Два часа — о мужском здоровье

В лифт Самарского Онкологического диспансера может поместиться одновременно двадцать шесть человек, общим весом до двух тысяч килограммов, даже включая служительниц с проволочными тележками, наполненными чем-то тряпичным. Служительницы пихают друг друга своими тележками, склоняют головы и одна рассказывает другой анекдот:

«— Папа я потерял свои таблетки! Голубенькие, ты их не видел?

— У нас есть проблема и похуже, сынок…

— Какая?

— На кухне дракон!»

Хихикают вместе. Лифт быстро движется, причем двери распахиваются с самых неожиданных сторон – то слева, то справа, и хорошо, что не люк наверху или внизу. Восьмой этаж, отделение онкоурологии, именно отсюда начинается пресс-тур в рамках акции «Три месяца о мужском здоровье».

— Традиционно во всем мире женщины больше заботятся о своем здоровье, чем мужчины, хотя у мужчин проблем не меньше. Особое беспокойство у онкологов вызывает значительный рост такого заболевания, как рак предстательной железы. Рак предстательной железы – часто встречающееся злокачественное новообразование у мужчин. С одной стороны, эта опухоль растет очень медленно, и может не проявлять себя многие годы. С другой стороны, рак предстательной железы очень агрессивен и дает ранние метастазы, — рассказывает вам по пути куратор Акции, красивая девушка Алена. Оставляет журналистов на пару минут, чтобы отыскать нужного человека.

Вы останавливаетесь у кабинета 8062, на двери табличка: «Заведующий отделением интервенционных методов диагностики и лечения Соловов Вячеслав Александрович».

— Интервенция, — говорит телеоператор и кашляет. Телеоператор простужен. Надевает медицинскую маску на резинке, надевает еще полиэтиленовую шапочку и бахилы. Продолжает кашлять в маску. Возвращается красивая Алена, ее сопровождает заведующий отделением; он открывает кабинет. Соловов Вячеслав Александрович, доктор медицинских наук.

Помимо стеллажей с книгами и просторного письменного стола кабинет содержит единицу кухонной мебели: раковину с тумбой и шкафчик для посуды. На раковине стоит заварочный чайник в форме домика. На стене густо развешены дипломы и сертификаты хозяина.

— Уже 5 лет мы используется новый и перспективный метод лечения рака предстательной железы — HIFU-терапия. В чем преимущества этого метода по сравнению с хирургическим? Прежде всего, в том, что HIFU-терапия – малоинвазивный способ лечения. Сфокусированные ультразвуковые волны воздействуют на опухоль, оказывая механическое и термическое воздействие, и не повреждая при этом тканей вне зоны излучения. Это хирургия 21 века! Отсутствие разрезов, кровопотери … Противопоказания к проведению HIFU-терапии: отсутствие прямой кишки после оперативного вмешательства или изменение стенки прямой кишки после дистанционной лучевой терапии. Операция проводится под спинальной анестезией на специальном оборудовании фирмы EDAP и продолжается 2-3 часа.

— Как раз сейчас, — говорит куратор Алена, — проводится такое лечение, и мы можем пройти в операционную и посмотреть.

Операционная расположена недалеко, по соседству с процедурным кабинетом – пациенты занимают очередь, сдают кровь на анализ, медицинская сестра выкликивает кого-то еще, а в операционной на специальном столе лежит пациент. Он расположен на правом боку, прикрыт одноразовой розовой простыней, вокруг капельницы с разноцветными растворами, один из растворов – ярко-голубой, как и хирургический костюм Вячеслава Александровича.

На операционном столе логотип «Ablatherm», и на эргономическом коврике для оптической мыши такой же.

— То, что вы сейчас видите – это медицинский робот, — комментирует доктор, — система полностью контролирует ход операции, и даже, к примеру, если больной поменяет положение тела, система среагирует и оповестит об этом. Врач планирует лечение, вот здесь у меня полностью визуализируется и ход операции, собственно опухоль, ее расположение.

На мониторе вздрагивают черно-белые изображение, эхограммы, хорошо знакомые современному человеку по протоколам УЗИ: этакие туманности и млечные пути, неизвестные пустыни, в которых опытный глаз способен увидеть мираж. Опытный глаз мираж видит, а опытная рука чертит ряды разноцветных треугольников (красные и зеленые), который не просто так треугольники, конечно, а настоящий план операции и победят злую опухоль, чтобы ей ни дна, ни покрышки.

На стене постер «Заболевания простаты», цветные страшноватые картинки. Рядом – металлический шкафчик с зеленым крестом, а не красным. Чуть правее – металлический стеллаж. Рядом с офисным прибором для хранения ручек-карандашей стоит изогнутый лоток со шприцами и много латексных перчаток.

— За пять лет мы прооперировали более восьмисот пациентов, накоплен огромный опыт по использованию метода HIFU-терапии рака предстательной железы. Самара входит в число трех лечебных учреждений России, где этот метод лечения широко используется. Вообще, сам по себе метод HIFU-терапии – это настоящий прорыв и революция. В настоящее время с его помощью успешно борются со злокачественными опухолями печени и головного мозга.

В настоящее время в Самарской области на учете состоит свыше четырех тысяч больных со злокачественными новообразованиями предстательной железы. Только в прошлом году в онкологическом диспансере зарегистрировано восемьсот сорок два новых случая рака предстательной железы.

К факторам риска развития рака предстательной железы относятся возраст старше сорока пяти лет, наследственность (наличие данного заболевания у ближайших родственников), гормональные нарушения (избыточный вес, повышенный уровень тестостерона), питание (употребление в пищу большого количества жиров), вредные привычки (курение, алкоголь), наличие хронических заболеваний (простатит, аденома), и малоподвижный образ жизни.

Доктор улыбается.

— У нас тут в ходу шутка, что раком простаты болеют толстые чернокожие американцы, у которых этим же недугом страдали отцы. Скрининговые программы раннего выявления рака предстательной железы включают в себя: 1) анализ крови на ПСА (простатический специфический антиген) и 2) пальцевое ректальное исследование.

На третий этаж с восьмого вы спускаетесь пешком, многие искренне рады доброй лестнице – уж очень пугающе выглядит лифт на двадцать шесть персон. «Отдел клинических исследований» — вывеска над широкой белой дверью. Заходим.

Картина у входа: на белом фоне девять красных квадратов, будто стекла с размазанной каплей крови. Вывески «кладовая уборочного инвентаря», «центрифужная», «лаборантская», наглядные пособия: «Внешний вид среднего и младшего медперсонала должен соответствовать следующим требованиям», далее фотографии симпатичных медицинских сестер. Потреты Луи Пастера, Ильи Мечникова и Александра Флеминга.

Красивая девушка и куратор Акции Алена вновь отправляется на поиски нужных людей, журналисты сваливают в черную неопрятную кучу кофры от видеоаппаратуры, правильно одетый средний и младший персонал смотрит неодобрительно.

Появляется заведующая отделом, врач клинической лабораторной диагностики высшей квалификационной категории, доктор биологических наук Торопова Надежда Ефимовна. Это невысокая изящная блондинка, черные бархатные туфли, в руках – элегантная трость.

— В настоящее время перспективным направлением являются молекулярно-генетические исследования, — начинает Надежда Ефимовна свой рассказ, — анализ генома опухоли. Злокачественные клетки подвержены мутациям, и эти мутации мы можем с помощью современного оборудования отследить, и предложить соответствующее лечение — так называемыми таргетными препаратами. Именно понимание молекулярных механизмов, ответственных за активность трансформированных клеток, открывает новые пути контроля за поведением опухоли. Одним из объектов, активно изучаемых в последние годы в качестве новой противоопухолевой мишени, является рецептор эпидермального фактора роста. Если говорить о раке предстательной железы, то практически в половине случаев заболеваний обнаруживается повышенная экспрессия фактора эпидермального роста. Иначе говоря: деление измененной клетки становится безудержным, неконтролируемым. Такая опухоль очень агрессивна! Но с помощью таргетных препаратов мы можем избирательно воздействовать на этот фактор, тем самым изменяя фактически течение заболевания.

Вы проходите по коридорам. Далеко не все кабинеты открыты для посещения, специфика работы требует особой тщательности и стерильности – нельзя ничего примешивать к биологическому материалу, поэтому дополнительные кодовые замки на кабинетах и система шлюзов.

— Если в двух словах, — резюмирует Надежда Ефимовна, — одна из основных наших задач – это оценка характера и поведения опухоли, и выбор таргетных препаратов. Еще десять лет назад это представлялось совершенно невозможным, а сейчас мы просто работаем.

И вы почему-то вспоминаете своего бывшего коллегу, сумасшедшего и талантливого иллюстратора, одна из папок на рабочему столе которого называлась «красивые отрезанные головы», и как этот иллюстратор в пять часов утра сидел, таращась в негаснущий монитор и повторял сам себе, разглядывая картинку: это сделал я… это сделал я… это сделал я!..

Вроде бы этот мальчик сначала уехал в Голландию, потом вернулся, и живет где-то за городом, в собственном доме, срубленном из правильных бревен.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *