Украина-Россия. Диалог?

Вчера по местному ТВ наш губернатор рассказал жителям Самарской области, что в Самаре, прямо среди них, живут ни дать ни взять национал-предатели, в такой сложный для страны период предавшие интересы России и чаяния Путина и поехавшие на сходку "жидобандеровцев" в Киеве. Ему вслед в фейсбуке вторит и руководитель департамента информационной политики в Администрации Губернатора Самарской области, предлагая нам не возвращаться в Россию, ведь "киевская хунта воюет против России" и поездка в Киев сейчас — это самое низкое предательство. Видимо, Сергей Филиппов не заметил, что "киевская хунта воюет против России" на своей, украинской территорией, что, согласитесь, как минимум должно вызывать сомнения в том, кто и с кем воюет.

Ну что ж, тоже мнение, тоже точка зрения. Но чтобы она не была единственной и монополярной я предлагаю взгляд с другой, "предательской", стороны.

Перед конгрессом "Украина-Россия: диалог" организаторами было поставлено несколько задач, но основная цель была сформулирована так: продемонстрировать добрую волю, солидарность и взаимное уважение. Предательская цель, правда?

Конгресс собрал поистине все сливки украинского и российского общества: писатели, журналисты, политики, политологи, социологи. Вряд ли в обозримом будущем и в известном прошлом были или будут подобные мероприятия, сравнимые по масштабам и значимости персон-участников.

Мероприятие проходило в НСК "Олимпийский" и шло 2 дня, в течение которых мы работали "от и до", пытаясь выполнить поставленные задачи, найти пути для компромисса, научиться говорить на одном языке и доказать друг другу отсутствие желания воевать.

Для тех, кому лень читать подробности, сразу скажу: не считаю результат грандиозным успехом и прорывом. А дальше — почему.

Конгресс проходил одновременно на трёх площадках спорткомплекса "Олимпийский".

На каждой из площадок с 10 утра до 8 вечера постоянно шло общение на абсолютно разные темы: СМИ, культура, экология, образование, права человека и т.д.

По каждой из этих тем мы искали точки соприкосновения между российской и украинской культурой, между украинским и российским опытом.

Это одна из площадок перед началом работы. А начать работать мы не можем, потому что пресса не выпускает из своих цепких лап Михаила Ходорковского, который в итоге всё же смог открыть конгресс, произнеся приветственное слово как один из организаторов мероприятия.

Я старался как та мартышка, которая и к умным и к красивым, успеть везде. Но побороть время и пространство мне так и не удалось. Каждые полтора часа приходилось делать мучительный выбор, и чаще всего он оказывался в пользу темы "СМИ".

Но про СМИ чуть позже.

Конечно же, одной из самых важных и болезненных тем был Крым. Я о ней уже писал, поэтому послушать мнение зубров было вдвойне интересно.

Права человека в Крыму, принадлежность Крыма, легитимность референдума, положение крымских татар — вопросов масса. С ответами — сложнее…

Светлана Ганнушкина, член совета по правам человека при Президенте РФ, расказывала о неразрешимых правовых коллизиях, в которые попали жители Крыма. Ей оппонировали правозащитники, не понимающие, что она там делает:

"Мы не признаем присоединение Крыма к России, а значит это территория другого государства. Давайте это помнить".

Светлана Алексеевна возражала: "Но Украинских правозащитников там нет, а люди — есть. И пока там есть нуждающиеся в моей помощи — я там буду."

Мустафа Джемилев с Александром Морозовым говорили о положении крымских татар в текущей ситуации.

"Россия пытается заигрывать с Крымскими татарами."

"Россия дорого заплатит за свою агрессию. Жаль, что Россия, а не Путин из своего кармана."

"Вся надежда на внутренние немногочисленные адекватные силы России."

А житель Крыма Юрий Прохоренко демонстрировал документы, доказывающие дикие фальсификации и подлоги при проведении референдума.

Панель "Образование" вели Сергей Пархоменко и Константин Сигов.

Коррупция, общественный контроль, фальшивые дипломы и "утечка мозгов" — много тем для обсуждения и желающих высказаться, но крайне мало времени. Свою позицию высказывает самарец Сергей Симак, председатель центрального совета Российской зелёной лиги, член Общественных палат РФ, Самарской области и г.о. Самара.

Цензура, пропаганда и механизмы борьбы с ней, гражданская позиция журналиста и объективное информирование. Этим и многим другим проблемам было посвящено несколько сессий.

У входа в зал организаторы предлагали всем желающим надеть наушники, в которые транслировался синхронный перевод всего происходящего на нужный вам язык. Наушники оказались абсолютно невостребованными — все участники разговаривали исключительно на русском языке. Что, конечно, вдохновило и вселило надежду на то, что общий язык найден.

Когда же заговорили про цензуру и пропаганду… Оказалось, что и наушники не помогут.

Три журналиста, представляющие Россию, (слева направо: Павел Шеремет (ОТР), Галина Тимченко (экс-Lenta.ru) и Тихон Дзядко ("Дождь")) сразу заняли оборонительную позицию: "Мы делаем всё, что можем, для корректного освещения событий. Нам стыдиться нечего", — и на все попытки украинских журналистов высказать свое неприятие пропаганды и лжи на других, государственных российских каналах, наша тройка опускала забрало и рвалась в бой, защищая себя лично: "Мы не госСМИ, у нас всё объективно".

На очередную попытку Галины Тимченко встать в защитную стойку "Если бы вы читали Lenta.ru при мне, вы бы знали, что меня вам не в чем обвинить", Валерий Калныш ответил: "Мы вас всех знаем. Я вижу вас в телевизоре, интернете… А вы нас совсем не знаете. Вы О НАС ничего не знаете".

Татьяна Фельгенгауэр, зам. глав. ред. "Эха Москвы", на упрек в том, что дают слово не всем сторонам, ответила, что многие украинские политики просто отказываются давать интервью, поэтому приходится приглашать российских.

Тут же встала народный депутат Украины Ирина Геращенко, подтвердившая: "Да, я не даю больше интервью российским СМИ. Несколько раз подробно высказывала им свою позицию, приводила аргументы, а они выдернули мои слова из контекста, нарезали из них противоположный смысл и пустили в эфир. Зачем мне это надо?" и добавила "Мы, украинский народ, выбрали себе свободу. Вы, российские журналисты, должны для начала сами себе свободу выбрать".

После часа взаимных упреков слово взял Георгий Сатаров: "Мы приехали в оккупированную страну. Страну, оккупированную нашей страной в попытке взять реванш "мы вам ща покажем свободы и революции". И вот уже больше часа я слушаю нас и ничего, кроме взаимных обвинений, так и не услышал".

С ним согласился Павел Шеремет: "Мы должны извиниться за наших коллег, за их ложь". Тихон Дзядко взорвался: "Мне извиняться не за что. Я честно выполняю свою работу!".

Марат Гельман: "Говорить нам осталось максимум месяц, потом говорить будет некому, поэтому надо уже действовать".

Смотреть и слушать это было грустно, но познавательно. С точки зрения того, как делать нельзя. Нельзя, приехав строить диалог, закапываться в землянку и как мантру повторять "Это — не мы, мы — не это". Целью-то было выработать совместную стратегию, а не найти виноватых. Но она не была достигнута и на второй день.

Тихон Дзядко и Мустафа Найет вместе с аудиторией пытались найти ответы на очень непростые вопросы: запрещать ли российские госканалы на территории Украины, давать ли слово всем сторонам конфликта, включая террористов и фашистов и т.д.

Неожиданно в зале появился кандидат в президенты Украины Пётр Порошенко, по совместительству владелец кондитерской империи "Roshen". Тихон тут же среагировал и пригласил его к микрофону.

Порошенко был одним из редких посетителей конгресса с личной охраной. В основном все ходили свободно, без костюмов, без охраны. К любому, не глядя на чины и звания, можно было подойдти, поговорить, обменяться мнениями. Охранники Порошенко настороженно смотрели на окружающих и вообще напрягались почём зря. А он, тем временем, продолжал свою предвыборную программу: "Украина победила в информвойне на территории всего мира, кроме России и голосования в ПАСЕ и ООН это подтверждают".

Матвей Ганапольский высказал такое мнение: "Информационная война идёт. Но ведёт её Россия не с Украиной, а со своим собственным населением".

Виктор Шендерович поддержал эту мысль, предложив отделять факты от их трактовок. "Нам нужен информресурс, который предлагал бы нам только факты, а их интерпретацией, аналитикой, разжевыванием пусть уже занимаются остальные в меру своих способностей, умений и политических взглядов, но дайте нам факты, а не их трактовку!"

И проиллюстрировал свою мысль бородатым, но таким актуальным сейчас анекдотом:

"Хрущев с Кеннеди решили устроить забег вокруг Белого Дома. Кеннеди в забеге победил. Американские СМИ написали: «Кеннеди пришел первым, а Хрущев — вторым». В газете «Правда» вышла статья: «В рамках встречи лидеров двух мировых держав состоялся дружественный спортивный забег, в котором Хрущев пришел вторым, а Кеннеди — предпоследним".

И ведь правда, вот когда в оправдание аннексии Крыма начинают приводить аргументы "но в Крыму же действительно были проблемы, а значит во всём произошедшем виноваты власти Украины и Крыма", мне думается, что такие оправданцы спокойно убьют человека, и скажут "ну он же болел, у него были проблемы, сам виноват".

Можно ли использовать такую риторику в СМИ?

Леонид Гозман призвал все СМИ называть происходящее своими именами.

"Сколько не говори "Халва", во рту слаще не становится. Если одно государство вторгается на территорию другого государства — это война. Давайте так её и называть!"

Тихон рассказывал о том, что после того, как "Дождь" показал интервью с Януковичем, на телеканал обрушился поток звонков, писем, комментов в соцсетях: "Как вам не стыдно, зачем вы преступнику даёте слово". Аналогичные проблемы возникают и у украинских СМИ — кому давать слово, как выбирать спикера, фильтровать ли ньюсмейкеров, учитывать ли фактически военное положение? Или свобода должна быть и многогранность? Можно ли отвечать ложью на ложь?

Сложные и нужные вопросы, которые так и остались без ответа. Думаю, и задавались они не для принятия окончательных решений. Задавать их нужно в первую очередь для того, чтобы зашевелились клетки, забегали нейроны в мозгу, прилила к главному органу кровь, и запустился процесс критического отношения, анализа, принятия взвешенных решений.

Хотя некоторые конкретные предложения всё же были высказаны, среди которых — создание совместного российско-украинского информресурса, на котором были бы разделы с исключительно проверенным обеими сторонами набором фактов, и были бы разделы с аналитикой, мнениями обеих сторон. Но это должны быть разные разделы ресурса.

И да, сложно представить себе советские газеты 42-го года, публикующие интервью с Гитлером. Значит, нужно украинцам глушить "Первый канал"? Спорили, кричали, перебивали, грубили… Но на русском. В Киеве. В разгар информационной и на пороге самой настоящей войны. И это дорогого стоит. И за это украинцам поклон. За то, что понимают разницу между Кремлем и остальной Россией, за то, что готовы к диалогу несмотря ни на какие провокации Москвы, за искреннюю любовь и уважение к русским, россиянам.

Резолюцией конгресса стал документ, основная мысль которого не менее "предательская", чем цель: "Мы готовы сделать все от нас зависящее, чтобы положить конец российско-украинскому противостоянию".

Полностью в блоге Антона Рубина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *