В поддержку политических заключенных: почти хроника пикета.

Ну что, вдруг кто-то хочет узнать, как в Самаре проходят митинги оппозиции. Могу рассказать со стороны – не как член, не как честный митингующий, а со стороны. Многодетной женщине со стажем труда судьбы любым социумом разрешается побыть в стороне. Итак, предварительно мероприятие обсуждают в фейсбуке. Организаторы спорят, кто в данном случае настоящий организатор, а кто – погулять вышел, потом обзывают друг друга, потом неохотно договариваются о встречах в кафетериях торговых центров, где продолжают дискутировать. Удачно, если администрация не сразу согласовывает время и место. Это будоражит умы. Всякий раз оспаривается звание Главного Оппозиционера Самары. Всякий раз каждый из претендентов остается при своем.

До начала пикета пятнадцать минут. Группа полицейских скучливо переговаривается под голыми еще деревьями. Митинг в защиту политзаключенных логично запланирован у памятника жертвам политических репрессий, что в парке Гагарина. Хороший субботний день, в парке прогуливаются семьи в полном составе, матери с младенцами, подростковые компании на роликах, велосипедах, и без всего. Алюминиевые банки с «ягуаром» мелькают в детских руках. Внезапно на лужайке – веселая свадьба, в русском духе, рвут аккордеон, аккордеоновы крылья трепещут в руках тамады. Кладут невесту животом на жухлую траву прошлых сезонов, фотографируют, улыбаясь.

— Дагестанское, — разочарованно комментирует марку недорого вина полицейская при исполнении. По некоторым прохожим в штатском тоже заметно, что они исполняют. Помимо известных участников оппозиционного движения (см. кафетерий в торговых центрах) присутствуют буквально несколько новых лиц. Буквально два.

— Почему вы пришли на митинг в защиту политзаключенных? – спрашиваю у немолодой женщины в строгом пиджаке и с зонтом-тростью. Женщина оборачивается и гневно отвечает:

— А почему я выходила на марш протеста 11 декабря 2011 года? На марш миллионов? Почему я ношу белую ленту? Почему требую свободы для узников Болотной площади? Может быть, вы еще спросите, почему я не хочу, чтобы печень митингующих размазывали по асфальту? Потому что это противоречит моим нравственным установкам! Потому что не выказывать своего отношения к беспределу властей – аморально!

И хочет меня слегка ткнуть зонтом, чтобы я знала. Промахивается. Стремительно покидает площадку. Белой ленты на ней нет. Дородный полицейский ведет записи в тетради большого формата. Галопом проносится отряд конной полиции, люди пугливо озираются. Отвлекаю двоих представительных мужчин от разговора («Единственная возможность зарабатывать деньги – иметь преимущество перед конкурентами»).

— На митинге присутствует не более пятнадцати человек. Не чувствуете ли вы досады из-за столь низкой явки?

— Абсолютно нет. Чего другого ждать от Самары! Вы вообще в курсе, насколько это вялый, безынициативный, насколько это необразованный город, столица быдла?

Мужчина смотрит строго, будто бы не имея ни малейшего отношения к моему и вправду вяловатому в части протестного движения городу.

— Решение аккуратно посещать все акции оппозиции не изменится от того, что тут особо не встретишь единомышленников. Мне даже не важно, есть ли они вообще, – веско завершает мысль мужчина, и отступает со спутником в сторону хорошего пивного ресторана «Эфес Пилзнер».

Участники пикета разворачивают недлинный транспарант. На детском самокате несется взрослый мужчина, сгорбившись и со свистом. Прогуливаются незаинтересованные, но красивые девушки. У многих модная прическа – болгарская роза (волосы заправляются хорошеньким валиком под ленту вокруг головы). Девушки не останавливаются, проходят мимо, даже и транспаранта не читают, даже и на памятник не глядят. Их можно понять.

История этого памятника жертвам политических могла бы выглядеть провокационной, абсурдной и циничной в другой какой-нибудь стране. В России – это обычная история. Первоначально памятный знак жертвам репрессий был установлен на этом же месте в 1990 году, по инициативе общества «Мемориал»; часть денег, затраченных на его создание, была собрана в виде добровольных пожертвований. Памятный знак являл собой массивный камень в форме почти что куба. В октябре 2012 этот камень внезапно исчез. Местное интернет-сообщество прореагировало бурно, обществом «Мемориал» были отправлены официальные запросы в мэрию; мэрия официально объявила, что оказывается, 30 октября на месте снесённого памятного знака будет открыта новая скульптурная композиция — «Спас». Скульптурная композиция «Спас» представляет собой вроде бы Иисуса Христа в терновом венке. И он как бы сдирает его с головы. Или: кладет терновый венок себе на голову. Или: это колючая проволока. Иисус и колючая проволока, объект современного искусства. Чуть ли не все над этим смеялись. Чуть ли не я.

Город остался скульптурной композицией «Спас» не очень доволен. Город заподозрил мэрию в подлоге. Казалось очевидным, что убоявшись народного гнева, мэрия быстренько вынула из своих загашников бронзового «Спаса», и приспособила его под памятник жертвам репрессий. Город язвил: можно ли считать Иисуса первым политически репрессированным? Город находил особенно пикантным установку бронзового Спасителя в парке имени Ю.А. Гагарина, первым обогнувшим земной шар по орбите.

На этом история со скульптурной композицией не заканчивается. В день ее презентации гражданские активисты наметили провести пикет в поддержку политзаключённых 6 мая. Разрешения не получили. Но пришли к месту событий, держа в руках тематически выдержанный плакат «Всех не пересажаете! Свободу политзаключённым!». Четверо были арестованы. В непосредственной близости к памятнику жертвам политических репрессий стали жертвами политических репрессий, получилось красиво и полезно для движения. Мне так кажется, со стороны.

— Ребята, а кто вот этот, в кожаной куртке?

В надежде посмотреть в новое лицо самарского протеста, участники акции слегка окружают ошеломленного вниманием мужчину.

— С днем следственных органов МВД! – сбивчиво поздравляет он присутствующих, нежно краснея, — сегодня отмечаем, 6 апреля.

Не новое лицо. Транспарант сворачивают. Одобренный мэрией час протеста закончился. И да – я вовсе не думаю, что это смешно и лишено смысла, вдесятером растягивать транспаранты в сердце полуторамиллионного города. Я думаю, что это смело и достойно уважения. Но все-таки со стороны иногда так забавно наблюдать. Наша история. Другой не будет.

В поддержку политических заключенных: почти хроника пикета.”: 2 комментария

  1. Ну как же хорошо: "По некоторым прохожим в штатском тоже заметно, что они исполняют." Так тепло у вас уже… У нас все холодно. Жаль, что их мало. И так все инертно. Показательно, с другой стороны…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *