Про музыку и быт Мастрюков

Фестиваль «Платформа» на Мастрюках в этом году оказался совершенно отличным от прошлогоднего. Во-первых, качеством музыки — она улучшилась. Во-вторых, составом исполнителей — они удивляли. В-третьих, жанровой составляющей — в ней не было границ. В-четвертых, бытом — его не было.

ПОКОРЕНИЕ МУЗОЙ

На «Платформе» неожиданно органично слились воедино и барды, и блюзмены, и джазовые музыканты и даже… оркестр народных инструментов. Неожиданно потому, что, скажем, увидеть барда Сергея Иванченко дирижером оркестра я не надеялся — кто же возит весь оркестр по фестивалям? А Сергей привез — всех 40 музыкантов из Сызрани, которые сыграли… произведения великих композиторов прошлого, написанные для оркестра симфонического. Даже «Аве Марию» спели.

Лучший джазмен России Сергей Манукян устроил на поляне такое, что даже не описать словами — это просто надо было слышать! Маленький, толстый, лысеющий человек с веселой улыбкой сидел за электророялем и качал головой в такт музыке, а вся площадка перед главной сценой визжала от восторга…

Рома ВПР — первое мое открытие на фестивале — выступил без микрофона под живую гитару: питание на всей поляне отключилось, прервав его аккурат на полуслове, но певец не растерялся — попросил у бардов инструмент для своего гитариста и спел, стоя на краю сцены. Подтянувшийся поближе народ слушал молча — берегли его голос. И плясали при этом как очумелые.

Павел Фахртдинов отжёг на нескольких сценах, а в воскресенье дал обалденный концерт переводов, в котором участвовали почти все молодые исполнители — от Алексея Вдовина до Михаила Башакова. Спели в этом концерте и «Песни нашего века» (Мищуки, Мирзаян, Чебоксарова, Богданов, Тарасов) — знаменитую псевдошутливую песню «Хромой король»: «Во Франции это было трагедией, а у нас…» — сказал на это один из бардов.

А отец Павла Марат Фахртдинов стал вторым (по времени, но не по значимости) открытием для меня — его песни «Посвящение родителям» на стихи Аркадия Рогатого и «Ледянка» на стихи Любови Сердечной потрясли до глубины души. «Это не псевдоним, это так по паспорту», — сказал про нее Марат, выступая на сцене «Азия+». Он даже спел на бис для видео, и теперь обе песни войдут в репертуар моей жены — композитор разрешил.

КОНКУРС

Некогда центральное событие фестиваля в этом году ушло… в кусты. Да, я серьезно: раньше второй тур проходил на главной сцене, и все жители фестивального города могли послушать молодых авторов. А в этот раз им дали вторую эстраду — там, где и на выступлениях мэтров едва наберется два десятка слушателей. И результате много интересных новичков остались неизвестными.

А интересных среди них — тьма. Большинство — исполнители, но есть и неплохие авторы. Один даже стал лауреатом — Михаил Матвеев из Приморья с песней «Папина дочка». Хорошая песня, хоть и неправильная — не должны дочки рыбачить и охотиться с папами, не женское это дело.

Невероятно талантливые ребята из КСП Нижнекамска заслуженно стали лауреатами — они на конкурсе спели с десяток песен разным составом (что-то — втроем, что-то — все вместе, что-то — другой тройкой и т. п.).

И это стало возможным благодаря расколу: раньше, во времена Кейльмана, на фестивале была цензура — просто так пробиться в конкурс было невозможно. А уж победить в нем — вообще на грани фантастики. Теперь же шансы равны у всех — и у талантливых авторов и исполнителей, и у откровенных бездарей. А что поделать: демократия!

Был на «Платформе» и детский конкурс, но какой-то странный: невнятные исполнители, короткое время прослушивания (конкурс начался и закончился в четверг), раскол в жюри по надуманным предлогам… Ладно хоть в лауреаты попали наряду с бездарными (но политически правильными) и талантливые ребята.

«НОРД-ОСТ»

В пятницу вечером площадка перед главной сценой битком набилась людьми — все пришли слушать концертную версию мюзикла Алексея Иващенко и Георгия Васильева по роману Вениамина Каверина «Два капитана». С 2004 года этот уникальный спектакль был под запретом — сказалось бездействие властей во время теракта на Дубровке в 2002-м, многочисленные жертвы от нервно-паралитического газа и… В общем, как говорили актеры и авторы в предыдущие годы — Путину было стыдно, и он не мог допустить, чтобы его стыд видели все.

Но что-то изменилось (может, Путин?) — и появилась концертная версия мюзикла. Без декораций и оркестра — но с пианино и текстом от автора. На поляне аккомпанировала Кристина Карапетян, а текст от автора читала Лидия Чебоксарова. Пели Андрей Богданов, Ирина Линдт, Юрий Мазихин, Олег Кузнецов, Алексей Россошанский, Петр Маркин. Слушали их с затаенным дыханием — даже паренек с ирокезом, явно приведенный насильно, на второй песне вдруг замер, открыв рот, да так и сидел до самого конца…

А в субботу они это повторили — в лектории, устроенном на бывшем футбольном поле. Артисты мюзикла общались со зрителями, пели некоторые неисполненные накануне песни, часть исполненных, отвечали на каверзные вопросы, рассказывали о «зеленых» спектаклях (на одном из таких из трамвая вместо беспризорников выбежали… пионеры! А на другом Петр Маркин вместо строк Пушкина «Буря мглою…» спел еще немому Сане Григорьеву какую-то чушь, чем ужасно напугал мальчика-актера, спросившего: «Вы что поете, дядь Петь?»). Но избегали отвечать на вопрос о том, почему спектакля столько лет не было и что будет с ним дальше.

БЫТ И КИТЧ

Организаторы фестиваля радовались тому, какую инфраструктуру им удалось создать. Николай Мартынов обещал, что в будущем году сделают нормальную дорогу: «Пока утром в 4 часа трактор едет и приводит ее в порядок, иначе проехать никто не сможет. А министерство обещало помочь в будущем году сделать дорогу». Министр культуры Ольга Рыбакова обещала добиться увеличения суммы, которую выделяет на оба фестиваля (и «Платформы», и «Груши» на Федоровке).

Люди жаловались на плохое состояние туалетов (в женском вместо отверстий были, извините, горки, а в мужском вообще некуда было ступить), а организаторы порадовались, что наконец-то удалось сделать туалет для бардов, живущих в гостевом лагере. Хотя по факту это было социальное расслоение, что странно — политического-то там нет. Я, к примеру, договорился с единороссом из Московской области, и он отдал часть своего небольшого лагеря для прохода, потому что мы оказались заблокированными со всех сторон, а соседи-балаковцы отказались пойти навстречу: «Мы тут 30 лет стоим и вас не знаем, ходите где хотите, но не через наш лагерь». Снобизм жителей главной сцены неприятен, но понятен: фестиваль собрал около 40 тысяч человек, мест для создания палаточного лагеря в лесу не так уж и много, а еще ведь все хотят поближе к сценам…

ГОРА И ПОЛИТИКА

В лагере «Байконур» какой-то остряк повесил плакат: «Груши всех сортов объединяйтесь!!!» (орфография сохранена). К вечеру субботы набежало журналистов — ждали главу Самары. Он приехал — с двумя Александрами (Фетисовым и Хинштейном), посмотрел поляну и пошел на Гору. Там неожиданно пришлось петь на гитаре — это Михаил Калинкин, однополчанин Фетисова, вытащил его в ряды своих десантников петь «Любо, братцы, любо…». Калинкин давно руководит одиозной сценой «Победа», которая хороша тем, что оттягивает на себя самых странных авторов и исполнителей (один орал на всю поляну что-то про голубого янки, которого наши победили в Афганистане). Но Азаров в грязь лицом не ударил — инициативу перехватил, сказал заранее заготовленную речь и спрятался за широкие спины выступающих. Хинштейн оказался умнее: просто не пошел на сцену.

Сам концерт был слабее прошлогоднего: какие-то старики просадили начало, собранная в конец молодежь слилась воедино, и отличить Гришу Данского от Паши Фахртдинова после пятичасового концерта уже не удавалось. Но организаторы это поняли — буквально на днях Лида Чебоксарова написала об этом в своем ЖЖ. Значит, на будущий год концерт выстроят иначе.

Ну, а завершился фестиваль блестящим концертом Андрея Козловского, которому 9 июля исполнилось 53 года.

Про музыку и быт Мастрюков”: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.