Другая церковь

160 лет исполнилось самарской евангелическо-лютеранской общине Святого Георга; эту дату отмечают по-русски широко, и по-немецки аккуратно.

Массивная дверь церкви, безупречно оштукатуренной розовым и белым, открыта и внутрь зовут всех. На широких деревянных скамьях заботливо брошены подушечки, чтобы не просто сидеть, а сидеть удобно. Никаких, разумеется, икон, две узорчатых окна по обе стороны кафедры, открыт рояль. Еще имеется орган, и именно органная музыка дает начало торжественному мероприятию. Все места заняты, вносят дополнительные табуреты, пастор Ольга Васильевна, приветливая дама в черном строгом костюме, волнуется, что невозможно усадить всех гостей. Гости стоят в проходах и на пороге, и немного еще на улице.

На первых рядах русская речь мешается с немецкой. Немецкая преобладает, здесь почетные гости из посольства и епископ из Германии. Православный священник в рясе, улыбается шире, чем это принято в РПЦ.

Легко отличить завсегдатаев и прихожан: они обнимаются, тепло приветствуют друг друга, договариваются после воскресного богослужения сходить в кофейню и съесть тех самых смешных разноцветных пирожных. Вспоминают название – макаронс. Хихикают над смешным словом. Умолкают, когда на кафедру всходит пастор и начинает говорить. Вспоминает историю возникновения общины, путь в 160 лет.

Евангелическо-лютеранская община образовалась в Самаре в 1854 году; она была совсем невелика, не более тридцати человек. В большинстве своем это были местные чиновники разных рангов, гувернеры и учителя родом из Германии, Эстонии и Латвии, а также «1 столяр, 1 булочник и 1 аптекарь». Ее первым председателем стал тогдашний губернатор Константин Грот, и надо сказать, что лютеранам очень повезло – уже через несколько лет община могла не устраивать собрания в домах своих прихожан, а заимела прекрасный молельный дом. В Самаре его называют просто «кирха», и наряду с домом Курлиной и костелом считают украшением центра и символом города. А почему лютеранам повезло, а потому что изначально здание строили для католической общины, католическая община была сравнительно многочисленной и давно ждала своего храма. Его возвел на свои деньги купец первой гильдии Егор Никитич Аннаев. Однако в 1863 году поляки восстали у себя в Польском королевстве против России, захотели восстановить в прежних границах Речь Посполитую, а России это не понравилось, Россия вообще не любит, когда субъекты восстанавливают себя в границах. Восстание подавили, а католиков поприжали – зачем вам храм, сказали, нечего баловаться. И лютеране смогли выкупить храм для себя, собирали по подписке деньги, и уже в 1865 году церковь была освящена специально прибывшим из Казани дивизионным проповедником Пундани и пастором Мейером из Симбирска. Собственный пастор появился в Самаре только через год – эстонец Иоганесян согласился переехать из Омска с женой и младенцем.

Со временем лютеран в Самаре значительно прибавилось количественно, но это никого не волновало, и в 1928 году деятельность евангелическо-лютеранской общины была официально запрещена, равно как и деятельность остальных конфессий. Вплоть до 1991 года прихожане опять собирались тайно, встречались на квартирах, и разговаривали в эти моменты только по-немецки, чтобы отсечь возможных чужаков и шпионов.

В 1991 году община вновь получила свою церковь: «21 декабря 1991 г. при минус 21 градусе мороза (отопление в храме не работало) было отпраздновано первое Рождественское богослужение, после более 60-летнего перерыва. Богослужение проводили 21, а не 25 декабря, т.к. пастор приехал из Москвы, и ему предстояло посетить еще несколько общин. Постепенно началось возрождение храма и общины.8 августа 1993 года был заново установлен крест на колокольне нашей церкви, который виден издалека. А 4 сентября 1994 года церковь была освящена после первого ремонта. Постепенно отремонтированы и другие помещения и сегодня почти весь комплекс введен в эксплуатацию и используется», — с официального сайта.

Однако неприятности общины не закончились – церковь сильно пострадала после большого пожара 1997 года, но в короткий срок была восстановлена и с любовью отремонтирована.

«Благодарим господа за то, что он дал нам новое начало», — говорит пастор, и тут на сцену выходит маленькая девочка и садится за рояль. «Пустите детей приходить ко Мне, — говорит девочка, — и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие».

Маленькая девочка играет на рояле, а две девочки побольше танцуют танец с акробатическими элементами. Одна из девочек в джинсах. Вторая – в просторных реющих одеждах. Белых.

Детский хор выводит гимн Go Down Moses, который светскому человеку известен в исполнении Луи Армстронга — Let My people go. Звучит задорно и одновременно трогательно. На втором куплете немного сбиваются, забывают слова, но выгребают к финалу и выглядят молодцами.

Потом выстраивается взрослый церковный хор – женщины в розовых шарфах, мужчины без розовых шарфов. В соседнем помещении накрывают столы. Праздник не закончится сегодня, а продлится еще целых три дня, и завершится воскресным богослужением, и проповедовать будет епископ из Штутгарта.

Старая дама с волосами, выкрашенными всеми оттенками голубого, негромко говорит своей соседке в шляпе с цветком: «И вы знаете, когда я начала свои молитвы записывать в отдельную тетрадь, они стали намного действенней».

Девушка с длинными волосами делает мгновенное селфи на фоне переполненного зала и горящих свечей. Женщина с двумя дочками по обе стороны шепчет в телефон: «Ничего я не прятала, курица на столе, просто укрыта фольгой». И опять звучит орган.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *