Народное единство в Самаре

Несколько лет назад меня первый и единственный раз в жизни потребовали предъявить документы для проверки. Как это произошло: я шла по улице с большой и даже огромной сумкой на ремне. В сумке я несла несколько книг, взятых на временное пользование в библиотеке, в детском ее отделении – дочери требовался реферат по истории, и преподавательница пообещала лично изорвать экземпляры, найденные в сети интернет. Отсюда и библиотечные книги, очень тяжелые. И я шла. Надо отметить, что тот год оказался очень неблагоприятным в плане террористических актов: февральские взрывы в московском метро между станциями «Автозаводская» и «Павелецкая», августовские катастрофы с авиалайнерами, страшные события в Беслане. Органы правопорядка были буквально настороже, пачками рассматривали паспорта лиц кавказской национальности и примкнувших к ним. Меня не очень просто спутать с гордым горцем, жителем Карачаево-Черкессии, но как говорится, нет ничего невозможного для человека с интеллектом. Опять же – сумка. Кто знает, сколько там чего в тротиловом эквиваленте! И бравый милиционер потребовал документы — предъявить, сумку – раскрыть. «Что это у вас там такое», — брезгливо спросил он, разглядывая корешки книг.

«Реферат по истории», — расстроенно ответила я, подозреваемая участница бандформирований. Прошла подготовку в лагерях террористов.

«Реферат?» — насторожился милиционер.

Я разломила посередине один пухлый том. «Минин и Пожарский», — пояснила милиционеру. Он смолчал. Я продолжила, часто подглядывая в первоисточник: « 4 ноября 1612 года по григорианскому воины народного ополчения под предводительством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского штурмом взяли Китай-город, освободив Москву от польских интервентов и продемонстрировав образец героизма и сплочённости всего народа вне зависимости от происхождения, вероисповедания и положения в обществе».

«Ну, слышал вроде», — обиженно прореагировал милиционер. Отпускать меня он не спешил. Пришлось продолжать: «Князь Пожарский вступил в Китай-город с Казанскою иконой Божьей Матери. Командование гарнизона интервентов подписало капитуляцию. Россия освободилась от польских захватчиков, так закончились времена смуты!»

«Да ладно», — не поверил милиционер.

Я с ученым видом кивнула: «В конце февраля 1613 года Земский собор избрал новым царём Михаила Романова, первого русского царя из династии Романовых. В 1649 году день Казанской иконы Божией Матери (4 ноября по григорианскому календарю) был объявлен государственным праздником, который праздновался в течение трех столетий вплоть до 1917 года».

«И что?» — скептически усмехнулся милиционер.

«В этом году прозвучала идея сделать 4 ноября — Днем народного единства. Непосредственной причиной введения нового праздника была запланированная правительством отмена празднования 7 ноября, которое в сознании граждан неотрывно связано с годовщиной Октябрьской революции 1917 года», — триумфально завершила я.

«Идите», — махнул рукой милиционер. Даже паспорта не посмотрел. Так я получила свободу в порядке натурализации, несколько лет назад.

Текущий год стал юбилейным для новообретенного Дня народного единства. Городская администрация решила отметить эту дату по-царски, и развернула праздничные мероприятия под Ленинградским спуском на площадке у фонтана «Парус», чтобы «жители и гости города смогли увидеть реконструированное историческое действо в сценах народного ополчения», цитата.

На самом деле, праздник мне понравился, очень понравился. Правда, уже пора вынимать из закромов униформу для митинга образца прошлого года: ватные штаны и так далее, собачьи унты. Потому что Россия, священная наша держава — это довольно холодная страна.

Но вернемся к фонтану, Ленинградский спуск. Обновленная набережная пестрит тротуарной плиткой трех оттенков серого, внутренности фонтана выглядят желудочно-кишечным трактом неизвестного существа, вероятно — мифического. Низкое небо сыпет крупу, еще ничего не началось. Активисты движения Молодая гвардия раздают полосатые ленточки горожанам. Горожане цепляют ленточки к сумкам, вдевают в петлицы, темноволосая девушка с любовью обвязывает ленточками пальцы своего молодого человека — все пять на левой руке! устраивает бантик. Молодой человек целует темноволосую девушку, рядом веселые дети осваивают концертную колокольную установку — с энтузиазмом звонят в колокола.

Без всяких опозданий на сцене появляются специальные люди: профсоюзные лидеры, председатели молодежных организаций, и так далее. С душой высказываются на тему «четыреста лет назад прогнали поляков, двести лет назад — орды, а семьдесят — освободили Сталинград». Если у кого и возникают сомнения относительно идентификации орд, то не время и не место озвучивать их. Прогнали орды, и все. Французов, наверное, раз двести лет.

Ведущий программы, молодой мальчик, зачитывая с листа, оговаривается и пару раз производит Кузьму Минина в князья. На него свирепо шипит руководительница сбоку. Но мальчику прощают, все прощают сегодня! Сценарий добротный. Горожане слушают внимательно, ряды сплочены. На большом экране кадры эпических кинофильмов. Четыреста лет русской истории в вольном пересказе: смутное время, икона Казанской божьей матери, Рюриковичи, дом Романовых, и вот уже идут по набережной стрельцы в красных кафтанах и сапогах. За ними колонной пристраивается народное ополчение.

На сцене танцоры изображают смуту. Холодно, свитера, джинсы, почему-то многие артисты в тельняшках. Но танцуют хорошо, фантазировать не буду.

Звучат соответствующие ситуации песни, гимн (с новыми словами, понятно). Взлетает огромных размеров полотнище цветов российского флага. Под флаг призываются зрители — для единения. И это совсем не смешно, не натянуто, а хорошо и правильно. Пусть даже звучат в меру циничные комментарии: «Боже что это? Всех накрыло Россией?»

Люди вокруг: пожилая дочка обнимает совсем старенькую маму. У мамы мелко трясется голова, дочка заботливо поправляет её старомодный меховой воротник.

Прекрасно одетая пожилая пара (дама в шляпке с вуалью и ее спутник в дорогом пальто) танцуют вальс, движения отточены, смеются, вуаль трепещет.

Красивые девушки в ярких куртках, высоких сапогах фотографируются на фоне народного единения, страшноватого фонтана и торжественных деревьев, почти уже лишенных листьев.

Заметен мэр города с сопровождающими его лицами, мэр выбрал хорошие теплые башмаки, собирается на всю катушку отмечать праздник, это приятно.

Громкая музыка патриотического толка, некоторые продуманно запаслись чаем в термосах, отпивают из сияющих крышек, а вот нарядная дама в жакете из лисы-огневки изящно отпивает из миниатюрной фляжки коньяка. Все склонны любить друг друга, относиться снисходительно к слабостям ближнего, куда-то вместе идти и свершать разное героическое. Все смотрят с надеждой направо, налево, крутят головами, будто бы ожидая появления князя Дмитрия Пожарского, или Кузьмы Минина, или пусть лучше они придут вместе.

И течет река Волга, разумеется.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *