Идеальный мэр

Константин Павлович Головкин

Эксцентрик, художник, блестящий предприниматель, архитектор, астроном-любитель, один из первых самарских автомобилистов – все это относятся к нашему земляку, почти забытому Константину Павловичу Головкину. По иронии судьбы, широко известный в дореволюционной Са­маре, К.П. Головкин был забыт сразу же после смерти. Имя его, как и имена многих видных деятелей из купцов, промышленни­ков, дворян, духовенства, было под "негласным запретом" влас­тей, нежелательно для упоминания. Более 20 лет о Головкине не вспоминал никто.

Вспомнили о его персоне лишь недавно – запутанная история связана с дачей Константина Павловича (дом со слонами), которую по слухам то продают, то передают на реконструкцию от одного МП к другому. Головкин прожил в Самаре всю свою бурную жизнь: лицезрел зарю автомобильной Самары, был директором первого самарского яхт-клуба. Последние годы своего существования бывший миллионер и баловень судьбы (в начале XX века состояние Константина Павловича оценивалось в 2 000 000 рублей) прожил в нищете. До самого конца жизни Головкин работал рядовым архивариусом. Многогранная и плодотворная деятельность Константина Павловича даёт полное право ставить его в ряд самых почётных граждан Самары. Убедиться в этом (и помочь в написании статьи) нам помогла книга самарского коллекционера и краеведа Л. В. Едидовича «Гражданин Самары. Константин Павлович Головкин».

Константин Павлович Головкин родился 17 декабря 1871 года в семье самарского купца второй гильдии Павла Ивановича Голо­вкина в доме Головачева на Вознесенской улице, где семья снимала квартиру на втором этаже (сейчас ул. Степана Разина, 55, дом сохранился).

Как старшего сына, отец изначально готовил его к купечес­кой деятельности. Этому должна была способствовать и учеба в ре­альном училище, в котором Константин проучился с 1882 по 1888 год. Сразу же по окончании училища 16-летний юноша поступил в другую "школу" — школу коммерческой деятельности в магази­не своего отца: "мальчик", то есть простой рассыльный, затем по­мощник приказчика, приказчик. В 22 года он стал управляющим в одном из новых магазинов отца. Находиться на службе у своих родителей, получая жалованье считалось в то время делом обыч­ным.

Лишь в 1903 году в 31 год Константин Павлович Головкин получил в наследство от отца магазин и объявил себя самарским второй гильдии купцом. С тех пор до самой революции 1917 года он успешно занимался торговой деятельностью, увеличив во мно­го раз полученный от отца капитал. К 1917 году его состояние оце­нивалось в 2 миллиона рублей.

Удачная коммерческая деятельность, требовавшая немалых усилий, знаний, изворотливости, была лишь небольшой частью жизни Головкина. С детства у маленького Кости проявилась тяга к рисованию. Родные рассказывали, что он умудрялся рисовать на полу, на сте­нах, на заборах, на земле — мелом, углем, карандашом, красками. Учеба в реальном училище под руководством опытных и увлечен­ных своим делом педагогов способствовала развитию многих та­лантов Константина Павловича.

Любовь к живописи он пронес через всю свою жизнь. Не получив специального художественного образования, Константин Павлович уже к 20 годам слыл неплохим живописцем, а в зрелом возрасте стал признан­ным мастером, одним из крупных художников Самары. Им на­писано более 200 крупных полотен, сделано около 2000 рисун­ков и эскизов. Он перепробовал почти все известные способы живописи. Рисовал карандашом, пастелью, акварелью, тушью, маслом, делал гравюры, увлекался художественной чеканкой по металлу, занимался художественной аппликацией и моделиро­ванием, создал уникальный альбом виньеток. С карандашом и альбомом он не расставался никогда. Последний свой рисунок сделал из окна больничной палаты за день до смерти.

Любовью к технике Константина заразил учитель математики и механики Иосиф Александрович Щепанский — руководитель многих экскурсий реалистов на предприятия города, организатор метеорологического кружка и создатель первой в Самаре мете­орологической станции с телескопом, автор описания полного солнечного затмения 1887 года. Увлечение техникой на всю жизнь стало подлинной страстью Головкина. Он мастерил макеты ло­док, пароходов, у него были велосипед, моторная лодка, а с 1904 года — автомобиль. На своей даче сам оборудовал громоотвод, провел электричество, установив генератор, собрал и установил телескоп. Он увлекался фотографией и был неплохим фотографом.

Учитель физкультуры и гимнастики — бравый отставной пору­чик Лев Петрович Борисов сумел привить ребятам любовь к спор­ту. И реалист Костя Головкин хорошо плавал, бегал на коньках, ездил на велосипеде. В возрасте 20—30 лет он был неплохим конь­кобежцем, велогонщиком, участвовал в многочисленных состяза­ниях. В 30—40 лет увлекался соревнованиями на моторных лодках и яхтах, хотя своей яхты у него не было. Спорт повлиял на становление характера Константина Павловича. Он редко болел, не курил, почти не пил, неукоснительно соблюдал строгий режим дня, им же самим выработанный.

Василий Николаевич Николаев, преподававший русскую лите­ратуру и словесность, учил реалистов уважению и любви к книге. В доме Константина Павловича книги составляли неотъемлемую часть быта. К1915 году, по свидетельству его дочери Евгении Кон­стантиновны Овчинниковой, библиотека в доме Головкиных на­считывала около 2000 томов. Книги стояли в огромном от пола до потолка шкафу и были доступны всем членам семьи. Отдельно, в кабинете самого Константина Павловича, хранились пользовав­шиеся особым почетом хозяина книги по живописи и художест­венные альбомы.

Хроника культурных событий в Самаре, связан­ных с деятельностью Головкина.

1891 год.

В Самаре создается любительский кружок художни­ков. Его организаторы — тридцатилетний талантливый живопи­сец Николай Петрович Осипов, прошедший школу знаменитого Айвазовского и девятнадцатилетний Константин Головкин. Око­ло 20 лет они были бессменными лидерами этого кружка, через который прошло более 50 художников — мастеров и любителей. За эти годы кружок провел 23 ежегодных художественных выставки и 3 аукциона картин. На всех 23 были представлены картины Го­ловкина, он сам был организатором 13 выставок.

1895 год.

В Самаре 35 энтузиастов велосипедного спорта объединились в общество велосипедистов-любителей. Во гла­ве организаторов общества — известный коммерсант, владелец магазина оптических и охотничьих принадлежностей Франц-Мориц Нейман и двадцатитрехлетний Константин Головкин. Он был не только участником многочисленных велопробегов, соревнований, но и членом комитета общества сначала в ка­честве помощника командора, затем председателя гоночной комиссии.

1897 год.

Городской публичный музей в Самаре получил от­дельное помещение и возможность развернуть солидную экспо­зицию. Но музей не имел художественного отдела. Энтузиастом организации такого отдела стал Константин Павлович Головкин. По его инициативе участники проходившей в том году городской художественной выставки подарили музею 21 картину. Три карти­ны подарил сам Головкин. В последующие три года он совместно с городским головой Петром Александровичем Араповым разо­слал около 300 писем наиболее известным русским художникам с просьбой подарить самарскому музею свои работы. На эти письма откликнулись около 20 художников, приславших в дар музею свои полотна и рисунки. И в дальнейшем Головкин продолжал забо­титься о пополнении коллекции музея. В 30-х годах XX века худо­жественный отдел выделился в самостоятельный Самарский худо­жественный музей, основателем которого по праву можно считать Константина Павловича Головкина.

1899 год.

В Самаре создан яхт-клуб. Под таким скромным на­званием в то время скрывалось весьма солидное спортивное об­щество, объединявшее легкоатлетов, гимнастов, конькобежцев, пловцов, гребцов, яхтсменов. Одним из организаторов и руко­водителей этого общества был Головкин. Он был инициатором открытия при яхт-клубе гимнастического зала. Сам страстный и разносторонний спортсмен, он не только участвовал в соревно­ваниях, но и в многочисленных обращениях призывал самарцев заниматься спортом.

1900 год.

В Самаре создано общество фотографов-любителей. Инициаторы создания этого общества — Франц-Мориц Нейман, Петр Николаевич Арефьев (владельцы фотографических магази­нов) и Константин Павлович Головкин, который стал казначеем общества.

1907 год.

К этому году помещение музея перестало удовлет­ворять требованиям разросшейся экспозиции. По инициативе Головкина была создана группа по сооружению в Самаре специ­ального Дворца культуры, в котором могли бы разместиться биб­лиотека, читальни, музей, выставочный зал, гимнастический зал. Было создано общество по сооружению такого здания, выработан и утвержден проект устава общества, подготовлен проект здания. В течение года общество пыталось доказать властям необходи­мость этого строительства, но городская управа отклонила хода­тайство о постройке дворца.

1908 год.

В Самаре создано общество народных университетов. Член общества Головкин вновь выступил с инициативой созда­ния комиссии по строительству в городе Дома просвещения. Ко­миссия дважды, в 1909 и 1911 годах, поднимала перед городской Думой вопрос о строительстве такого здания, но вновь получала отказы.

1915 год.

По инициативе видных самарских коллекционеров и собирателей материалов по истории края при Самарском публич­ном музее был образован Музейный кружок, который впоследс­твии перерос в Самарское археологическое общество. Констан­тин Павлович Головкин был в числе организаторов и кружка, и Общества, вошел в состав правления, был избран казначеем об­щества и руководителем отдела текущей войны. В период между Февральской и Октябрьской революциями 1917 года он избирал­ся председателем музейного комитета и членом библиотечного комитета от городской Думы.

1916—1917 годы.

Головкин вновь возвращается к идее строи­тельства в Самаре специального Дома наук и искусств. Он обещает взять на себя значительную часть расходов, связанных со стро­ительством — сначала 300 тыс. рублей, затем — 600 тыс. рублей. Он самостоятельно разработал проект грандиозного трехэтажного здания, сделал планировку местности, составил эскизы всех час­тей помещения. Но 1917 год с его потрясениями и революциями оставил неосуществленными мечту и планы всей жизни Головки­на. Только в 1937 году, много позже кончины Константина Пав­ловича, его мечта в какой-то мере была воплощена в построенном по проекту Н.А. Троцкого и Н.Д. Каценеленбогена Дворце куль­туры на площади имени Куйбышева.

1918—1922 годы.

Головкин с семьей проживает далеко от Сама­ры, в Иркутске. Там Константин Павлович собирает экспонаты для самарского музея по археологии и па­леонтологии, по истории и этнографии народов Сибири, Дальне­го Востока, Китая, Японии. В Самару привозит 40 пудов коллек­ций.

1922—1925 годы.

Последние годы жизни. Тяжело больной Кон­стантин Павлович, работая в Самарском городском архиве, про­делал огромную работу по сбору разбросанных по городу разроз­ненных ведомственных архивов, их обработке, систематизации, составлению картотек и каталогов. Также он успевает просмотреть огром­ную архивную массу, сделать ценные записи по истории Самары и быту самарцев. Перед смертью Константина Павловича помещают в Городскую клиническую больницу под присмотром хирурга Тимофеева, который в конце месяца делает ему операцию. Операция не помогает. Вскоре Головкин умирает в городской больнице. Хоронят его на Всехсвятском кладбище. Перед самой смертью, Константин Павлович принимает активное участие в создании справочного издания «Вся Самара на 1925 год». Две краеведческие статьи, около 40 рисунков и заставок Головкина помещены в этой книге, которая стала своеобразным памятником нашего неутомимому земляку.

Самара. Октябрь 1904 г. Личный автомобиль Головкина «Ольдсмобиль – «тонно».

Рядом с водителем К. П. Головкин.

В начале июля 1904 года по Самаро-Златоустовской железной дороге в Самару был доставлен первый новый легкий «Ольдсмобиль» — «тонно» (10 л. с.). После его выгрузки сразу произошел конфуз. Машина не завелась. Молодым автолюбителям пришлось посылать за техником пивзавода, неким Ильясовым. В итоге машина поехала, но передавила по пути кучу всякой домашней живности, навела на всех страха, а на углу Москательной и Дворянской задела огромную телегу, доверху набитую бутылками с казенной водкой. Бутылки разбились, и вся улица превратилась в реку этого казенного пойла. Хозяин телеги был вне себя от ярости, кричал и порывался застрелиться, а простые самарские обыватели радовались «халявной попойке». Слух об этом «приключении» дошел не только до купеческого старосты (в его делах это документально закреплено), об инциденте узнал и сам господин Губернатор. В итоге Головкину было сделано «высочайшее внушение» и приказано покрыть все причиненные убытки. Вот так – с поломками и скандалом – Самара «официально» стала автомобильной.

Идеальный мэр”: 2 комментария

  1. я — не глубокий знаток архитектуры, и не увлекаюсь краеведением, и даже не коренная самарчанка. тем не менее с нежным и сентиментальным чувством всю свою жизнь в самаре отношусь к знаменитой даче со слонами. очень-преочень приятно узнать, что создал эту прелесть такой поразительный человек! правильно говорят: талантлиый человек талантлив во всём.

  2. Константин Головкин достоин не одной мемориальной доски в городе или памятника!
    Почему Художественный музей не отмечает мемориальной доской своего основателя??

    Приведённый вами фотоснимок с авто — неверен. Снимок с автомобилем Головкина известен. Только верен тот, на котором руль — справа. Поскольку марка автомобиля — OldsMobile определена. И он был одним из первых автомобилистов, но не первым. Это тоже доказано Г.Алексушиным.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *