Поехали!

12 апреля 2011 года исполнится 50 лет со дня первого полета человека в космос, одного из важнейших событий в мировой истории. Роль города Куйбышева и его промышленности в осуществлении этого полета велика. Здесь изготавливались две ступени для ракеты «Восток», выведшей космический аппарат с Юрием Гагариным на орбиту. «Новая» начинает серию публикаций и интервью, посвященных этому событию, космонавтике и космической промышленности России. Предлагаем вашему вниманию интервью с бывшим заместителем генерального конструктора ЦСКБ Фоминым Георгием Евгеньевичем.

— Георгий Евгеньевич, Вы один из тех, кто наблюдал за стартом ракеты-носителя «Восток» 12 апреля 1961 года. Расскажите, пожалуйста, что происходило в тот день, и какова была Ваша реакция на первый полет человека в космос.

— В этот день я был на полигоне. На четырех стартовых площадках готовились запуски. На стартовой площадке №1 команда Королева готовила запуск ракеты-носителя «Восток» и космического аппарата с человеком на борту. Ракета-носитель тогда еще не называлась «Востоком», это была ракета 8К72. Две из трех ступеней ракеты были изготовлены в Куйбышеве, на заводе «Прогресс». Рядом с площадкой №1 располагался стартовый комплекс «Двина» для запуска межконтинентальной баллистической ракеты нового поколения Р-9. Команду возглавлял директор завода «Прогресс» Литвинов и заместитель главного конструктора Филиала №3 ОКБ-1 Солдатенков. Мы располагались на площадке №31, в 15-18 километрах от площадки №1. Готовился контрольный запуск серийной ракеты Р-7 для подтверждения качества партии ракет. Бригаду завода «Прогресс» возглавлял заместитель главного инженера завода Н.Г. Савенков. А на площадке №41, в 12-15 километрах от нашей площадки, специалисты днепропетровского ОКБ-586 готовили испытания двухступенчатой ракеты Р-16.

Мы пришли в монтажно-испытательный комплекс в 9 утра. Был построен свободный боевой расчет из военных и гражданских специалистов. Фактически запуском ракеты занимались военные, мы же вели наблюдение за процессом и корректировали его. Заместитель командира части Ряжских объявил, что работы до особого распоряжения не начнутся, и до получения особых указаний велел не покидать комплекс. В 10:30 построились еще раз. Объявили, что в течение часа состоится старт на площадке №1. Ряжских приказал занять позицию на пригорке около комплекса и наблюдать за процессом на первой площадке. День был безоблачный, видимость идеальная. Минут через 40 с площадки №1 взлетела ракета, после чего мы вновь построились и нам торжественно объявили, что на орбиту выведен космический корабль с первым в мире космонавтом Юрием Алексеевичем Гагариным.

Через два часа после запуска объявили, что полет успешно завершился, Гагарин благополучно приземлился. Нам разрешили покинуть монтажно-испытательный комплекс и проводить остаток дня по собственному усмотрению.

Скажу прямо, что мы гордились этим достижением, но эйфории не испытывали. Наверное, потому, что мы к этому моменту уже не раз производили запуски ракет в космос. Это стало явлением в некоторой степени привычным. Кроме того, к этому времени регулярно запускались на орбиту спутники, космические аппараты в сторону Луны, Марса и Венеры, в космосе побывало несколько кораблей с собаками. Полет человека в космос был ожидаем.

— Но ведь по всей стране было всеобщее ликование?

— Если посмотреть газеты – «Комсомольскую правду», «Правду», «Известия», другие газеты, как там все было напечатано, какие снимки были из городов и т.д., конечно, народ ликовал, для народа это было большой неожиданностью и большим продвижением человечества вперед, т.е. произошло что-то новое. Хотя ликование по поводу спасения челюскинцев в 1930-х или полета в стратосферу на стратостатах было не меньшим.

— Вам сообщили заранее, что будет полет с человеком на борту?

— Знали мы неофициально, и, более того, мы, зная неофициально, друг с другом только в курилке потихоньку обменивались, кто кого хорошо знает. А официально мы узнали, когда вышли на пригорок и когда сказал заместитель командира части капитан Ряжских: «Смотрите, сегодня будет важный запуск. Сегодня будет запуск космического корабля с человеком на борту». Он еще не сказал фамилию. Фамилию мы узнали тогда, когда космический корабль отделился, вышел на орбиту.

— А было ли широко известно имя Юрия Гагарина до полета?

— Конечно, он не был никому известен. Он 1935 года, молодой парень, старший лейтенант, на орбите его приняли за один виток специальным решением Политбюро в партию. Надо сказать, что тогда были широко известны авиационные конструкторы, а космические конструкторы были засекречены. Никто не знал ни Королева, ни Янгеля, ни Челомея, ни Глушко вплоть до самой смерти Королева. Королев стал известен только тогда, когда умер, а до этого его никто не знал. Он печатался в прессе под фамилией К. Сергеев, и в сообщениях о нем говорилось: «главный конструктор». А Келдыш – «главный теоретик космонавтики». Даже фамилия Келдыш скрывалась, президент Академии наук СССР. А то, что он главный теоретик космонавтики, мы узнали после смерти Сергея Павловича Королева.

Кстати говоря, я считаю, что это большая ошибка с точки зрения пропаганды наших достижений в космосе. Если бы тогда были известны конструкторы, если бы заранее публиковалось, что будет запуск космического корабля, если бы на полигон и на посадку приглашался представитель международной авиационной федерации… Я, честное слово, удивляюсь, каким образом удалось зарегистрировать этот полет, потому что скрытно запустили и скрытно встретили.

Мы этому не придавали значения. Вот до войны, например, перелеты через Северный полюс, полеты Марины Расковой на Дальний Восток, полеты в Китай, они так рекламировались до того, как совершались. Ведь конструкторов Яковлева, Туполева, Ильюшина знал весь мир до того, как появились их самолеты на фронтах Великой Отечественной войны.

Англичане хорошо поступили, произошел скандал с приемом картинки с нашего лунника. Незашифрованный радиосигнал приняли одновременно в каком-то университете в Англии и приняли у нас, естественно. Наша станция дальней связи приняла, обработала, и поехали показывать высшему руководству. А англичане это опубликовали, но потом извинились перед нашей Академией наук, признав наш приоритет. На самом же деле надо было опубликовать, что будет передан первый снимок Луны, заранее. Хорошо был устроен полет первого спутника. Каждый Божий день по радио сообщался маршрут его полета, как погоду передают: в Новосибирске во столько-то, в Караганде во столько-то, в Москве во столько-то, в Берлине во столько-то, в Вашингтоне во столько-то. На нем был размещен радиопередатчик волн любительского диапазона. И любители, будь он в Африке или в Америке, посмотрев расписание движения, могли включить и слушать «бип-бип-бип-бип». И действительно, весь мир мог убедиться, что он летает. С первым спутником было все сделано прекрасно, правда, после запуска. Центральный блок спутника большой, у него звездная величина отрицательная, т.е. яркость, блеск большой, его хорошо было видно. И когда он ночью двигался, объявляли. Люди выходили, искали без бинокля светящуюся точку. Вот это здорово было сделано.

Мы получали информацию о процессе полета американцев на Луну. У нас был канал с американцами, несмотря на то, что мы находились по разные стороны «холодной войны», но у нас были достаточно порядочные отношения, особенно в космосе. Нам был предоставлен канал связи, и наши специалисты наблюдали этот полет и выход космонавтов на Луну.

— Есть мнение, что это была подделка.

— Естественно, никакой подделки нет, все это совершено. Это так же, как и про Гагарина, говорят, что никто не летал, или летал до Гагарина, но погиб. В Интернете есть фамилия какая-то украинская. Другое дело, что могло повредить. Вот известный снимок Королева: «Доброго полета». Это отснято позже. Это так же, как с парадом на Красной площади в 1941 году. Был же парад в Москве, но съемка Сталина затем произведена в павильоне. Постановочные элементы полета на Луну, возможно, есть, и они вредят, не отрицаю.

— Привел ли полет Гагарина к всплеску космического производства? Ведь это было одним из достижений Советского Союза, о котором мечтали многие страны.

— Всплеск в мировом масштабе произошел не с точки зрения пилотируемых полетов, а с точки зрения боевой ракетной техники. В течение долгого времени только две страны имели доступ в космос — СССР и США. Затем были Европа, Китай, Индия, Япония. Сегодня всего 7-8 стран имеют свои ракеты, но около 70-80 стран имеют свое оборудование, производимое иногда чужими фирмами и выводимое в космос чужими ракетами. Заказывают спутники, заказывают ракеты, платят деньги. Выпуск ракет — процесс штучный и наукоемкий. Сейчас в мире в год выпускается около 100 ракет. Из них около 33-35 ракет наши. Это далеко не серийное производство.

— Скажите, а как изменялась динамика изготовления и пуска ракет с 1960-х годов по сегодняшний день?

— Максимальное количество запусков приходится на стык 1970-80-х годов. Количество пусков у нас достигало 100. В мире их было около 200. Почему упало количество запусков? Это не только явление кризиса. Это явление, связанное также с достижениями науки, техники и технологии. Если первые спутники существовали неделю, 10 дней, две недели, месяц, год, то сегодня спутники существуют 5, 10, 12, 15 лет. Скажем, метеорологических спутников для того, чтобы делать нормальный прогноз погоды, нужно не более десятка. Если меньше 6 спутников, то пользы для прогноза они не принесут, будет нехватка информации, а больше 10-12 спутников создадут избыток информации, который не поможет. Европейцы, к примеру, на нашей ракете запустили в 2006 году спутник. Следующий будет в 2012 году, а потом в 2018. Спутников стало мало, но они стали дороже.

Вторая причина это то, что многие научные запуски были свернуты. В первое время было много неисследованного.

— Скажите, пожалуйста, как изменилась работа ЦСКБ и завода «Прогресс» за 50 лет?

— В Куйбышеве было создано самостоятельное головное конструкторское бюро, которое занималось разработкой ракет-носителей среднего класса и космических аппаратов для наблюдения Земли, космических аппаратов прикладного и научного значения. Я думаю, что если бы не было конструкторского бюро, то, может быть, судьба «Прогресса» была бы такая же, как судьба «Авиакора». Несмотря на тяжелые 1990-е годы, когда прекратились заказы от Министерства обороны и Роскосмоса, конструкторское бюро нашло выход, выйдя на международный рынок услуг по запуску космических аппаратов в космос. Я составил выборку по данным Интернета по количеству запусков. В 1980-м году с космодрома «Плесецк» было запущено 32 ракеты ЦСКБ «Прогресс». В 1983-м 28 ракет. 1990-й год — 18 ракет. 1993 год — 7 ракет. 1997 год — 3 ракеты. 2000 год — 0 ракет. 2011-2003 по 1 ракете и две ракеты 2001 года. Это связано исключительно с политическим кризисом, вслед за которым последовал кризис экономический.

— Многие годы мечтой тысяч советских мальчишек было стать космонавтом. Сегодня вряд ли кто-нибудь об этом задумывается. Возможно, единицы. С чем это связано? Может, следует популяризировать космическую сферу среди молодежи?

— Честно говоря, мне трудно ответить на этот вопрос. Когда я был мальчишкой, большинство хотели стать пограничниками, потому что был очень популярен Карацупа со своей собакой Индус. Когда я подрос, были Чкаловские полеты и все хотели быть летчиками. Было время, когда все хотели быть моряками, потом космонавтами, подводниками. Кем сейчас хотят стать? Я в этой среде не вращаюсь. Мне трудно сказать, я не знаю, что сегодня является романтикой.

— Георгий Евгеньевич, как Вы считаете, что ждет ЦСКБ «Прогресс» в ближайшем будущем? Как будет развиваться предприятие?

— Сегодня портфель заказов ЦСКБ «Прогресс» достаточно полон. Он, я считаю, твердо загружен заказами не менее чем на 5-7 лет. Это заказы по федеральной линии – космические программы, заказы по линии международной космической станции и заказы по запуску зарубежных космических аппаратов. В перспективе количество заказов будет увеличиваться, потому что мы в ЦСКБ «Прогресс» разработали такую модификацию ракеты «Союз», которая совместно с разгонным блоком «Фрегат» имеет большие возможности, чем все наши старые ракеты. Если нам раньше были недоступны круговые орбиты, геостационарные орбиты, то сегодня они нам доступны. Сегодня на наши ракеты переводят запуски, в том числе навигационных спутников ГЛОНАСС, а их большое количество на орбите, и их все время надо восстанавливать. Кроме того, отношение сегодняшнего руководства к космосу изменилось. Говорится о выделении 115 млрд на космос на следующий год, планируется строительство космодрома «Восточный». Уже построен старт во французской Гвиане. Я вижу, что перспективы у ЦСКБ «Прогресс» на ближайшее десятилетие совершенно нормальные. Нужно только работать. Чего бы я хотел? Я хотел бы, чтобы заработал авиационный завод. У такого завода должно быть всё! Начиная от энергетического паспорта предприятия и заканчивая самыми последними инновационными технологиями. Ракетную промышленность нам удалось сохранить. Нам не удалось сохранить те виды промышленности, которые имеют миллиардные обороты на мировом рынке. Ракетная промышленность их не имеет. А вот авиационная промышленность, пассажирское самолетостроение имеет миллиардные обороты, и нам нужно было его погубить, чтобы в мире осталось только два концерна: Boeing и Airbus.

Поехали!”: 2 комментария

    1. Толковый рассказ участника и очевидца. Спасибо, Георгий Евгеньевич. Одновременно хотел бы отметить, что инициативу журналистов «Новой газеты в Поволжье» неплохо бы поддержать и в других регионах — в этом случае появится возможность показать хотя бы в общих чертах масштабы акции. Ведь по сути буквально вся страна работала на те первые 108 минут . Наряду с руководителями неплохо также дать слово и «скромным труженикам». Возможно, что как многие ветераны войны, несправедливо забыты и обойдёны наградами были и участники проекта.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *