Больно, дорого, навсегда.

Еще светло, но массивная новостройка из серого бетона, шлифованного металла и тонированного стекла как-то грузит, и кажется, что уже давно вечер, почти ночь. Ваши белые джинсы выглядят излишне декоративно, и вы жалеете, что не надели классических, синих. В поддержку идеи темного времени суток ярко светятся красным латинские буквы tattoo, одна над другой, как в Японии.

В Японии 350 лет назад родилась мафия с названием якудза, о которой известно немногое. Каждый, проникший в ее тайны – обречен. И еще татуировки, знак принадлежности, обозначение статуса. При вступлении в якудза крестьяне и ремесленники получали новые, воинственные имена: Девять драконов, Ревущая буря, Горящая вода, эти имена наносились в виде картин на спину или грудь. Нередко узорами покрывалось всё тело вплоть до головы, кистей рук и ступней. И сейчас татуировки ассоциируются в Японии с якудза, людям с татуировками иногда запрещён вход в места общественного купания.

Вы усмехаетесь, место общественного купания горожан буквально через дорогу, там – набережная и пляж, а тут торопливо курит девушка в сандалиях со стразами, пахнет ароматизированным табаком, алеют латинские буквы tattoo.

Именно про эту вывеску и говорила организатор мероприятия, именно здесь и состоится официальное открытие, тату-студия «Кing-ink», на входной двери изображен костер, разгорающийся из пяти черепов и стилизованные под нео-готику буквы названия.

Лестница вниз, это подвал, а вот и правильно, бормочете вы себе под нос, такое место и должно располагаться в подвале, ступеньки заканчиваются, и навстречу попадается явный официант в черно-белой униформе. Он разрезает пиццу большого диаметра на равные пестрые треугольники. Второй официант расставляет на столе бокалы, открывает ловко шампанское, уворачивает горлышко полотняной салфеткой. Стены красные, немного черные, пол сдержанно сияет серым, потолок низкий, как в ларце или потайном ящике. Тоже серый, но тоном темнее.

Хозяин салона с именем Иван отпивает из стройного фужера для шампанского минеральную воду и общается с журналистами:

— Как все началось. У меня давно была небольшая татуировка, настоящая вырезная, через какое-то время я решил ее несколько видоизменить, увеличить… В общем, модернизировать. Заинтересовался процессом, деталями… А потом задумался, почему бы не попробовать сделать это своим бизнесом, своим делом. Древнее искусство, и во многом недооцененное пока у нас. Для одних людей татуировки являются украшением, для других — символом, несущим какую-то информацию…

Вы осматриваетесь, красные стены завешаны хорошими фотографиями на тему, берете бокал с шампанским, оно теплое, неважно.

Для маори, населяющих южную часть Океании, татуировки являются способом связи с миром. Этот элемент маорийской культуры является не прикладным или декоративным, а основополагающим. Вплоть до наших дней маори сохранили священное отношение к моко (moko, татуировка, маорийск.). Маори убеждены, что моко можно наносить только на тело маорийца. Моко – это проявление всех уровней бытия: от обозначения социального статуса до выявления тех или иных энергетических соответствий в теле.

Иван – высокий мужчина, модная щетина, узкие джинсы, цветная майка, дорогой пиджак, он выглядит успешным предпринимателем, и скорее всего, является им. Пьет минеральную воду, уверенно отвечает на вопросы, отличное помещение в центре города, интересный бизнес, все хорошо, все получается, а будет еще лучше.

Журналист известной ежедневной газеты спрашивает, есть ли у салона проблемы с поиском клиентов. У журналиста красиво растрепанная прическа из длинноватых волос пшеничного цвета.

— Лояльность клиента к своему мастеру составляет — практически сто процентов… Я хочу сказать, что шестьдесят процентов людей, сделавших первую татуировку, придут делать вторую. И третью. Нет предела, как вы понимаете, совершенству. И гарантированно они вернутся к своему мастеру. Вы понимаете, складываются особые отношения в процессе работы… Один сеанс может продолжаться четыре-шесть часов, а при больших татуировках сеансов может быть несколько… Да вот вам мастера сами лучше расскажут…

По лестнице неторопливо спускаются двое мужчин, у них бороды, у первого — потемнее и покороче, у второго — попышнее и порыжее. Поднимают в приветствии руки. Мастера, догадываетесь вы и рассматриваете пристально.

— Олег, Миша, — представляет их хозяин и отходит вглубь помещения. Оттуда доносится переливчатый женский смех и мгновенно появляется двухцветный официант с бутылкой шампанского в полотенце. Наполняет бокалы.

Мастера Олега немедленно спрашивают об опыте, о прежнем месте службы – Самара город маленький, камерный, и все считают нормальным знать друг друга не через шесть рукопожатий, а максимум через два.

Мастер Олег взбирается на высокий барный табурет, синие джинсы со вновь популярной высокой посадкой, малиновая трикотажная куртка, удобные мокасины, серьга в левом ухе, спокойный голос, неспешная речь, последние звуки в словах произносит по-особому твердо и с каким-то ударением:

— Я не помню случая, чтобы мне было стыдно за татуиров-к-у, что я сде-ла-л. Я никогда не возьмусь за работу, если сочту неуместным явление той или иной картинки на теле… Если ко мне приходит клиент под кайфом или немного выпив и говорит: давай сейчас или никогда! Я отвечаю: никогда! Абсолютно уверен, что случайных татуировок не должно быть, настоящий мастер не допус-т-и-т…

Гости переглядываются удовлетворенно.

Татуировки в Полинезии играли роль, аналогичную обозначению меридианов в китайской медицине. Их линии и узоры фиксировали связь биоактивных зон в теле. По сути, единый узор татуировки маори – это отображение энергетической карты человека. Моко на теле маорийца является не столько отражением его социального статуса, сколько фиксирует внутренние связи и организует энергетические процессы в теле человека.

Мастер Миша одет более богемно и в духе свободного художника – цвета хаки свободные штаны, почти солдатские ботинки, какие-то еще неформальные и стилеобразующие аксессуары. Вполне можно себе представить, что он буддист, последователь учения Махаяна, и уже обнаружил свою естественную абсолютную мудрость (джняна). Все непознанное уже постигнуто и понята сама психология жизни. Возможно, он даже успешно прошел тест и в его зеленых глазах угадывается осведомленность о судьбах людей… Высокая девушка с цветной небольшой татуировкой на подъеме стопы интересуется у него, существует ли татуировочная мода, например, сегодня вся хотят якорь, а завтра – купола? И откуда она берется?

— Например, посмотрели люди фильм «От заката до рассвета». Там такая рука закрашенная, полностью. Все пошли зарисовывать себе руку. На Западе это называется — «примитив-арт». Есть японская тема, многим она нравится: рыбки, драконы, иероглифы. Одно время были в моде черно-белые трайблы. Потом стали популярны кельтские орнаменты, мотивы Майя, Ацтеков. Сейчас более-менее схлынули, пошла биомеханика. Вроде стиля «чужие» — механика вместе с мышцами…

Организатор мероприятия, рыжеволосая журналистка в расписных кедах, спрашивает, каким представляется мастерам идеальный клиент. Терпеливым? — уточняет она, — наверное, должен не бояться боли? А кстати, делать татуировку – это больно? Отвечает Олег:

— Первый вопрос, какой задают люди, если заходит речь о татуировке: это больно? Естественно иголки, проникающие в кожу — это чувствительно, но почти все клиенты признают, что представляли себе это гораздо болезненнее. По-разному бывает. От машинки зависит, от умения мастера, от объёма работ, от расположения на теле. Сложнее и дольше делать татуировку на животе в области пупка. Легче – на ноге, руке, ягодицах. Как правило, чем ближе к кости, тем болезненнее процесс. Локти, колени, подмышки. В любом случае, ощущения боли всегда индивидуальны. Многое зависит от настроя человека: кто-то с легкостью переносит шестичасовой сеанс иглоукалывания, а кто-то начинает ерзать на кресле еще до включения машинки…

— Поэтому, — добавляет Миша, — идеальный клиент это тот, который доверяет своему мастеру. Для меня не имеет значения, мужчина это или женщина. Но знаю мастеров, что предпочитают работать только с мужчинами, аргументируя это тем, что женщины обычно ограничиваются малоинтересным с точки зрения художника цветочком.

Различия между мужскими и женскими татуировками маори довольно существенны. Тела женщин татуируются куда меньше мужских. По всей вероятности, это связано с тем, что тело женщины рассматривается в этой культуре как внешне завершенное, соответственно, ее внутренние процессы в меньшей степени нуждаются в коррекции с помощью моко. Ей необходимо в больше степени эмоциональное питание, поэтому татуирование женщины чаще всего происходит лишь в области губ и подбородка.

Мужское же тело, по мнению маори, – «внешнее», находится в большей связи с макрокосмическими процессами, и ему необходимо создание дополнительных внутренних энергетических связей для правильного развития.

Невысокая девушка в шелковой косынке на нежной шее беспокоится. Несмело просит все-таки одним словом ответить, больно или не больно ей будет делать татуировку? Например, рой бабочек от ступни до колена?

— Одним словом – больно, — отвечает ей организатор мероприятия, рыжеволосая журналистка в расписных кедах, — но, похоже, оно того стоит.

В отличие от физического тела, моко бессмертно – убеждены маори. Рисунок создает самостоятельную энергетическую структуру, которая продолжает существовать и после физической смерти человека. Если у человека отсутствует татуировка, то о нем говорят, что он еще не приобрел тело.

Возвращается Иван. Из кабинета выходит третий мастер, Юля. Юля – особенный мастер, объясняет Иван, мастер татуажа, перманентного макияжа. Юля присаживается на желтый диван и ожидает вопросов. Ее спрашивают, какие типичные ошибки делают дамы, возжелавшие ежедневно без косметики и всякой краски выглядеть ярко.

— В том-то и дело, — говорит Юля, — что ключевое слово – ярко. Девушка как будто целыми днями собирается ходить на вечеринки и в ночные клубы, выбирает себе алый пигмент для губ, черные стрелки для век чуть не через висок… Я всегда советую выбрать более естественные цвета, спокойные, не переусердствовать… Перед собственно татуажем всегда делается макияж, прорисовываются брови, форма губ. Я дорожу своим именем, репутацией, и никогда не возьмусь за работу, в результатах которой не уверена.

— Еще мы планируем, — рассказывает Иван, — устраивать своеобразный обмен мастерами. Ведь известно. Что так или иначе каждый мастер специализируется на чем-то одном. Выбирает одно направление, и совершенствуется в нем. Во всем мире это очень распространено, гастролирующие мастера татуировки, боди-арта…

На высоком столе веером разложены визитные карточки салона. Они отпечатаны на плотном картоне в виде игральных карт. Красные с черным, как и положено.

Как приятна человеческому сознанию строгая иерархия карточной колоды. Туз, король, дама … Неожиданная «шестерка», которая вдруг «бьет туза». Персонажи «Алисы в стране чудес», глуповатые валеты, раскрашивающие белые розы красной краской. Подобная иерархическая лестница сохранилась до сих пор в индейских племенах мбайя-гуайкуру, например, последними представителями которого являются кадиувеу. Проживают в Бразилии. (Как трудно после упоминания Бразилии не сказать: где много диких обезьян)

Знатные кадиувеу демонстрируют свое происхождение раскраской тела. Они полностью удаляют волосы на лице, в том числе брови и ресницы, с отвращением относятся к европейцам — с глазами в поросли волос.

В прежние времена узоры наносились, как татуировка, теперь — краской, своеобразный боди-арт. Женщина-художник расписывает лицо или тело подруги, ребенка, реже мужчины. Тонким бамбуковым шпателем, смоченным соком тропического дерева женипапо, художница импровизирует, не имея ни образца, ни эскиза. Она украшает верхнюю губу узором в форме лука, заканчивающегося с двух концов стрелами. Разделяет лицо вертикальной чертой, рассекает его в горизонтальном направлении. Полученные четыре части свободно расписываются арабесками без учета расположения глаз, носа, щек, лба и подбородка.

— На этот вопрос я предпочитаю отвечать коротко, — говорит тем временем мастер Олег, вы вздрагиваете от неожиданности, задумались, а тут в бокал плеснули шампанского. – Временных татуировок не бывает.

«Почему вы так глупы?» — спрашивают индейцы кадиувеу миссионеров. «Почему же мы глупы?» — удивляются миссионеры вопросу. «Потому что не раскрашиваете себя. Чтобы стать человеком, необходимо раскрасить себя, иначе ты не отличаешься от животного»

Вы выходите на улицу, переходите через дорогу, идете по набережной и размышляете. Маори, таитянцы, индейцы Канады, Америки, как завораживает чужая культура, ее странные образы, с любовью запечатленные на лицах и телах адептов — словно картины золотого века, которого они никогда не знали в действительности.

Примерить картины золотого века на себя можно здесь: http://king-ink.ru/

Больно, дорого, навсегда.”: 14 комментариев

  1. Думаю, что интерес к культуре маори и прочих индейцев на российской почве всегда будет проигрывать по сравнению с романтическим искусством нательной живописи зэков. Ну что там эти полинезийцы могут конкурировать с «Не забуду мать родную?» или на веках «Спят», ил на ступнях «Устали»? Купола опять же. Я лично, будучи отроковицей 12 годов, была потрясена на отдыхе в Юрмале, где молодого человека, вышедшего на пляж в стрингах, на заднице были изображены 2 кочегара, закидывающие уголь. По очереди. Чем быстрее идешь, тем проворней закидывают. А вы говорите…

    1. Вы бы, Моника, вспомнили про картофель, которым насильственно вскармливал Петр Первый обритых купцов. Российская почва — благодатна, и уже лет через двести, разговаривая о традициях отечественной татуировки, никто кочегаров на ягодицах иметь в виду не будет, и купола опять же.
      А что, кстати, ягодицы? Были ли они достаточно мускулисты?

  2. Понравилось, что статья написана без истерики. Каждый сам вправе выбрать, что делать с собственной кожей, и не стоит ни ратовать за татуировки, ни ругать их. Спокойное информирование — вот то, что надо. Спасибо автору, чтение было приятным.

  3. Татуировка красива именно художественностью, она ведь та же картина на специфическом холсте.
    Хороший мастер+идея+исполнение — и результат поражает…
    А ещё люди радуются, когда им знакомый, дома, да за бесплатно… А потом поплывшее говно называют татуировкой и считают, что платить мастеру — это глупость.

    1. не поняла…
      это с какого препуга Вы мой комментарий из под поста в ЖЖ выдернули и сюда от своего имени вляпали?!

      1. Полагаю, комментарий настолько хорош, что удержаться было трудно. Подражание — лучшая лесть, кто-то так говорил. Коко Шанель?
        Doberwoman, прошу Вас, не переживайте.

        1. да я и не переживаю особо, просто наглость поражает.
          это ж насколько человек пуст… ладно б великих, оно понятно, прикоснуться к вечному… но таскать слова обычных людей, выдавая за свои… смешно и печально.

          1. Я склонна рассматривать более лояльно: захотел вроде бы человек написать что-то, такое, правильное! по дела! а никак слова не складываются в предложения. А тут вы так удачно все выразили, все его мысли. Ну, думает человек радостно, как хорошо получилось! И — копирует бесхитростно. Не имея в виду ничего плохого.

    1. Прекрасно! Сделайте, а что. Представьте, как романтично: снимаете Вы эдак рубашку, а плечевой сустав, допустим, весь выполнен из арматуры и увит причудливо колючей проволокой.
      ps надеюсь, что Вы мужчина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *