Куда уезжают наши выпускники?

В своем послании губернатор Самарской области Николай Иванович Меркушкин затронул весьма болезненную и сложную тему: отрицательный тренд наших абитуриентов. Проще говоря, поставил вопрос о том, почему выпускники самарских школ уезжают из Самарской области учиться в вузы других регионов. На этот вопрос редакция попросила ответить доктора исторических наук, профессора, академика Российской академии естественных наук, ассоциированного сотрудника Центра изучения французского языка и литературы Университета Париж-Сорбонна Занина Сергея Викторовича.

Инфраструктура

Сергей Викторович, вы 25 лет работаете в самарском образовании. Как вы считаете, почему выпускники самарских школ уезжают из Самарского региона?

— Надеюсь, что накопленный опыт преподавания в школах и вузах Самары и преподавание в статусе ассоциированного сотрудника в Университете Париж-Сорбонна в течение 10 последних лет позволяет мне профессионально и объективно ответить на этот вопрос. Мне думается, что такое обсуждение необходимо, с учетом того, что губернатор области Николай Иванович Меркушкин призывает нас не замалчивать, а поднимать назревшие проблемы. Это приглашение к диалогу важно, ведь речь идет об успехе реформ в образовании, о будущем страны. Здесь не должно быть огульной критики или сведения личных счетов, но максимально конструктивный диалог власти и педагогического сообщества. Коротко, я считаю, что в условиях развития рынка образовательных услуг в России, изменившегося в последние годы с появлением таких новых и сильных игроков, как МГЮУ им. Кутафина, НИУ «Высшая школа экономики», Академия им. Плеханова, которые открыли к тому же широкую сеть филиалов, самарское образование по ряду параметров не выдерживает конкуренции.

Диагноз неутешительный. Вы уверены?

— Судите сами. Приведу только один пример. Во Франции образование полностью бесплатное. Обучение в любом провинциальном университете – а я преподавал в качестве приглашенного профессора в университетах Тура, Лиона, Экс-ан-Прованса (Марсель) – стоит около 160 тыс. рублей в год. И это расходы на проживание и питание. Посчитайте, во сколько обходится образование на платной основе 1 студента в самарском вузе (80-120 тыс). Учтите и то, сколько ему придется заплатить за проживание в Самаре или дорогу, если он иногородний. Вот и делайте выводы.

Принято считать, что высокий курс евро делает образование в Европе весьма невыгодным. Что вы об этом думаете?

— Иностранные студенты во французских вузах имеют стипендиальную поддержку от государственного и региональных бюджетов, возмещение расходов на жилье, если они превышают 250 евро в месяц. Добавьте к этому развитую сеть разного рода ассоциаций, которые помогают получить временную работу с доходом в 300-400 евро в месяц. Все университеты Франции имеют консолидированные кампусы, где цены на проживание – 500-550 евро в месяц со сменой белья, уборкой и утварью. В частном секторе найм жилья стоит намного ниже, не говоря о скидках в 80% на транспорт. Нам следует учесть этот опыт и подумать об инфраструктуре образовательного пространства, о том, насколько комфортно живет наш студент, в том числе и приезжий.

А как у нас обстоит дело с этой инфраструктурой?

— Дело в том, что большинство самарских вузов имеет общежития, построенные в советские времена. Количество мест в них рассчитывалось по количеству обучающихся по плановым наборам 80-х годов прошлого века. Наборы в вузы возросли в разы, открыты новые специальности, а новых общежитий не построили. У нас многие студенты приезжают в Самару из Чапаевска, Новокуйбышевска, Пестравки, Кинеля и тратят на дорогу по 3-4 часа и деньги. А как студенты будут жить, как и где работать, подчас совмещая работу с учебой? Для сравнения могу сказать, что НИУ ВШЭ – один из лучших вузов России — начала именно с создания инфраструктуры образовательного пространства: общежития, работа в лабораториях вуза, привлечение студентов к научной деятельности по грантам и т.п. В самарских вузах заметен явный дефицит внутренних инвестиций в инфраструктуру. А ведь только при успешном инвестировании собственных средств можно добиться привлечения внешних инвестиций и государственных субсидий. Политика российского правительства по созданию национально-исследовательских университетов состоит именно в этом.

Платное образование

Сейчас много говорится о развитии в России платных образовательных услуг и неэффективности коммерческих вузов. Платные услуги — это благо?

— И да, и нет. Конечно, многие коммерческие вузы Самары существуют не одно десятилетие и продемонстрировали высокий потенциал развития. Но многие исчерпали потенциал развития, став жертвой отечественного менталитета в бизнесе. «Пошли» деньги – можно позволить себе «жить хорошо», не думая о завтрашнем дне.

В эпоху расцвета платного образования в Самаре в 90-е и отчасти в 2000-е годы эти вузы получали высокие доходы, но в развитие собственной материальной базы не вкладывались. Золотое время прошло. Кризис 2009 года больно ударил по многим из них. Демографическая яма сегодня довершила процесс, не стало контингента и, естественно, доходов. Менеджмент многих из этих вузов допустил стратегические ошибки. И они, очевидно, непоправимы без участия государства.

Ведь есть вузы государственные.

— Коммерческие вузы в 90-е и 2000-е годы составляли реальную конкуренцию государственным вузам, заставляли последние сдерживать рост цен на образовательные услуги. Сейчас этого нет. Финансовые проблемы коммерческих вузов в сочетании с демографической ямой и подпорченным имиджем (они-де «неэффективные») приводит к тому, что у госвузов нет конкурентов. И это негативный фактор для них. Государственный вуз должен чувствовать конъюнктуру рынка, повышать конкурентноспособность. А госвузы в последние годы сокращают бюджетные места, набирают студентов на платные программы обучения. И это плохо, конечно, для студентов: они идут в госвуз, берут то, что предлагают, и подчас за деньги. Но выбор этих вузов невелик, специальности часто одни и те же, так называемые «востребованные»: юриспруденция, экономика, психология, IT-технологии. Вот наши выпускники и едут учиться в другие области и в столицу, где рынок образовательных услуг богаче. А цены? Это вопрос к аналитическому отделу министерства образования и науки Самарской области. Нужно провести мониторинг реальных затрат, которые несет один студент в Самарской области и в сопредельных регионах по той или иной специальности, с учетом доходов различных категорий населения. В той же Москве студент МГУ может получить работу за 30-40 тысяч в месяц, совмещая работу и учебу. Такие примеры есть и в Самаре.

Кадры решают все

Одна из важнейших составляющих образовательного процесса – менеджмент.

— Развитие вуза прямо зависит от менеджмента, который выстраивает грамотную кадровую и образовательную политику. Когда на двух гуманитарных кафедрах – не буду называть вуз – 2 доктора наук старше 75 лет и только один непенсионного возраста, а перспектив на защиту молодых докторов нет – это просчет менеджмента вуза. Бросились открывать магистратуры, почти все платные. Почему платные? Понятно ведь, что магистерские программы – новый продукт на рынке образовательных услуг. Этот продукт надо продвигать, улучшая его качество и доступность. Получается, что предлагают за немалые деньги никому неизвестный продукт. И набора туда нет. А сокращение бюджетных мест на бакалавриате – потеря талантливой, но неплатежеспособной молодежи, которая завтра не придет в эти самые магистратуры, и так потратив значительные средства на обучение по программам бакалавриата.

А кадры? Самара всегда славилась сильным кадровым потенциалом высшей школы. Традиционноэто было нашей сильной стороной.

— И здесь ситуация тоже обстоит не очень благополучно. Кадры самарского региона стареют, но продолжают трудиться: пенсия и зарплата – неплохой доход. И все это при прогрессирующем сокращении бюджетных мест и уменьшении часов по программам бакалавриата. А то, что количество часов на ставку преподавателя растет ежегодно? При этом зарплаты на ставку существенно не меняются. Люди работают больше, а получают столько же. Возник дефицит свободных ставок, подработок в родном вузе и в коммерческих тоже нет. Куда пойдет на работу педагог высшей школы? Правильно, он займется репетиторством со школьниками, поступающими в вуз, а ведь это – потеря квалификации. Мы не должны закрывать глаза на возможность структурной безработицы педагогических кадров высшей школы в нашей области, которую слияние нескольких вузов в один федеральный университет только подхлестнет. Но ведь есть примеры решения проблемы. В МГЮУ им. Кутафина эту проблему решили, введя должность профессора-консультанта на 0,5 ставки с 65 лет. И опытные кадры сохранили, и ставки для молодежи высвободили, сделали поощрительные надбавки для молодых педагогов вуза, платят им подъемные. В области уже сделаны надбавки молодым учителям, есть «подъемные». Давайте не забывать о молодежи высшей школы, о педагогах среднего и наиболее продуктивного возраста! У нас есть замечательная молодежь, зрелые сотрудники, их нужно поощрять, выдвигая на Премии Губернатора Самарской области и звания «Почетный работник высшего профессионального образования». Кадры нужно растить, создавать им стимулы для профессионального роста, защиты докторских диссертаций. Ведь очевидно, что на подготовку доктора наук часто уходят десятки лет. Вот пример. В возрасте 40 лет в Самаре 6 докторов исторических наук, а по специальности «зарубежная история» — я один. Все остальные — пенсионного возраста. Единственный в области диссертационный совет по истории закрыли с выговором от ВАК. А ведь нам необходим перспективный кадровый потенциал для создания федерального университета, который создавать нужно.

«Средняя зарплата»

Но ведь в регионе вовсю идет повышение зарплат педагогов высшей школы. Принимаются меры государственного воздействия.

— У педагогов высшей школы зарплата состоит из 3-х частей: базовый оклад, надбавка за ученую степень (3 тысячи — кандидат наук и 7 — доктор), стимулирующая надбавка. Надбавка за ученую степень по новому закону об образовании отменяется с 1 сентября этого года. Базовый оклад – небольшой.

К примеру, в областной академии рейтинговые надбавки не платили 1,5 года. В других вузах они, по моим данным, весьма скромны, а иногда и «снимаются» полностью по воле администрации, «с учетом финансовых возможностей». Проведите социологический опрос среди сотрудников самарских вузов, и вы получите ответ относительно «средней зарплаты» и размеров рейтинговых надбавок.

С отменой Единой тарифной сетки педагоги вузов пока, бесспорно, проиграли. Значит, нужно совершенствовать новую, более гибкую, отвечающую требованиям времени систему оплаты труда, предложенную Правительством России, которое вправе рассчитывать на качественное проведение в жизнь государственной политики в области образования. А то сейчас педагоги и высшей, и средней школы вынуждены работать на 1,5, а то и 2 ставки фактически за базовый оклад. Как раз для того, чтобы получать эту самую «среднюю зарплату по экономике региона». Как вы думаете, каково качество такой работы, если размер ставки 800-900 часов в год, а при нагрузке в 1,5 ставки это – 1200-1300? Люди устают на работе, не имеют материальной возможности нормально отдохнуть, поправить здоровье. С учетом демографической ситуации, оттока выпускников из региона, уменьшения количества часов по программам бакалавриата, педагоги высшей школы хватаются за преподавание нескольких дисциплин, часто не по профилю их специальности. Как следствие падает качество образования. Поэтому повышать нужно базовые оклады и СУЩЕСТВЕННО. Кроме того, нужно ввести внятные критерии назначения рейтинговых надбавок. Фонд этот должен быть прозрачным, а назначение надбавок публичным: кому, за что и в каком размере от оклада. Этого пока нет.

А как быть с принятыми решениями по повышению зарплат педагогов, по стимулированию талантливой молодежи, которая придет работать педагогами в вузы и в школы?

— При их принятии нужен многокритериальный мониторинг рынка труда в образовании в нашей области и в сопредельных регионах. Нужно понимать, что образовательное пространство органично по своей природе, поэтому отдельные меры не могут быть эффективными. Меры нужны системные. Не говоря об эффекте лавины: в силу социальных и психологических факторов заполнить кадровые лакуны в вузах и школах будет трудно. Ломать предстоит уже выраженную тенденцию, а не временно возникшую ситуацию.

Так почему же уезжают выпускники наших школ?

— На моей памяти за последние 3-4 года из Самары уехало 2 доктора наук по одной только специальности. Все — в возрасте 40 лет. Они сегодня преподают в крупных федеральных университетах. Еще больше уехало молодых, перспективных кандидатов наук, получив предложение работать в этих университетах или госорганах на высоких должностях вне Самары. Это талантливые и востребованные люди. Мы столкнулись не только с отрицательным трендом выпускников, но и с отрицательным трендом молодых ученых и педагогов среднего возраста. Очевидно, что наши выпускники школ поехали туда же, куда и молодые и талантливые педагоги.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *