Истории

Султаночка

Султаночка

Автор:

14.12.2015
 868
 0

Прочитала как-то в статусе одной из пользовательниц сайта Одноклассники: «30-летняя жительница Тайваня Чен-Вен Ий вышла замуж за саму себя». И – штук пятнадцать восклицательных знаков, ладно. Первые минуты три я туповато пялилась на желтенькую плашку, заполненную этой информацией, потом поискала новостей о новобрачной в Яндексе (не нашла), потом вернулась на Одноклассники и кое-как справилась с идеей немедленно написать пользовательнице личное сообщение и спросить, какого черта она соорудила себе такой несуразный статус. Зачем он? Что должен донести до среднего посетителя?

Забавной представляется церемония бракосочетания тридцатилетней жительницы Тайваня – Чен-Вен Ий. Перед глазами возникают тревожные картины автономного секса, сменяясь соответствующим ассортиментом специализированных магазинов (первый секс-шоп, посещенный мною, назывался «уют», а еще был – «здоровье 24», идеальные наименования для).

Была такая чудесная игра в детстве, называлась  – «Султаночка», очень странная игра, меня научила ей подруга  Света. Она привезла игру из пионерского лагеря. В течение года мы учились вместе, а летом отдыхали в разных местах, и вот Света вернулась из своего, устроилась на моей лоджии; мы, скорее всего, ели виноград в огромных количествах, потому что папа привозил его из Ташкента в августе коробками. И уже Света щурит свои красивые глаза и говорит, раскусывая очередную виноградину, густо-фиолетовый сок раскрашивает ее нежные губы, говорит: такая игра, я даже не знаю, я всегда была – Султаночка, во все смены становилась Султаночка, эти пацаны, они мне проходу не давали.

И рассказывает далее, суть игры несложна и состоит в том, что любой боеспособный мальчик может догнать любую несовершеннолетнюю пионерку и трижды похлопать ее по плечу. При этом еще произносятся какие-то слова, не помню: или «эни-бени-люки-паки», или «пирамидон-норсульфазол», какая разница. Данный ритуал означает стилизованную свадьбу мальчика и пионерки. Причем пионерка обязана помнить число мальчиков, «поженившихся» на ней посредством пирамидону, и при каждом удобном случае отзываться примерно так: четырнадцать! Или: двадцать два! Или: ноль. Моя подруга Света говорила: «шестьдесят восемь». Она носила звание «Султаночки». Света очень любила эту игру, и ее можно понять.

На собственной лоджии, поедая ташкентский виноград, я возблагодарила кого-то сверху за отсутствие в лагерном пользовании этой «султаночки», глупой и бессмысленной, в сущности, забавы и просто издевательства над средними пионерками, лоб и подбородок которых уже знали цинковую «болтушку» от прыщей.

Десять лет спустя Света отмечает свой двадцать первый день рождения, она замужем, присутствует муж – симпатичный парень с тонким, чуть нервным лицом, и я – замужем, такие солидные, взрослые женщины. Света рассказывает, что готовила в четверг зразы с грибами, а на прошлой неделе – варила холодец из свиных ножек, её муж притаскивает невозможную коробку винограда – гайдаровские реформы и продуктов нет. Света живет в съемной «двушке», квартира полна развеселых гостей, громко музыка: «младший лейтенант, мальчик молодой, все хотят потанцевать с тобо-о-ой», и кто-то подходит из школьных товарищей: познакомься, это мой муж. Набиваю рот виноградом, облизываю пальцы – хорошо бы написать, что сок темный, как кровь, но виноград зелен.

Если отсчитывать с того дня, Света разведется через год, я – через два. Никогда не знаешь, где закончится одно и начнется другое; только что уличаешь в глупости пользовательницу социального сайта Одноклассники, и вот уже глубоко погружаешься в воспоминания, и, пожалуй, понимаешь всех – и пользовательницу, и тридцатилетнюю жительницу Тайваня с длинным именем, буквально невозможно повторить.

 

художник: Nicoletta Ceccoli

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *