Истории

Зима в квартирах. Глава 6

Зима в квартирах. Глава 6

Автор:

11.05.2015
 731
 0

Елена.

Ты прости меня, дорогая, я вечно гружу тебя такой ерундой, что ты скоро перестанешь отвечать на мои звонки, но это последний раз. Обещаю, последний. Ты же выслушаешь меня? Да, да. Представляешь, шла с работы домой, мороз, космическая стужа вообще невероятная, замерзла. Позвонил руководитель проекта и просил вернуться – забыл мне отдать важную распечатку, а по электронной почте, спросила я. Он возмутился и ответил, что ему некогда, некогда! Я повернулась обратно и поняла, что сейчас умру от холода. Чулки просто вмерзли в кожу, руки-ноги одеревенели и ими хотелось стучать друг о друга, чтобы характерный такой звон. И я шла, никакого транспорта. В принципе, идти-то недалеко, но не каждый раз так кажется. И вот я увидела эту вывеску, идиотская совершенно вывеска: бар-столовая «Последняя рюмка», такие забегаловки принято называть как-то «шпок», что ли. Не помню. Не знаю.  И я открыла дверь.  Сказала пожилой барменше в седых буклях: пятьдесят граммов водки. Она протянула, в стеклянной рюмке. Я выпила, и ничуть мне не стало тепло. Еще, сказала я и поставила рюмку на прилавок. Прилавок был оклеен контактной пленкой, имитирующей дерево. На нем лежало меню, завернутое в розоватый полиэтиленовый пакет. «Пицца с яйцом – 27 рублей, Лапша быстрого приготовления – 15 рублей, хлебная тарелка – 5». Хлебная тарелка.

За моей спиной закашлялся мужчина. Только в этот момент я обратила внимание, что в баре-столовой кто-то был еще. Вы бы конфеткой зажевали, он протянул мне какую-то страшную мармеладину в табачной трухе и обрывках бумаги. Я взяла ее, не решалась откусить, но отдавать было неудобно. И тогда я выпила вторую порцию водки и быстро съела конфету. Барменша села на деревянный стул и сделала громче музыку. Это была песня со словами «она хотела бы жить на Манхэттене, и с Деми Мур делиться секретами».

Мужчина рассмеялся и вышел на улицу. Я, неизвестно зачем, поспешила за ним. Догнала. Он был в куртке из грубого материала типа брезента.  Цвет в темноте различить было сложно, но я бы сказала – зеленоватый. Свободные джинсы. Голова непокрыта. Темные волосы отросли длиннее задуманного и завивались за ушами  настоящими кольцами. Небритый, небольшие глаза интересной формы, узкие.

Я заступила ему дорогу. Я не знаю, зачем я это сделала, не было никаких оснований для этого – заступить дорогу незнакомому человеку.  Какой-то морок, когда откуда-то берется твердая уверенность в том, что поступить надо именно так. Простите,  сказала я, удивляясь самой себе, можно я вас провожу немного. Да,  такая глупость. Он сказал, ну что ж, пошли, если так хочешь. Он выделил голосом вот это самое «если так хочешь», бес сомнения, имея в виду нечто сексуальное. Ну, ты понимаешь, сексуальный контакт. Уверена, что он решил, будто я запала на него, в этом баре-столовой. И даже отказалась ради этого от пиццы с яйцом! Такая вот нелепость. Прости, я обещала быть краткой. Не получается. Меньше всего тогда я была настроена на секс. Я и сейчас-то… Ладно.

И мы пошли. Это продолжалось долго. Мужчина поднял воротник, прикрыл нижнюю часть лица шарфом, оттуда, из-под шарфа говорил мне что-то. Я слышала не все, рядом проносились автомобили, автобусы тормозили, звонил мой мобильник, этот шум вокруг мешал. Отдельные слова и фразы я улавливала, что-то про коммунального соседа со странным  именем Кутя. Так получилось, что я шагала в неизвестном направлении с человеком, представления не имела, как его зовут, зато знала многое про коммунального соседа, о его привычке заваривать чай непосредственно в электрочайнике, например. Или о том, что он летом и зимой выходит на улицу с двумя лыжными палками. Такой вид спорта вообще-то есть, мужчина посмотрел на меня пристально, называется – nordic walking. Это прозвучало удивительно из его уст, ну ты понимаешь.

И тут мы вдруг пришли. Буквально уперлись носами в облупленную кирпичную стену дома. Подожди здесь, вынув рот из шарфа, сказал мужчина, подожди, посмотрю, можно ли ко мне сегодня. И он прошел дальше, в подъезд, лишенный всякой двери, как бы просто – проем. Я осталась, пытаясь сориентироваться. Куда, скажем, вызывать такси, уточнить адрес. С огромным удивлением прочитала название улицы, это была далекая улица. Получалось, мы шли не менее часа.

Мужчина не возвращался, постепенно мой морок как бы проходил, отваливался от меня по кускам, внезапно и резко заболела голова. Достала телефон, посмотрела – ну конечно, пять пропущенных вызовов от руководителя проекта, набрала его номер. Он не отвечал. Надо было ехать домой, вдруг я ощутила холод, очень сильный, словно он накапливался где-то в резервуаре, как в желчном пузыре, а потом – разом пролился. Или обрушился. У меня застучали зубы, я забежала в подъезд, где ранее исчез мужчина, но там согреться было невозможно. Очень старый был этот дом, лестницы выщерблена, перила изломаны, как это умудрились выкорчевать чугунные эти фрагменты, а все же выкорчевали. Лампочка горела слишком близко к потолку, она выжгла на нем черное пятно. Батарея, батарея, бормотала я вслух, искала хоть какого-то тепла. Батарея обнаружилась между этажами, я даже немного прослезилась от счастья. Присела около нее, как кошмарная бомжиха, прижалась коленями, ладонями, приблизила лицо. Теплой она была весьма условно.

Вызвала такси из положения на корточках. Мужчина так и не появлялся, да я уже и забыла, чего хотела от него. Такси подъехало минут через десять. Я разогнулась, спустилась, заявленной диспетчером шкоды-октавии не увидела. Вообще, кроме одного автомобиля, неловко припаркованного напротив, никаких машин в пределах видимости не было. Я быстро проверила адрес. Адрес был верным.

В недоумении прошла десять метров влево, десять метров вправо. Заглянула за угол. За углом был двор, детская площадка, песочница. Перешла дорогу. Впереди показались фары и ярко светящаяся эмблема такси, черные «шашечки» на желтом фоне. Второй раз за вечер я чуть не заплакала от радости. Побежала. Взгляд некстати зацепился за тот самый автомобиль, неловко припаркованный криво и косо. Я остановилась. Я уже знала, но все же посмотрела на номер.

Это был автомобиль моего мужа.

Да, ходовая модель, а цифры – код региона города в телефонных номерах. Легко запомнить. Это был его автомобиль, и он стоял, неловко криво и косо припаркованный на далекой улице, где мужу совершенно нечего было делать. Особенно если учесть, что он сегодня вечером навещает свою мать. Он всегда навещает ее по четвергам, это в правилах семьи.

Заглянула в темный салон. Разумеется, он был пуст. Сразу куда-то делся озноб. Я выудила из кармана телефон. Набрала номер. Алло, отозвался он сразу, я слушаю. Ты где, спросила я обычное. А то ты не знаешь, сказал он, у матери. Минут через сорок буду выезжать. Пока. Ты чего-то хотела?

Ничего, ответила я.

***

Игорь.

Тина поступает со мной так, как никогда до нее никто не смел. Я прошу не звонить мне позже восьми вечера, позже восьми вечера я дома, она если и звонит, то только, только после восьми вечера. Прошу не называть меня «Гоша», ненавижу «гошу», она называет меня только так. Как-то спустился на пять минут в кафетерий у себя в офисе, и увидел там ее. Это было не оговорено, обычный рабочий день, я плотно занимался важным клиентом и вот выкроил минуту, чтобы купить кофе. У нас сломался, что ли, аппарат или кончились фильтры, или я не помню. В общем, она сидит в нашем кафетерии, морщится над чашкой чая, сводит брови на переносице. Что ты тут делаешь, я шагнул к ней. Она резко встала, мы оказались очень близко друг к другу, этот ее запах… Очень сильный запах соли, рыбы, кипящей воды, я не могу объяснить.  Личный ее запах, не духи, травы, мокрой земли, не знаю, я просто потерял возможность соображать на время. Отступил назад и сел. Дышал громко, все в кафетерии смотрели на меня, слышали это громкое дыхание и видели мое ненормальное, болезненное возбуждение.  Тина повернулась и пошла к выходу. Молчала. В тот день я впервые подумал, что все идет не так, как мне хотелось бы.

***

Тина.

Если смотреть на происходящее с точки зрения фаталиста, то в чем-то будет проще, а в чем-то сложнее. Сложнее изначально принять точку зрения фаталиста, а проще – воспринимать какие-то странные происшествия, всегда случаются странные происшествия. Например, я выполняю свои служебные обязанности, ну мало ли – общаюсь с клиентами, встречаюсь с партнерами, да пусть хоть пою и танцую на бис. Кстати о танцах, недавно получила подарок от Саяны – она прикололась и прислала мне переносной шест для стриптиза.  Как я смеялась! Это у нас общее воспоминание, как-то еще в Берлине записались в школу стрип-танцев, выполняя самое первое упражнение: широко развести колени и одновременно присесть – мы упали рядом, валялись на полу и ржали, нас попросили покинуть класс. Так вот, я выполняю служебные обязанности  – и вдруг вижу. Вижу в торговом  зале человека, и у него такой же формы голова, такой же конструкции нос с горбинкой, точно так же подоттопырены уши, как у особенного для меня мужчины.

И я немедленно теряю мысль, комкаю важный договор, сбиваюсь на полуслове, замечаю, как мне мешают эти руки, я сейчас – плохой танцор.  «Черт побери все это нафиг, – думаю в панике, – ну как же так вообще может быть?». Такие же глаза, такой же подбородок, скулы в виде квадратной скобки и ровно такая же улыбка – небольшая, будто бы мужчина не уверен, стоит ли улыбаться сейчас.

Естественно, у него какое-то дело к хозяину, но вполне может образоваться и общая тема со мной. И она образуется. И прекрасно зная, что это лишнее, я с легкостью устраиваю так, чтобы обсуждать  общую тему в более подходящем месте. Обсуждаем, значит, общую тему, и я становлюсь глухой с первой же минуты разговора, потому что и голос оказывается идентичным – с голосом особенного для меня мужчины. Эти барственные нырки вниз к середине фразы, слегка недоделанный звук «ж», слишком мягкий для русской речи. Растянутые гласные на конце слова, практически отсутствующие паузы между фразами. И это даже хорошо, что я оглохла, есть время подумать о происходящем. Время есть, а вот думать я не могу, разучилась? Не умела никогда? Неважно.

Мы едим вкусный ресторанный обед. А потом я произношу отвратительную банальность типа «к тебе или ко мне?», а потом долго размышляю об этимологии слова «самообман».

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *