О национальных интересах

19 марта, в День подводника, вместе с адмиралом Комарицыным и Игорем Курдиным – председателем Петербургского клуба моряков-подводников – я участвовал в конференции, проходящей по случаю этого праздника, и РИА-новости.

Тема – подводный флот сегодняшний и завтрашний.

Знаете, порой мне кажется, что мы все воду толчем и все это бесполезно – говорим, говорим, убеждаем друг друга, но все стоит на месте.

А потом я подумал, что все равно говорить надо. Вот, к примеру, Анатолий Александрович все время говорит о гидрографии, о картах, о необходимости проведения гидрографических экспедиций. Будет ли он когда-нибудь услышан? Не думаю, судя потому, что ничего не меняется, но говорить-то надо. Он же говорит-то о России, которой не повезло с государственными умами – умы те заняты не тем, они отмечают «изменившийся облик современных Вооруженных сил». России, конечно.

И Сколково они только заняты – это просто беда какая-то.

Они даже не подозревают о том, что современная Россия имеет куда более протяженные морские границы, чем сухопутные, и что мы сначала мировая, а значит, океанская держава, а уж только потом – шестая часть суши. И как они, те умы, собираются отстаивать интересы России на шельфе, когда их в России уже давно отстояли и установлено давно, что шельф наш, но вот только есть одна небольшая особенность – нельзя прерывать работ, научных, прежде всего. Потому что океан и дно океана подвижны, они все время меняются, и для изучения этого изменения нужны карты – их нужно все время создавать, корректировать, а для этого нужны суда науки, нужны экспедиции.

И без этих карт нельзя не только воевать, даже двигаться нельзя.

А когда-то Советский Союз, а потом и Россия, были славны тем, что у них был научный флот, и флот этот выходил в море, и были уникальные карты, которые потом продавались, как товар высочайшего класса по всему миру, потому что у нас были люди, и была создана школа.

А последняя экспедиция на этот счет в России была чуть ли не 20 лет назад, и потом все – умерли корабли науки. И если в нее, в ту науку, не вкладывать деньги, и не поддерживать существующую школу, то скоро надо будет, как при Петре, посылать недорослей опять учиться в Голландию.

Вот сейчас в России взяли и передали всю картографию от военных гражданским.

Сделать это могли только люди, которые вообще не понимают ничего в управлении государством и в национальной безопасности.

Потому что национальная безопасность не может существовать только по частям, наполовину или только в каком-то определенном месте.

Национальная безопасность штука очень цельная – выпала часть и нет у тебя никакой безопасности. А тут у нас выпадает не просто какая-то часть – у нас скоро все наши знания о Мировом океане станут архивными, а они все талдычат, как заведенные: «шельф, шельф».

Да, нет у вас уже никакого шельфа, научные данные подтверждать надо, бармалеи!

Шельфа у вас нет, а угроза есть. От Канады, США, а теперь и Японии, и Китая.

Вот тут у вас настоящая угроза – только заикнитесь еще раз про шельф. Нужны международные экспедиции, нужна долгая, кропотливая, аккуратная, вдумчивая работа.

Вместе с международным сообществом!

А у вас ученым, настоящим ученым, и картографам уже по 70-80 лет.

Их скоро вообще не будет, они у нас вымрут.

А эти думают только о том, что к работам на шельфе они привлекут Великобританию, США и Канаду и тем самым обезопасят себя от вторжения.

Господи, ну что за народ! Да зачем же делиться-то с вами со всеми, если можно и так забрать? У вас же ничего нет. И не будет с таким отношением к национальной безопасности.

Потому что нельзя думать о национальных интересах только в понедельник и только после обеда, о них надо думать 24 часа в сутки. И нельзя прерывать процесс научных исследований – дороже встанет для государства.

А государственные деятели, или те, что за таковых полагаются, должны понимать, куда они ведут эту страну – желательно, все же, не в пропасть. И Русский Генштаб не должен быть филиалом Русского Географического общества, наоборот, а Географическое общество, Русское, должно быть филиалом Русского Генштаба.

И по-другому никак.

По-другому никак не соблюсти интересы государства.

Впрочем, возможно, мы говорим о разных интересах.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *