Сербы: от А до Ш

В белградском аэропорту «Никола Тесла» ещё по пути к паспортному контролю веет чем-то родным. Не «Домодедово» или «Шереметьево», а самый что ни на есть «Курумоч». В коридоре лежит забытая кем-то половая тряпка и пустые картонные коробки. Так встречает меня столица Сербии, количество населения которой сопоставимо с самарским. А сам город стоит на второй по значению после Волги реке Европы – Дунае. И это делает городскую ткань Белграда интуитивно понятной…

Пожалуй, сербы – чуть ли не единственный народ, который большая часть населения России не раздумывая готова назвать «братьями». При этом с самими сербами русские сталкиваются крайне редко и знают о них довольно мало. Несмотря на то что даже в Самаре немало приезжих сербских рабочих. Например, они совсем недавно отделывали внутреннее убранство одного из торговых центров на Ленинградской. Но сербские гастарбайтеры практически не выходят в люди. И конечно, не столь многочисленны, как выходцы из Средней Азии или других стран Восточной Европы. Поэтому рядовой серб куда менее понятен русскому человеку, чем, скажем, узбек или таджик.

Обычно про сербов обывателям известно следующее: они славяне, они православные, они пострадали от американцев, у них очень похожий язык и алфавит. Ценители культуры, несомненно, к этому набору добавят весь набор клише из фильмов Эмира Кустурицы и вообразят главный саундтрек к сербской жизни – музыку Горана Бреговича. Музыку Бреговича за неделю в Сербии я не услышал ни разу. А за воплощёнными в жизнь трагикомическими этюдами Кустурицы лучше ехать в Грузию, чем в Сербию. Как заметил один из наших соотечественников, живущих на Балканах, «Кустурицу сербы не любят, но его популярностью пользуются. Дело обстоит примерно так же, как у нас с Михалковым». И это похоже на правду. Пожалуй, из всех стран, где я побывал, именно Сербия больше всего поразила меня отличием её образа в российском сознании и от реального положения дел.

Сербы – на удивление спокойный народ. Кажется, что у них есть несколько любимых занятий. Первое – пить варёный кофе и курить, глядя на волны Дуная. Второе – кататься на велосипедах по повсеместно оборудованной для этого транспорта инфраструктуре. Третье – гулять с собаками по бесконечным паркам столицы и провинциальных городков. Когда же сербы успевают работать, так и не удалось понять. Кажется, что большинство из них отдыхает здесь на протяжении всей недели с разной степенью интенсивности. Русские по сравнению с сербами кажутся экспрессивными южанами. К тому же невероятно деловыми.

Ещё у сербов есть две главные страсти – сербский спорт и сербская политика. Более всего, конечно, заметны футбольные фанаты. Мы случайно оказались на матче Второй футбольной лиги Сербии в Белграде на стадионе «Полет», находящемся на стрелке Дуная и Савы. Такой накал страстей и количество яростных фанатов можно увидеть далеко не каждом матче российской Премьер-лиги… А граффити «гробарей» — фанатской группировки белградского «Партизана» не заканчиваются на пригородах столицы, а тянутся прямо до венгерской границы (возможно, и дальше вплоть до Северного полюса, но мы пока не проверяли). О политике обычно довольно флегматичные сербы говорят очень страстно. Обыкновенная картина: услышав политические новости по радио, до этого тихо пившие кофе за соседними столиками ресторана незнакомые люди начинают внезапно бурно общаться. Из речи ухо выхватывает знакомые «фашист» и «курва». После окончания выпуска новостей страсти мгновенно утихают, и посетители ресторана вновь погружаются в свои плавные, как барашки на волнах Дуная, мысли.

Сербскую же религиозность (во всяком случае, внешнюю её часть), о которой часто и много любит говорить ряд представителей националистического православного крыла российской общественной мысли, разглядеть практически невозможно. Я видел, как молодые белорусы в центре Минска забегают с утра перед работой в православный собор в немалом количестве. Видел, как дети и старики в Тбилиси крестятся, если в их поле зрения случайно попадает один из крупнейших соборов православного мира Самеба, который видно за много километров в округе. В Белграде ничего подобного не происходит. В пятницу вечером на службе во втором по размеру православном соборе после Храма Христа Спасителя Храме Святого Саввы собирается всего несколько десятков человек. Кажется, что китайских туристов, увлечённо наблюдающих и снимающих на бесчисленное количество гаджетов православное богослужение, здесь больше, чем прихожан. Впрочем, петь и плясать на алтаре в Храме Святого Саввы в голову тоже никому не приходит. Складывается ощущение, что православие здесь более важно как маркер для того, чтобы отличать сербов от католиков хорватов и мусульман боснийцев. Народов бывшей Югославии, говорящих с сербами практически на одном и том же языке, но сражавшихся с ними неоднократно в разные исторические эпохи.

Чем сербы действительно походят на русских, так это тоской по югославскому советскому прошлому. По временам, когда страна была гораздо просторнее, все жили мирно, её берега омывало ласковое море, а деревья были большими. Помимо повсеместной продажи югославской государственной атрибутики для туристов и своих ностальгирующих граждан сербы даже разработали своё сувенирное ноу-хау, до которого, кажется, не додумались их российские коллеги. Они печатают большими тиражами сувенирные карты Югославии с обозначениями для общей истории сербов, хорватов, боснийцев, черногорцев, македонцев и словенцев памятных мест. А за праздничным столом даже цыганские ансамбли между народной песней «Месечина» и горячим бразильским хитом от Michel Telo обязательно затянут песню югославских партизан.

В бытовых привычках сербов читается то, что главный жизненный вектор – это получение удовольствия от жизни. Отсюда эти загорающие на стенах крепостей люди в полдень понедельника и проводящая дни напролёт в кофейнях публика. Жизнь на балканской пороховой бочке, которая грохнула одной мировой войной и чуть было не взорвалась недавно другой, заставляет смотреть на мир по-особенному. Балканской эсхатологией, которая чувствуется в книгах Милорада Павича и музыке Бориса Ковача, веет здесь отовсюду. «Представьте себе, что сегодня последний день перед концом света. Давайте танцевать!» — декламировал Ковач на гастролях в Москве практически сразу после того, как самолёты НАТО разбомбили сербский город Нови-Сад. И это настроение витает здесь повсюду. Даже корпоративный журнал сербской авиакомпании «Jat» начинается со статьи о первой в истории сербской гражданской авиации катастрофе. А улыбчивые стюарды не мешают весело и шумно выпивать соотечественникам, летящим с заработков из Москвы. Пусть веселятся, ведь завтра может и не быть… Даже сербский алфавит вуковица обрывается для русских внезапно. Начинаясь на первой букве «А» он заканчивается тридцатой – «Ш».

их нравы

«Война транспарантов» на стадионах Сербии

Полиция Сербии арестовала семерых фанатов футбольного клуба «Нови Пазар» за оскорбительный для сербов транспарант «Ребус решен, сердце, почки и легкие. Да здравствует желтый дом» на матче Кубка Сербии «Нови Пазар» — «Рад». Напомним, что «желтый дом» — дом в Албании, где удерживались похищенные сербы, у которых вырезали органы на продажу косовские боевики.

В понедельник были арестованы Эмир Р. (39 лет), Эдин П. (30), Мирза Г.(30), Эмир Х. (21) и Энес В. (24) из фанатской группировки «Экстреми». Чуть позднее задержаны Аладин Д. (25) и Беча М.(25). Ведется розыск еще 12 участников инцидента

По неофициальной информации, транспарант был нарисован 24 октября, непосредственно перед матчем 1/8 финала Кубка Сербии «Нови Пазар» — «Рад» на улице Расима Халиловича. Плакат тайно пронесли на северную трибуну Городского Стадиона. Лидеры группировки «Экстремни» предлагали другим фанатским группам в городе принять участие в вывешивании транспаранта, но все от подобной идеи отказались.

Данная акция стала ответом на транспарант фанатов клуба «Рад», появившийся на трибуне в марте нынешнего года – ребус, решением которого было «Нож, жица, Сребреница» (Нож, проволока, Сребреница. Сребреница – место массового расстрела боснийских мусульман во время войны в бывшей Югославии).

В воскресенье, 28 октября, в ответ на акцию фанатов «Пазара» на матче «Партизан» — «Нови Пазар» фанаты «Партизана» вывесили на трибуне транспарант с цитатой из книги Вука Драшковича «Нож»: «Алия!? А Спасойе Югович?»

В книге Халил Сиктер Эфенди объясняет Алие Османовичу происхождение мусульман в Боснии. На просьбу перечислить предков Алии о самом далеком прапрадеде Халил Сиктер Эфенди говорит: «Его родили Цвиета и Спасойе Югович», то есть боснийские мусульмане являются не более чем исламизированными сербами.

Пресс-секретарь клуба «Нови Пазар» Реджеп Корач, мягко обойдя инцидент с участием фанатов его клуба, потребовал примерно наказать фанатов «Партизана».

RuSerbia.com

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *