у нас правит дедовщина. А если это так, то у нас нет армии. Подразделение с дедовщиной должно быть расформировано: виновные отданы под суд, командиры уволены в запас без содержания, а солдаты срочной службы начинают службу заново – с курса молодого бойца. Иначе никак.

Обмундирование армии – легкое, прочное, теплое. Есть оно у нас? Нет.

Есть, наверное, красивое. А воевать мы будем в легком, прочном, теплом.

А красивое надо сдать. В секондхенд.

Оружие – тут тоже можно рассказывать и рассказывать.

Кратко: наше оружие, вооружение может быть и очень хорошее, но это даже не вчерашний день – это позавчерашний. Годится оно только для войны с сомалийскими пиратами. Солдат современной западной армии рядом с нашим солдатом по вооружению (и вооруженности) выглядит, как космический десантник, готовый встретиться с инопланетянином.

И еще о подготовке офицеров и сержантов хочется сказать несколько слов – это особенные люди, требующие особого к себе подхода, содержания, постоянного внимания, тестирования – можно перечислять и перечислять. И опять – для воспитания офицера и солдата нужен пример.

Воры-командиры – это плохой пример. А то, что командир ворует, знает каждый солдат. От солдата не скрыться. Ни в чем.

Он видит некомпетентность, слабость, трусость.

Солдатская молва всегда точна. Она не знает пощады и время над ней не властно. Память солдатская очень прочна. Любовь солдата – высшая награда для маршала.

Что можно сделать с нашей армией на настоящем этапе? Поменять к ней отношение у всех самых высших государственных мужей – оно у них сейчас легкое, полупрезрительное. А за образец организации я бы на сегодня взял организацию германского вермахта.

О Генштабе несколько слов. Если Генштаб не имеет плана нападения на Зимбабве или плана отражения агрессии со стороны Казахстана – грош ему цена. Генштаб не должен спрашивать: что нам делать? Он должен действовать. И во все времена существовала Академия Генштаба – большая поклонница Русского Географического общества. А Академия Британского Генштаба была большой поклонницей Британского Географического общества и все эти путешественники, миссионеры и врачи без границ – все они были там. И русские путешественники тоже занимались государственным делом. И Владимир Клавдиевич Арсеньев путешествовал по Дальнему Востоку не только ради того, чтобы встретиться с Дерсу Узала.

А Пржевальский в пустыне Гоби искал не только лошадь своего имени.

И меня всегда восхищала армейская выдержка Миклухо-Маклая, спокойно стоящего под копьями людоедов.

Россия когда-то была сильная своими генштабистами. А сейчас?

А сейчас это называется «реформа ГРУ» или что-то в этом роде.

Об ОПК – у нас нет ОПК или ВПК в том виде, в котором блюдутся интересы государства. У нас есть ОПК в виде черной дыры, осваивающей средства.

Почему все это так? Потому что, на мой взгляд, нет идеи формирующей государство. Большая зарплата чиновников – это не идея.

Есть идея – служение Отечеству. Но этой идее должно быть посвящено служение первого лица. И первое лицо должно первым выполнять закон.

Есть это у нас? Нет. И если у нас чиновники имеют счета за рубежом, виллы и прочие сладости цивилизации, а дети их давно живут на западе, то это уже не наши чиновники, и государства у нас нет.

А если нет государства, то все эти «ОСАВИАХИМ» и «ДОСААФ», возрожденные в любом виде, совершенно бесполезны и даже вредны.

Почему они бесполезны? Потому что время отнимают.

Почему они вредны? Потому что лишний раз порождают досаду.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *