Любите ли вы Брамса?

«Меня мучает, что в каждом человеке, быть может, убит Моцарт» (Антуан де Сент-Экзюпери).

Филармония с обратной стороны представляет собой лабиринты Минотавра без Минотавра, Минотавр вышел покурить, и щелкает зажигалкой у служебного входа. У парадного подъезда прогуливается нарядная публика, дамы прижимают к груди сумочки, расшитые бисером, и розы, увернутые в гофрированную бумагу. В сумочках пудра и влажные салфетки с алоэ, а розы предназначаются солисту Московской филармонии, лауреату международных конкурсов, лауреату Премии имени Д.Д.Шостаковича, народному артисту России Денису Мацуеву. Один из самых ярких пианистов современности уже традиционно в июне дает концерт в Самаре.

«С Самарой у меня долгоиграющий роман, — скажет он после концерта, — Помню, в 1994 году мы приехали сюда в рамках турне по России, а непосредственно перед этим я в Таиланде играл в четыре руки с местным королем музыку его собственного сочинения. В Таиланде король – композитор и музыкант, и вот мы играли с ним в четыре руки, было жарко, я весь обгорел, а в России стояла зима, декабрь и морозы. И вот я приехал, вышел на сценц — неразыгранный, кожа с лица слезает лоскутами, но самарский зритель очень лояльно меня принял, как бы авансом. Ну, мало ли что, подумал зритель, мальчик болеет, вот и с лицом у него что-то не то… У меня самые лучшие воспоминания как об этом городе, так и о сотрудничестве с Михаилом Александровичем».

(Михаил Александрович Щербаков — художественный руководитель, главный дирижер академического симфонического оркестра Самарской филармонии, народный артист России).

Концерт проходит при полном аншлаге. В первом отделении звучит Иоганнес Брамс, концерт номер один для фортепиано с оркестром. Музыковед Друскин говорил о Брамсе: «Классик по убеждениям и симпатиям, он в музыкальных образах запечатлевал противоречия душевного мира людей своего времени, многозначность и емкость психологических состояний, внезапность их переключений, изменчивость. При всей романтической порывистости его музыке присуща благородная сдержанность». Первый концерт состоит из трех частей, про вторую часть Брамс писал своей бедной возлюбленной Кларе Шуман: «Это ваш портрет в нежном адажио». Почтительное внимание, нарастающее влечение, радостное восхищение, пылкая влюбленность и изнурительное обожание – так написал эту музыку Брамс, и так сыграл ее Мацуев.

Стремительно выходит к роялю, опускается на табурет; откинув полы фрака, сидит — неподвижный и сосредоточенный, как бы проверяя свою готовность к предстоящей нелегкой работе. Вокруг него застыли чистые и смелые звуки, из множества которых сейчас будут выбраны. Музыка плавно отделится от инструмента и заживет собственной жизнью, короткой и самостоятельной. Пианист выжидает оркестровое вступление, бросает пальцы на клавиши. Рассказывают, что в Китае, во время его выступления, у рояля отломились ножки. Глядя на движения его рук, в это с легкостью веришь. Сумасшедшая энергия, с трудом сдерживаемая мощь в каждом жесте, в повороте головы; страшная сила — и зритель имеет возможность взять и себе этой силы, черпнуть этой энергии, приобщиться, испить. Звук идет, рождается здесь и сейчас, он настолько реален, настолько зрим, что хочется схватить и удержать в ладонях – горделивую интонацию, поющие линии, переплетающиеся аккорды.

В антракте к концертному роялю выходит настройщик, это особенный какой-то настройщик, повсюду сопровождает музыканта; настройщик начинает с ноты «ля», приоткрыта крышка рояля, что выглядит интимно.

Во втором отделении исполняется рапсодия в стиле блюз для фортепиано с оркестром, Джорджа Гершвина. Премьера состоялась зимой 1924 года, на концерте джаз-бенда под управлением Пола Уайтмена. Времени на подготовку сочинения у Гершвина было совсем мало, и некоторые листы партитуры оставались пустыми, на сцене он блестяще импровизировал. Концерт прошел с огромным успехом, и джазовая рапсодия стала одним из самых значительных произведений композитора. «Леди Джаз, украшенная интригующими ритмами, шла танцующей походкой через весь мир. Но нигде ей не встретился рыцарь, который ввел бы ее как уважаемую гостью в высшее музыкальное общество. Джордж Гершвин совершил это чудо. Он смело одел эту крайне независимую и современную леди в классические одежды концерта. Он — принц, который взял Золушку за руку и открыто провозгласил ее принцессой, вызывая удивление мира и бешенство ее завистливых сестер», — сказал о своем соотечественнике дирижер Уолтер Дамрош.

Музыка Гершвина просто создана для исполнения Денисом Мацуевым – редкостное слияние темпераментов композитора и музыкантов. Самарский симфонический оркестр тоже хорош, поднимаются скрипки, смычки, сверкают в лучах прожектора духовые инструменты; восхитительная точность игры, быстрота, четкость, и фрагмнты риска, и красота, и серьезность – все это направляется к восторженному слушателю, чтобы слиться в одно дыхание, неразделимое. Бледные от волнения лица, искренние аплодисменты.

Обдумывая план этого текста, нахожу себя в странном замешательстве. Исследую причины. Концерт Дениса Мацуева оказался первым культурно-массовым мероприятием, где действующие лица заинтересовали меня больше, чем публика вокруг. Как правило, все происходит иначе: смотрю по сторонам, наблюдаю за посетителями, изучаю лица, отслеживаю реплики, непосредственные реакции, все это захватывает, будоражит, создает настроение, атмосферу и собственно event. Оказывается, возможно и по-другому. Вчерашний event создали музыканты, позволив зрителю обрести надежду, пообещать себе хороших дней, успехов в труде, мирного неба и лучшей доли. И ни в ком не убит Моцарт.

Любите ли вы Брамса?”: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *