Самарский «Голос» решил докричаться до ЕСПЧ

Суд второй инстанции подтвердил, что «Голос-Поволжье» является «иностранным агентом» и должен выплатить штраф за то, что добровольно не вошел в соответствующий реестр. Административный процесс затянулся на три заседания. Защита планирует обжаловать решение, причем уже в Европейском суде.

10710899_817283504991223_2430765673478545806_n

Фото: Анастасия Бабичева

Рассматривать дело судья Самарского районного суда Александр Саломатин начал еще во вторник, 17 марта. Заседание началось с того, что он отказал адвокату Оксане Березовской, представляющей «Голос», в ходатайстве о ведении протокола. После оглашения вердикта первой инстанции Березовская вновь рассказала аргументы защиты.

Судья федерального суда Наталья Анищенко могла быть заинтересована в исходе дела, отметила Березовская. В 2012 году на Самарском гражданском форуме Кузьмина рассказала о решении Анищенко по штрафу за акцию в поддержку Pussy Riot. «Я оказалась случайным свидетелем этой акции. Живу рядом, вышла на Ленинградскую, [участники акции] были с шариками. Я многих знала. Потом на них возбудили административное дело, меня пригласили свидетелем. Я давала показания, что у них не было плакатов, они не выкрикивали лозунги, и впоследствии действительно дала оценку решению суда: за шарики дали административный штраф в 10 тысяч рублей. На форуме я об этом и говорила: что суды, к сожалению, назначают штрафы, чтобы опробовать тогда еще новый закон о митингах», — объясняла «Новой в Поволжье» правозащитница. Тогда, на первом заседании, защита заявила Анищенко отвод, она его не удовлетворила, но адвоката смутила формулировка отказа: «Представитель Березовская указала, что мировой судья Анищенко является заинтересованным лицом, так как ранее уже рассматривал административное дело в отношении организации». Анищенко и правда в апреле 2014 года заочно вынесла фонду штраф в 10 тысяч за неисполнение требований Минюста о внесении изменений в устав, но в ходатайстве защиты речь шла не об этом. Кузьмина, например, и вовсе этот случай тогда вспомнила не сразу.

В остальном аргументы Березовской оставались теми же. Финансирование (а деньги переводил московский «Голос», в свою очередь получавший их от USAID, но агентом не признанный) имело место еще до вступления в силу закона «об иностранных агентах». После этого был только один транш, но при переводе были четко отражены его цели, не имеющие ничего общего с политической деятельностью: аренда, зарплата бухгалтеру, аудит, отчетность перед государственными органами. Политической деятельностью «Голос» не занимался, так как Кузьмина на форумах высказывал как частное лицо, а не руководитель фонда. Книги, которые обнаружили в офисе, тоже нельзя вменять в качестве политики: издавала их не Кузьмина и не «Голос», отметила адвокат.

Судья Саломатин слушал довольно внимательно, не раз перебивал и переспрашивал и защиту, и представителя Минюста. В конце концов, он обнаружил в материалах дела плохо пропечатанную копию решения суда за 2012 год , и, отчаявшись найти читаемую версию, запросил ее из архива и отложил заседание до пятницы.

Сегодня с утра суд тоже продлился недолго. Саломатин усомнился в том, что официально уволенная из «Голоса» в связи с прекращением его деятельности Кузьмина может представлять организацию в суде. «У меня вопрос: а что вы делаете у меня в процессе?» — недоумевал он, обращаясь к ней и адвокату. Правозащитница настаивала, что такое право она имеет в соответствии с уставом. В итоге Саломатин объявил перерыв — на этот раз на три часа. За это время Кузьмина с Березовской принесли в суд документы, подтверждающие, что правозащитница безвозмездно выполняет обязанности директора. Также защита сегодня предоставила справку из московского «Голоса», выступавшего жертвователем для самарских коллег, о том, что он не получал зарубежных денег после вступления в силу закона.

Штраф за невключение в реестр «иностранных агентов» – 300 тысяч рублей – Саломатин оставил в силе. Решение суда, говорит Кузьмина, целиком повторяет решение первой инстанции за одним исключением: в нем уточняется, что книги, которые Минюст счел политической деятельностью, лежали в офисе и после вступления в силу закона об агентах. Очевидно, Кузьмина должна была избавиться от них после вступления документа в силу. Теперь «Голос» пойдет в Европейский суд по правам человека — наличие решений первых двух инстанций уже дает фонду такую возможность.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *