Твиттереволюция

Мы все пытаемся угадывать. Что же будет после бумаги? Что будет после радио и телевидения? Как будут выглядеть следующие медиа? И всем в голову приходит один ответ: цифровые технологии и интернет. Но и всемогущему интернетус общеизвестным аукционом ebay usa и социальными сетями в его нынешнем виде тоже что-то должно прийти на замену, хотя в это верится с трудом. Многие медиа-аналитики считают, что развитие медиа определяется сейчас не развитием устройств и новых гаджетов, а развитием интернета как новой общественной среды. «Новая» взяла интервью у Натальи Соколовой, кандидата философских наук, доцента кафедры социологии и политологии СамГУ, автора книги «Популярная культура Web 2.0: К картографии современного медиаландшафта». Мы задали всего один вопрос: как новые медиа изменят нашу жизнь?

То, что сейчас происходит в медийном поле, говорит о том, что мы выходим из фазы информационного общества. Мы вступаем в совершенно иную фазу, фазу пост-информационного общества, коммуникативного общества. Если раньше о новых медиа мы говорили как о средствах массовой информации, то сегодня нам приходится признать тот факт, что появление новых медиа меняет не просто информационную сферу, не просто сферу масс-медиа, а меняет всю социальную реальность. Я бы даже сказала, антропологически меняет тип человека.

Каждому исследователю, который занимается определённой сферой, свойственно преувеличивать значение того, о чём он пишет. Но в данном случае я абсолютно уверена в том, что то, о чём я говорю, действительно верно. Давайте определимся, что же такое новые медиа. Принято считать, что это цифровые технологии, сеть интернет, многочисленные гаджеты, без которых мы не можем представить нашу жизнь. Новые медиа — это интернет. Но интернет далеко не весь. Я говорю про интернет второго поколения. Web 2.0. Интернет, который перестал быть машиной для поиска. Это интернет, в котором мы абсолютно свободно ориентируемся, можем что угодно написать и свободно отреагировать на абсолютно любое послание.

Пользователь перестал быть человеком, который просто ищет информацию, он обжил это пространство. Это пространство становится реальностью. Сейчас интернет — это далеко не прибежище эскапизма или уход в иной мир. Мы прекрасно видим, что бизнес пошёл в интернет, политики пошли в интернет, маркетинг тоже пошёл в сеть. Для огромного количества людей пребывание в мире он-лайн стало естественной частью жизни. Сегодня нельзя говорить о том, что есть реальность настоящая и вымышленная. Мы видим, что эти сферы стали одним целым.

В принципе, это игра, в которую должны были играть подростки, но мы видим, что сегодня социологи именно в интернете проводят исследования, политики используют это пространство для того, чтобы продвинуть свои взгляды, сексуальные меньшинства для того, чтобы обозначить свои позиции. Мы видим странную смесь развлечения и бизнеса.

Происходит незаметная революция. В чём она заключается? Обычный пользователь, который раньше был рядовым потребителем, сегодня может стать экспертом. Он может без проблем и социальных институтов заявить о себе. К примеру, Пётр Налич. Он не делал никаких шагов, чтобы получить известность благодаря официальным институтам. Эксперты, которые привыкли быть на вершине иерархической лестницы, сейчас чувствуют себя не так уверенно.

Вместе с этим возникает гигантское количество проблем. К примеру, проблема авторского права. Знаменитый роман Дмитрия Глуховского «Метро 2033» был задуман именно как интернет-проект. Это яркий случай в истории литературы, когда писатель советовался со своими читателями относительно фабулы или концовки произведения, таким образом заранее проверяя реакцию публики. Роман Глуховского стал бестселлером. Но это не только заслуга писателя. Это заслуга сообщества, которое было неким барометром. Как определить авторские права вот этих людей, которые тоже являются авторами? Они создают бренд, определенный продукт. Поэтому концепция авторского права однозначно будет пересмотрена. То, что годилось для прежней эпохи, сейчас не годится совершенно.

Растёт целое поколение, цифровое поколение. Которое очень естественно живёт в пространстве новых медиа. Они не могут помыслить себе иную реальность. Более взрослое поколение никогда не будет заявлять себя участником медийного производства. Как аналитик и теоретик, я вынуждена сказать, что интернет — это реальность, с которой придётся иметь дело всем нам. Для меня, как для университетского преподавателя, очевидно, что всем вузовским преподавателям придётся перестроить учебный процесс. Сегодня, многие студенты слушают нас только потому, что мы занимаем кафедры. Если бы институционально мы бы не были закреплены за кафедрами, нас давно никто бы не слушал. Студенты уже давно живут в другом пространстве.

Сайты постепенно отмирают. Это атрибутика Web 1.0. Web 2.0 – это преимущественно социальные сети. И здесь происходят изменения. Именно в социальные сети начали уходить компьютерные игры. Раньше этого не было. Один австралийский исследователь писал о том, что мы все живём под тиранией удобства. И везде мы оставляем информацию о себе. Эта информация — новая форма контроля. Настолько совершенная, что это не снилось ни Фуко, ни всем тем авторам, которые писали о властных технологиях по отношению к прежнему обществу. Если 3-4 года назад об интернете говорили как о пространстве анонимности, то сегодня любой человек вычисляется моментально. Нам очень трудно отказаться от этого. Я лучше оставлю всю информацию о себе, которой может воспользоваться кто угодно.

Отношение к новым медиа очень разное. Между восприятием интернета европейцами и русскими — огромная разница. Это давно подтверждено эмпирическими исследованиями. В Россию интернет пришёл гораздо позже, поэтому достоянием каждого человека он пока не стал. Публичное пространство — это большая проблема в России. Интернет стал это публичное пространство замещать. У русских сознание коммунальное. Допустим в facebook англичанин или европеец общается с близким кругом друзей или же выстраивает деловые связи. У нас же это общение со всем миром.

Маршал Маклюэн жил в совершенно иную эпоху, но он и не предполагал, что наступит та ситуация, в которой мы все оказались. В чём Маклюэн оказался прав, и почему он так популярен? Он не был медиа теоретиком, он был литературоведом. Но он, в отличие от постмодернистов, которые говорили о первичности социального, культурного фактора и некой вторичности технологий, заявлял о том, что любое техническое нововведение меняет среду обитания человека. В этом он был очень прав, потому что медиа — это среда нашего обитания. Мы не можем помыслить современный мир без медиа. Даже если бы очень хотели.

Сейчас много говорят о Web 3.0 и Web 4.0. Мы идём к новой революции, которая может быть сравнима с той, которая была в эпоху первоначального накопления капитала. Web 3.0 и Web 4.0 будут усиливать эту тенденцию. В Web 2.0 нет принципиально новых технологических инноваций. Поэтому новейшие медиа не будут технологически отличаться от предыдущих, они будут более интерактивными и удобными для пользователей. Мы видим, как размывается граница между потреблением и производством, между игрой и работой, между автором и аудиторией. Самая настоящая революция.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *