Не Про Арт Про

Михаил Савченко. Непосредственный арт-директор.

Веб-сайт: http://twitter.com/m_savchenko; http://msavchenko.livejournal.com

Личная информация

Деятельность: куратор

Интересы: фотография, театр, музыка, менеджмент в сфере искусства, культурные продукты, creative industries development, творческие кластеры, современное искусство. + вело / мото

— Ты сейчас смотришь на местные арт-процессы с высоты прожитых с «Арт-пропагандой» двух лет. Как ты считаешь, Самара примет какой-то крупный проект? Возможен здесь «Винзавод»?

— Мне кажется, пока нет. Где-то с год назад бум настоящий был. В «11 комнатах» что-то проходило постоянно, открылся «Арт-центр» и т.д. И казалось, что вот оно – пошло! А сейчас в «11 комнатах» нет ничего, «Арт-центр» на зиму закрывается, и как-то все потихоньку…

— Как ты считаешь, чего нам не хватает? Денег, людей, идей?

— Тренда какого-то. Чтобы какой-то известный публичный человек заинтересовался этим.

— Типа Марата Гельмана?

— Ну да, или чтобы губернатор полюбил современное искусство.

— Ну, может, он его и любит. Но это как с Михельсоном. Приезжает человек из списка Forbes на открытие выставки, и весь бомонд сразу там. Неважно, что за выставка – всем нравится. Нет Михельсона – нет любви к искусству. И в любом случае нам же губернатор посещаемость выставок не поднимет.

— Посещаемость не поднимет, но он может поддержку некую обеспечить. Появление неких институций, появление тренда в СМИ…

— А что в СМИ? Какое мероприятие ни возьми – о нем пишут. С одной стороны — в «Коммуне» пишут, с другой – в интернете, и даже желтые газеты про какие-то ваши акции пишут. Нельзя же сказать, что вы в вакууме находитесь. Так вот, слагаемые вроде есть, а суммы нет. Нет чего? Тренда? Губернаторской воли?

— Ты знаешь, если вот взять Пермь, то сейчас все знают, что в Перми – культура. Создана такая аура. В Перми Гельман, Чиркунов, и все как бы отлично. Но на самом деле, приезжая туда, общаясь с людьми, понимаешь, что ситуация там схожая с Самарой. Ну да, появился музей современного искусства. Отлично. Но в целом людям от этого ни холодно, ни жарко. Но есть такая внешняя PR-оболочка.

— Пузырь это называется. Блестит-переливается.

— Ну, это с одной стороны — пузырь, а с другой — там сейчас появляются новые творческие институции. Бояков там новый театр открывает, и что-то начинает реальное происходить.

— Вернемся к Самаре. Уровень «Винзавода» мы не тянем. В Перми все такое показушно-распильное. А в Самаре есть уровень «Арт-пропаганды», и кроме этого уровня мы ничего не поддерживаем. Тебе самому нравится публика, которая ходит в «Арт-пропаганду»?

— Вот эта выставка Арсения Жиляева, которая сейчас открылась, она реально уровня того, что выставляют сейчас на «Винзаводе». И я так посмотрел, что народу не очень… Многие вообще реагируют: чё это вапще тут?!

— Ну да, картинок же нету!

— Картинок нет, и сразу пропало все веселье. Мне кажется, что и публика во многом еще не доросла. И в любом случае приходится возвращаться к картинкам. Чередовать картинки и такие вещи.

— И как тебе удается чередовать? Есть какая-то стратегия? Я слежу за вашей афишей, и у вас очень разноплановые события, что-то вообще вы первые сделали в Самаре, но всегда есть ощущение, что программа настолько разноплановая, еще чуть-чуть, и всё развалится. Или есть какой-то стержень? Идея основополагающая?

— Основополагающая идея реально проста – никакой фигни. И если мы берем какие-то разные вещи, то они все должны быть крутыми. Сейчас мы открываем выставку плаката, но эти плакаты компании Coca-Cola, которая привозит нам из Европы отличную коллекцию. Если мы показываем живопись, то всегда очень много отсматриваем, очень долго отбираем. Да, разная по стилю и по типу, но по уровню мы всегда держимся максимально высоко.

— Ну а если тебе предложат сделать, скажем, выставку манги? Ты согласишься?

— Нет, наверное, нет. Сейчас у нас, кстати, будет школа современного искусства.

— Вот этого я вообще не понимаю. На мой взгляд, это если не профанация, то игра. Учат тому, чего нет.

— Мы учим… смотреть. В основном смотреть. Общаясь с теми ребятами, кто учился у Логутова, читая у них в ЖЖ, видишь, что если они были где-то в Москве, то они уже очень хорошо об этом пишут. Они понимают, почему вот так вот художник сделал, что значит произведение. У меня к тому же не было цели подготовить десять современных художников. Но в качестве привлечения и такой для зрителя, для потребителя программы – мне кажется, что это было отлично.

— Ты знаешь, у нас на сайте в обсуждении промелькнула мысль, что если концепцию произведения искусства нужно объяснять с помощью слов, то ее можно не объяснять вообще. И мне кажется, что большинство зрителей такой точки зрения придерживаются. Не считают нужным понимать. То есть классические искусства здесь в приоритете. В опере, например, разбираться – это не грех, это, наоборот, bonton. А разбираться в современном искусстве… В чем там разбираться, если это демагогия критиков, чтобы продать художников подороже. И я понимаю, как это работает в Москве, где на этом люди даже что-то зарабатывают, на этой демагогии наживаются, но в нашей ситуации как к этому относиться? Нужно ли в этом разбираться, требует ли оно подготовки? А если оно тебя не цепляет, неподготовленного, то лучше пройти мимо и не грузиться.

— Мне кажется, что в любой ситуации любое искусство требует подготовки. Если ты придешь на серьезную экспериментальную театральную работу, а ты последний раз в театр в школе ходил, то ты не врубишься в нее, никогда. Точно так же и здесь. И чем хороша ситуация в Самаре — здесь этих современных художников не так уж и много, и следить за ними, за их развитием очень просто. И можно даже наслаждаться тем, что ты знаешь всю ситуацию в городе, кто что сейчас делает. Кто к чему идет: о! вот это интересно, не ожидал. И это все под рукой. А в той же Москве – это сплошной поток. Перепроизводство.

— Роман Степаненко, который занимался АП, теперь в Городской думе, председатель Комитета по культуре, туризму и спорту. Я знаю, что он очень увлечен «Арт-пропагандой». Как ты считаешь, возможно ли использование вашего опыта и наработок на городском уровне?

— Ну, не знаю. Но мне кажется, что со стороны города очень слабо все это развито сейчас. Мы больше знаем какие-то институции областные. И я, честно говоря, очень рассчитываю на Романа в этом отношении. Он молодой, современный, много что видел. И уже идет обсуждение проектов на следующий год. И я думаю, что это движение принесет реальный результат. Мне, честно говоря, намного интереснее стали такие проекты, более массовые, что ли. Реально, публичные очень. Как та же «Белая линия». Это же классно, и это поймет любой человек! Мне кажется, что надо такие вещи делать, и они будут город по новому позиционировать. Не лезть в какие-то тонкости с современным искусством, а делать то, что нужно всем.

Проект «Линия Самары»

Проблема.

«Что у вас можно посмотреть? Куда сходить погулять?» — вот вопросы, которые приезжие из других городов часто задают самарцам. «Набережная», «центр» — согласитесь, в большинстве случаев наша фантазия не простирается слишком далеко. При этом оба — весьма растяжимые, в общем-то, понятия. Необходима абсолютно доступная и понятная система обзорного пешеходного маршрута по Самаре, которым может воспользоваться любой гость или житель города без специальной подготовки в любое время.

Описание проекта.

Разработка пешеходного маршрута по центральной части города Самара с указанием наиболее значимых современных и исторических объектов и представлением его непосредственно в городской среде посредством размещения информационных стендов и нанесения яркой краской линии маршрута на пешеходных троутарах. Таким образом, маршрут сразу начинает работать и на приезжих гостей города, и на жителей, в отличие от, например, любого путеводителя или каталога, который необходимо не только купить, но еще и изучить, а здесь экскурсия начинается прямо перед человеком. Машрут закольцован, на информационных стендах указана его продолжительность, свой путь можно начать в любом месте линии и быть уверенным, что вернешься сюда через 2 часа, не заблудившись. Основными методами работы проекта являются: маршрут, стенды, линия и аудиогид.

Маршрут.

Пешеходный путь длиной около 7-8 км начинается от речного вокзала и заканчивается там же. На такой маршрут пешком тратится порядка 2–2,5 часов, или 160 минут. Выделяется около 30-40 основных точек – объектов. Это могут быть как обьекты исторического и архитектурного наследия, так и современные центры культуры и публичные места.

Стенды.

Рекламные стенды типа «пиллар». Двухсторонние, высота порядка 2 м, желательно с подсветкой. Устанавливаются около каждого ключевого объекта.

На стенде размещается информация: крупно номер и название объекта, справка о данном объекте с изображением. Также размещается общая информация о проекте «Линия Самары» — общая карта с указанием, где сейчас находишься, общая протяженность маршрута, время его прохождения пешком или на велосипеде, краткая справка с фотографиями о следующих объектах, информация об устроителе.

Линия.

Наносится яркой краской (зеленая, синяя, красная – важно, чтобы не совпадала по ГОСТу с особой разметкой дороги) прямо на асфальт тротуара. Периодически сопровождается стрелками, указывающими направление движения и номер следующего объекта. При пересечении маршрутом автодорог идет по направлению пешеходного перехода.

Аудиогид и карта.

Аудиогид записывается с продолжительностю реальной прогулки по маршруту – около 2 часов. Содержит информацию как о объектах, так и о проходимых улицах, интересные факты, курьезы. Например, при приближении к Театру драмы текст может рассказать кто-нибудь из актеров театра, и т.п. Файл в формате MP3 находится в свободном доступе, и каждый человек может закачать его себе в плеер или телефон. Также доступна для скачивания карта-путеводитель в формате PDF, которую можно предварительно распечатать.

Аналоги.

Подобные проекты реализованы в Ганновере, Брюсселе, Перми и других городах.

Не Про Арт Про”: 11 комментариев

  1. Спасибо. Интересно. Современное искусство, я смотрю, у редакции в почете, это очень здорово.

  2. Арт-Пропаганду знаю хорошо, была там на театральных чтениях и музыкальных программах. Вообще сайт заинтересовал. Он обновляется, пополняется материалами ежедневно, да?

    1.  По появлению материалов. Основная часть (печатной версии) в четверг-пятницу.

      1. Благодарю вас. Мне кажутся особенно интересными материалы журналистов Арутюнова Сульдина и апрелевой.

  3. Линия — это замечательно, конечно. Но проблема в том, что хороший климат к Самаре не прилагается, гулять зимой или глубокой осенью удовольствие ниже среднего. А пойти некуда. Художественный музей, увы и ах, не дотягивает даже до Саратова. Выставки крайне редки, да и те, что есть какого-то «местечкового масштаба». Припоминаю разве что Петрова-Водкина.
    Да что говорить, в городе элементарно практически негде выпить кофе!! Какой уж тут Винзавод….
    Какое современное искусство… Кто его сочинять будет? Студенты каких вузов? И ясно, что школ типа Rhode Island School of Design или Central Saint Martins в Самаре ждать не приходится. Откуда трендам взяться?

    1. А как же Пурыгин, Шагал, Гойя и Дали?? местечковый масштаб??? Конечно, сложно назвать музей крайне интересным и актуальным тем более для молодежи, но события происходят, и резонанс вызывают. Совсем крест ставить несправедливо.

  4. Современная публика считывает только то, что способна считывать. Судя по ответам МС, ориентировка арт-центров все же идет на PR-технологии. Но какими бы он ни были ультрасовременными, людей они образованными и культурными, равно как и счастливыми, не сделают. «Винзавод» — довольно скучное место, как скучно все, что озабочено быть современным брэндом, трэндом, хэпи-эндом. Конечно, смысл можно во всем найти при желании и сильно развитом воображении, но зачем привносить смысл в то, что изначально пусто, либо не определилось в предпочтениях. Жиляев — пустышка как в перформансе «Секс был в СССР», так и в четырех снах героини Чернышевского, а люди, даже не образованные в современном искусстве, все равно способны считать пустоту и реагируют на нее соответственно. Для чего сама эта тема — «Секс в СССР»? Какие смысловые горизонты она открывает? По поводу темы, представленной в Виктории: не эмансипация женщин, не их приход в производство породили проблемы современного мира (кстати, мужской шовинизм у Жиляева считывался более, нежели коэффициент свободы, поскольку все эти ксероксы с историями женщин-ударниц труда выглядел более как издевка над свободной женщиной, нежели над маразмом фаланстеров). Полагаю, что проблема здесь комплексная, проблема системы, которая игнорирует образование и культуру, равно как и человека в его плоти и крови, и настроена как раз на производство виртуального фаланстера, артефакты которого можно было бы выгодно продавать. Только вот кому? Неужто есть заказчик? Здесь я отсылаю к Даниилу Дондурею, который более точен в определении «начал и причин» наших проблем. См.: Российская газета» — Федеральный выпуск №5328 (249) от 3 ноября 2010 г.

  5. Хочется поинтересоваться Кто «очень много отсматривает, очень долго отбирает». И в довесок поинтересоваться соответствующим образованием? Честно сказать, иногда складывается впечатление, что цензорами выступают активные молодые сотрудники пропаганды, которые более чем как ражем и интересом в данной области ничем не отмечены.
    Такой же вопрос и о Школе современного искусства-кто там что ведет?

    Несмотря на мои недовольства, я рада что у нас есть такой замечательный центр-локомотив. Успеха вам!

  6. Есть негласный экспертный совет, люди, с которыми мы советуемся, по разным отраслям — театр, выставки, и т.п. если возникают сомнения и вопросы.
    Первую школу вел Владимир Логутов в течение полугода + привлекали известных самарских и московских художников, кураторов в качестве лекторов (Гончарова, Чежин, Сяйлев, Зайцев и другие).
    Новый набор планирует брать Сергей Баландин, в этом году он представлял Самарский гос. центр современного искусства в Германии. По приглашенным еще людям — сейчас работаем.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *