(6)66-й квартал

Можно ли довести человека до того, чтобы он ничего не ел в 40-градусную жару в течение двух недель? Как выясняется, вполне возможно. Жительница небезызвестного 66-го квартала Самары Елена (Алёна) Молодцова продолжает объявленную ею 26 июля бессрочную голодовку. Что же надо сделать, чтобы толкнуть мать двоих детей на подобную акцию протеста?

История 66-го квартала известна многим самарцам. Двухэтажные дома по улице Советской, в которых живут протестующие, построены в конце 1940-х пленными немцами. Построены без фундаментов, с использованием глины и камыша, и представляют реальную угрозу для жильцов, тем более, что вдоль улицы проходит трамвайная линия. К счастью, большинство этих «хибар» признаны аварийными, многие даже расселены, а люди получили новые квартиры. Но далеко не все согласны с предлагаемым им жильем, на что у них есть вполне объективные причины.

Рассмотрим ситуацию Елены Молодцовой. В 2010 году Елена, как и многие жители ветхих и аварийных домов, получила смотровой ордер на квартиру. Ей был предложен сперва один, а потом второй вариант переселения. В одном случае это была однокомнатная квартира на пересечении улиц Галактионовской и Пионерской, а в другом случае двухкомнатная на Белогородской улице в поселке Толевый. И от первого, и от второго варианта Елена отказалась. В первом случае однокомнатная квартира никак не могла устроить Молодцову, поскольку она растит двоих сыновей. Согласно закону Самарской области «О жилище» «…заселение одной комнаты лицами разного пола старше 9 лет, за исключением супругов, допускается только с их согласия». Елена на это не согласилась. Предложенная же жилплощадь на Белогородской не устроила ее тем, что находится в поселке Толевый. В одной из записей в своем блоге известный самарский журналист, блогер, иследователь побережья реки Самара Игорь Кондратьев (http://gregorkon.wordpress.com/) написал: «Есть ли криминальная специализация у поселков на побережье Самарки? Чисто на бытовом уровне в общественном мнении Толевый и Чуваши больше связывают с наркотой и убийствами, Тепличный и Запанской с бытовым хулиганством, Тепличный и Чермет – с оружием, Запанской, Землянки и Мясокомбинат с пожарами». Претензии к поддержанию правопорядка в районе есть и у погорельцев с улицы Никитинской, получивших здесь квартиру, о чем они рассказали журналистам муниципальной «Самарской газеты». Ситуация в Толевом и правда неспокойная, и нет ничего удивительного в том, что мать двоих несовершеннолетних детей отказалась от этого варианта.

Есть квартиры и в других районах города, которые могли бы устроить Молодцову по всем параметрам. К примеру, это площади в ЖК «Надежда» на 5-й просеке. А почему бы и нет? Но Молодцовой в этом отказывают по причине отсутствия там квартир требуемой площади. При этом, как рассказывает Елена, есть немало прецедентов, когда жителей аварийных домов переселяли в квартиры с большим метражом, чем был у них прежде. Достаточно лишь войти в положение жителей, учитывая потребности каждого. Вместо этого чиновники городской администрации ссылаются на 89 статью Жилищного кодекса, утверждая, что делать это не имеют права. Руководитель департамента управления имуществом г.о. Самара заявляет, что «те жители, чьи дома действительно находятся в ужасном состоянии, не спекулируют на своей беде. Они переселяются туда, куда им предлагают, – тем более им предлагают достойные квартиры». Действительно, люди переселяются в предлагаемые квартиры. По словам Елены Молодцовой, всем сначала предлагают однокомнатные квартиры, в расчете, что многие и на это согласятся. Так и происходит, не у всех есть силы и терпение ждать и добиваться лучшего, прожив не один десяток лет в тяжелых бытовых условиях. Только вот желание выбирать среди предлагаемых квартир подходящую для себя и своей семьи сложно назвать спекуляцией. «Мне хочется вывезти детей туда, где они смогут получать достойное образование, не бояться за свою жизнь, как на Толевом, где была бы минимальная угроза наркотического воздействия. Имелась бы нормальная возможность медикаментозной помощи, оба моих ребенка больны хроническими заболеваниями, потому что прожили в таких условиях, а на Кряже этого нет, там нет и школы», — рассказывает Молодцова.

"Я ведь там не только из-за метров!

Я НЕ ХОЧУ, чтобы мэрия относилась ко мне, как к скоту!"

Казалось бы, желание человека жить комфортно и иметь достойные условия для жизни и воспитания детей в социально ориентированном государстве является абсолютно естественным. Только почему-то это воспринимается чиновниками как «желание нажиться», «заработать популярность», желание жить в «элитных» домах и т.д. Как результат — мать двоих детей вместе с другими жителями квартала вынуждена прибегнуть к крайней мере протеста.

На сегодняшний день в голодовке участвует лишь Елена Молодцова. Остальные жители поддерживают ее, участвуют в акции, каждый день находятся рядом с ней, но пищу принимают. Решение прекратить голодовку они приняли на четвертый день, после визита Ирины Скуповой, пообещавшей сделать все возможное для решения сложившейся ситуации. Впрочем, еще во время прошлогодней голодовки к протестующим жителям приезжали высокопоставленные чиновники, также пообещавшие все уладить, однако за год ситуация не изменилась.

Акция протеста стала поводом для обвинения Молодцовой в том, что она выполняет политический заказ против главы города и спонсируется его противниками на предстоящих выборах. Волей-неволей Елена, вместе с остальными жителями квартала, стала поводом для очередной информационной войны, разгоревшейся в местных СМИ. С легкостью обвинив Молодцову в «продажности», представители городской администрации сделали человека заложником политической ситуации, еще одним предметом непрекращающейся перепалки городской и областной власти. Елена шутит, что «продалась» бы, если бы это помогло в осуществлении желаемого и жители 66-го квартала получили бы достойное жилье. Поскольку начался процесс сбора подписей для выдвижения кандидатов на предстоящие в октябре выборы главы города и депутатов городской думы, жители не могут не следить за отношением потенциальных избранников к их проблеме. С сожалением приходится констатировать, что из пяти выдвигающихся из округа кандидатов ни один не проявил интереса к проблеме 66-го квартала, а из кандидатов в мэры города если кто-то и заинтересовался ею, то никаких конкретных шагов для ее решения пока не предпринимал. Немало рассказывает Елена и о некорректном отношении к себе со стороны чиновников мэрии, в том числе и руководителя департамента управления имуществом Дмитрия Феоктистова, считая, что лично он своими действиями спровоцировал проводимую акцию.

Так против чего или кого направлена продолжающаяся более двух недель акция протеста? Против конкретных чиновников городской администрации? Против мэра? Против государства? Ведь протестующие уже привлекли внимание жителей города и высокопоставленных чиновников всех уровней к своей проблеме? После того как по настоянию Скуповой большинство жителей отказались от голодовки, дав чиновникам время, чтобы принять какие-то меры, Елена как один из активистов была в легком замешательстве. Тем не менее, во избежание и без того распространяемых мэрией слухов о политической ангажированности Молодцовой, она решила не прекращать протестовать. В своем блоге Елена прокомментировала это так: «Я ведь там не только из-за метров! Я НЕ ХОЧУ, чтобы мэрия относилась ко мне, как к скоту! Я не хочу давать им повод трындеть в инете: «Молодцову купили!» Я хочу, чтобы необузданные в своем цинизме чинуши знали — как бы они ни старались унизить меня, у них не получится! И даже если мне придется уйти, когда станет совсем плохо, я уйду победителем! Потому что назвать победителем мужика, отца города, который воюет с женщиной, желающей обычного счастья своим детям, — нельзя!»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *