«Золотая репка 2012» театральный урожай: для детей и не только

С 8 по14 сентября в Самаре прошел Х Всероссийский (Международный) фестиваль-лаборатория театров для детей и молодежи «Золотая репка». Этот праздник сцены и зрительского зала существует с 1994 года и проходит с весьма неравными промежутками — то год, то два, а то и три. В этот раз, несмотря на обильное присутствие в программе зарубежных театров (Болгария, Италия и сборный международный проект), главную скрипку играли отечественные коллективы. Прежде всего, это три спектакля разных театров по повести Александра Грина «Алые паруса» — три инсценировки, три композитора и три режиссерских взгляда.

Самым зрелищным представлением стала версия столичного Российского академического молодежного театра. Москвичи не побоялись пафоса и на прогадали. Центральная декорация в виде массивного стального дредноута, оборачиваясь другими сторонами, оказывается то тюрьмой, в которой заключены потерявшие веру в мечты и оскотинивающиеся жители приморского городка, то опасной наклонной плоскостью, по которой вот-вот соскользнут в пучину главные герои. Изумительна сцена признания в любви Ассоль и Грея, исполненная как танец на альпинистском снаряжении. Кажется, что персонажи или вот-вот достигнут недосягаемой мечты, или сорвутся. Атмосферно решены массовые сцены – и пьяное буйство моряков в портовом кабачке, и проститутки и жигало, приехавшие байкерской толпой на побережье, где Ассоль ждет своего Грея. В кульминации спектакля уже почти верится, что история дальше пойдет не по сюжету Грина, что главная героиня, придя в публичный дом, чтобы заработать на выкуп своего отца из тюрьмы, так и скатится вниз по наклонной. И вот тут чудо появления в этом притоне капитана Грея и его вспыхнувшее чувство, несмотря на отличную музыку Максима Дунаевского, увы, выглядит прозаично. Спасение героини так нелепо и нелогично, что это можно приписать только очень реалистично воссозданной атмосфере травли Ассоль со стороны окружающих. Только сумасшедшей, за которую принимают главную героиню, могло так повезти в жизни. Характерно, что и Грей принимает решение, словно после пьяного угара, порвать со своей прошлой жизнью – приказывая окрасить паруса своего фрегата красным вином, скупленным в борделе. Финальная сцена, когда алые паруса закрывают не только всю сцену, но и весь зал театра, похожа на небесное знамение искупления, в которое уже не верят ни священник, ни отец Ассоль. При всем пафосе и символизме спектакль получился трогательный и проникновенный. Авторам постановки удалось найти баланс и при очень высокой ноте лиричности не скатится в сентиментальность, а при реалистичности изображении ожесточенного нрава и быта портового быдла не уйти в чернуху.

Версия повести Александра Грина от кировского театра юного зрителя «На Спасской» была более концептуальной. Режиссер и актеры вовсю использовали приемы «открытого театра». Исполнители говорили от своего имени, рассказывая реальные истории из собственной жизни, которые перекликались с основным сюжетом. Актеры читали текст Грина с листочков, его же проецировали на экран, выделяя то один фрагмент, то другой. Совершенно произвольно роль Ассоль переходила от одной актрисы к другой, словно вся труппа экспериментировала, пытаясь прочесть нечто большее за текстом повести.

Очень пикантен был момент, когда в зрительном зале появлялась пожилая нетрезвая пара и, переругиваясь, шла прямо на сцену. Публика поддалась на провокацию и шикала на нарушителей спокойствия. Только в конце они снова выходили на подмостки и становилось ясно, что это прожившие свою совместную, долгую и уже вовсе не романтичную, а полную дрязг жизнь Ассоль и Грей. Вообще спектакль кировского тетра можно назвать представлением-деконструкцией. Примеряя на себя личины героев повести и одновременно находя в своей жизни схожие истории и выплескивая их со сцены, актеры словно разрушали миф и снова пытались его создать. Первое им удалось абсолютно точно, а вот финал спектакля скорее говорил о том, что спасение в плену иллюзий найти можно, но дается это очень дорогой ценой.

На фоне этих двух представлений спектакль «Алые паруса» Самарского академического театра драмы смотрелся хрестоматийно, если не сказать топорно. Хотя и здесь пели и плясали, но все было выполнено в очень лобовой манере. Если речь идет о детстве Ассоль, то на сцене настоящая дошкольница, а если действие происходит на корабле, то матросы карабкаются по снастям. Большая часть сюжета дана через пересказ персонажей, что и снижает темпо-ритм действия, и заставляет публику откровенно скучать. А вставные сценки кажутся плохо привязанными к основному сюжету. В целом была показана тщательная работа, выполненная мастеровито, но «без божества, без вдохновения».

«Мы специально подобрали эти разные спектакли, чтобы зритель мог увидеть разные инсценировки и режиссерские прочтения. Именно в такой разноплановости и можно проследить тенденции сегодняшнего театра. Помимо многих отличий есть и общие моменты, не только касающиеся исходного текста повести Грина. К тому же такая романтическая история и нужна детям сегодня, когда многие просто разучились верить в мечту. А многие не знают разницы между мечтой и иллюзией», — считает один из организаторов фестиваля «Золотая репка» драматург Михаил Бартеньев.

«То, что «Алые паруса» так востребованы в сегодняшнем театре, это симптом. В подлые времена зрители особенно хотят чего-то высокого, чистого, романтического. Поэтому история про принца и мечту везде идет на аншлагах. Но этот материал всегда был очень рискованным. Что-то парфюмерно-кондитерское, с обложки конфет, из них сооружает «на раз». Мне кажется, что сегодня театр должен искать в этой сказке что-то, что позволит поверить в нее современному зрителю», — полагает театральный критик, главный редактор «Петербургского театрального журнала» Марина Дмитревская.

Но три версии «Алых парусов», несмотря на то, что подтвердили способность современных театров к воплощению больших сценических форм, оказались не самым интересным на фестивале. Гораздо более интересными и необычными показали себя камерные спектакли, в которых молодые режиссеры привычные и где-то даже классические тексты или музыку интерпретировали при помощи дополнительного слоя художественной выразительности. Прежде всего, это инсценировка повести Аркадия Гайдара «Чук и Гек». Спектакль молодого московского режиссера Полины Стружковой, поставленный в Новосибирском академическом молодежном театре «Глобус», отличается нетривиальным подходом. На сцене, оформленной под звукозаписывающую студию, три актера – один полностью читает весь текст повести, два других не говорят ни слова, а только производят шумы – открывание двери, скрип половиц, стук колес поезда, иллюстрируя каждую строчку, где есть указание или хотя бы намек на звуковой ряд. Увлекаясь этой игрой, актер и актриса и оказываются Чуком и Геком, которые то спорят, то дерутся, прячут друг от друга телеграмму. Все остальные герои повествования – мама, почтальон, ямщик, папа — всего лишь означиваются текстом. Лишь один раз актер-чтец выступает в роли сторожа геолого-разведочной станции. Фактически зритель присутствует при записи радио-спектакля, о чем и предупреждают публику в начале представления. Этот режиссерский прием позволил не только избежать лобового иллюстративного хода инсценировки текста, но дал возможность исполнителям главных ролей найти остроумные и уморительные актерские пристройки. Фактически, номинально заменив форму привычного театра на радиопостановку, режиссер только обогатил именно визуальный ряд, сместив акцент с пейзажей и интерьеров повести на внутренние переживания героев.

Таким же стремлением через новую форму подать зрителю знакомые мотивы характерен и спектакль московского театра «Практика». Постановка режиссера Алексея Шашилова заявлена в форме презентации нового оперного театра и называется «Признак оперы». На деле большая часть представления – отрывки из самых известных мировых опер, это теневой театр. «Волшебная флейта» Вольфганга Амадея Моцарта, «Иван Сусанин» Михаила Глинки, «Орфей и Эвридика» Кристофа Виллибальда Риттер фон Глюка, «Иоланта» Петра Чайковского, «Кармен» Жоржа Бизе, а также «Паяцы» Руджеро Леонкавалло – в течение 50 минут маленький и большой зритель оказываются в самой гуще сюжетных коллизий. При этом характерно, что в условиях теневого театра, традиция которого насчитывает не одну тысячу лет, используются уже приемы современной мультипликации – кадрирование, использование перспективы, клипового монтажа. Причем приемы эти подаются вполне открыто как часть театрального повествования. А в сцене, где разыгрывается «Кармен», зритель с другой стороны кулис, так сказать, на задворках представления, и видит всю механику театра теней. Такая безыскусность и подкупает, и создает еще один смысловой пласт спектакля – обыгрывающий саму природу театральности.

Заключительным спектаклем фестиваля «Золотая репка» стало необычное представление — Международный проект АССИТЕЖ сыграл театральное реалити-шоу «Супергерой».

Пародия на телевизионный конкурс с его неизбежными дурацкими состязаниями объединила семерых актеров из Южной Кореи, Таиланда, Японии, России, Хорватии, Австрии и Гонконга. Каждый из них в какой-то момент представления на своем языке рассказывал о своей мечте и о мотиве участия борьбы за приз – миллион, который выиграет только один. Перевод транслировался видеопроектором на экран. По сути, несколько монологов связала только оболочка общего места действия, но в процессе состязания у конкурентов появляется сочувствие друг к другу, жалость и протест. Каждый оказывается в чем-то невероятно человечен и достоин звания супергероя. Особенность построения театрального повествования спектакля в телевизионной форме подачи. У каждого актера есть своя «звездная минута», где он должен решиться на важный поступок, когда его лицо дается крупным планом на экране, и в то же время делается акцент на переживаниях соперников. Есть моменты телевизионного вуайеризма подобных шоу – сцены закулисной жизни, есть клиповая манера подачи идиотских конкурсов. Все это дает помимо динамики действия и оформления монологов героев еще и важный фон, который выявляет противостояние стремления человеческой души к самореализации и медийного шума современности. Конфликт разрешается бунтом участников конкурса, они срывают шоу.

Все три описанных спектакля отличаются интересной особенностью, за которую я выделил их из не менее интересной в целом программы фестиваля. Во-первых, они поставлены молодыми режиссерами. Во-вторых, они, как и заявлено форматом «Золотой репки», носят экспериментальный характер. И самое главное, они показывают, что привычные формы – инсценировка прозы, опера, одноактовая драма могут быть поданы и востребованы зрителем в новых формах. Что и было подтверждено успехом у публики, которая во время каждого спектакля набивала театральные залы до отказа. Помимо основной программы фестиваля в рамках «школы молодой режиссуры» был интересный показ эскизов спектаклей от студентов режиссерского курса Анатолия Праудина (Санкт-Петербургская академия театрального искусства). Замечательное представление «Плате… Средиземноморская утопия» дал исследовательский театр AteliercuncheoN из Италии. Спектакль по книге испанского писателя Хуана Рамона Хименеса «Платеро и я».

В красочном пластическом пересказе три актера и гитарист взглянули на мир глазами Платеро, ослика, который символизирует утопию.

Очень трогательна и лирична постановка болгарского Драматического театра Трговиште «Полет, пролет и прозорец». Небольшой рассказ о временах года в музыке Вивальди сделан в форме интерактивного представления, которое вовлекает юных зрителей в игру, и они сами становятся участниками шоу.

В целом можно сказать, что «Золотая репка» в этом году стала и более разнообразной по жанрам, и удивительно сплачивающей разновозрастную публику. Кукольный спектакль «Синий пес» театра-студии «Ключ» из Набережных Челнов, предназначенный для самых маленьких, с интересом смотрели взрослые, причем не только профессионалы театра, но и простые зрители.

«Меня очень удивило, как много разнопланового и интересного было на фестивале в этом году. Это очень важно, ведь фестиваль именно детских театров. И разнообразие форм тут очень важно для юного зрителя. Это показывает ему, насколько богат мир театра. Но самое интересное для меня лично — это возможность посмотреть на работы молодых режиссеров, тех, кто будет задавать тенденции на российской сцене сегодня и завтра», — поделился актер театра СамАРТ и педагог Юрий Долгих.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.