Гражданин, товарищ, барин

Вспоминаю записи с концертов Высоцкого, стародревние, еще для катушечного магнитофона — у папы был практически трофейный Грюндиг, очень нарядный. Родители сложным образом устанавливают бобину с пленкой правильным образом, вручную заправляют коричневую ленту, и вот Высоцкий между песен рассказывает своим специальным голосом: «На «Узбекфильме» работала цыганская группа, и режиссер все время говорил: «Товарищи цыгане, встаньте сюда! Товарищи цыгане, встаньте сюда!..». И ему кто-то ответил: «Сейчас, товарищ узбек!»

маузер

Родители смеются, и я тоже. Просто смеюсь, смысл обрету много позже. А тогда мы были октябрята, члены звездочки — пять человек, обязательный командир, цветовод, санитар. Санитар, чтобы проверять чистоту ногтей. Очередная годовщина революции, в классе выступает лектор общества «Знание», рассказывает о чем-то социально-значимом (о роли масс и личности в истории?), звучит это так: «Товарищи! Как говорил великий Ленин, ваша главная задача — учиться, учиться, и еще раз учиться, товарищи, школьным наукам, а уж коммунизм вас научит всему остальному…».

Товарищи октябрята приятно взволнованы таким взрослым и настоящим обращением, горделиво переглядываются, хотят так именоваться всегда.

Как в свое время издевались над этими «товарищами», всего даже упомнишь. «Жилтоварищи» вселяются в квартиру, соседнюю проф. Преображенскому, и – «пропал калабуховский дом». Жилтоварищи поют хором, хрестоматийная разруха в головах, «Я — Швондер, она — Вяземская, товарищи Пеструхин и Жаровкин…».

Знатный революционер описывает события 1919 года — буря на Неве сбросила памятник Радищеву. Памятник разбился на куски. Стоявший неподалеку часовой, придя в комнату Зимнего дворца, сделал колоритный доклад: «Товарищ Радищев, не выдержамши сильного ветра, упал и разбился…».

Анекдот: «Товарищ Дзержинский, у вас ноги волосатые? — Волосатые, Владимир Ильич, а что? — Так и запишем: валенки не выдавать!..».

Тамбовский волк тебе товарищ — «устойчивое выражение, применяемое, когда говоривший даёт понять, что не считает собеседника товарищем».

Согласно гипотезе, выдвинутой тамбовским краеведом Иваном Овсянниковым, фразеологизм появился в XIX веке. Тамбовская губерния была преимущественно сельскохозяйственным краем, после завершения сезонных работ тысячи мужиков уезжали в соседние города за заработком, берясь за любую низкооплачиваемую работу и перебивая ее у местных жителей, которые недовольно ворчали: «Опять тамбовские волки по дворам рыщут, цену сбивают».

Более позднее упоминание связано с Тамбовским восстанием 1920—1921 годов. Противоборствующие силы — зелёные повстанцы и красноармейцы — имели много общего в организации и идеологии, вплоть до обращения «товарищ». Допрашиваемые повстанцы при обращении к сотрудникам правоохранительных органов слышали в ответ: «Тамбовский волк тебе товарищ».

В девяностых годах преобладали «господа», конечно. Обращение куратора потока: «Господа студенты!..», и кажется, что ты ровесник Ленина, слушаешь курс в университете и планируешь идти другим путем.

Что характерно, сейчас, спустя время, слово «товарищ» уже не воспринимается как что-то однозначно плохое, необходимое к истреблению. Скорее произносится с теплотой; мне нравится слово «товарищ».

Что может быть лучше такого обращения, если вдуматься?

Вот немецкий посол приезжал, называл меня госпожа Фомина. Я чуть не оглядывалась, чтобы посмотреть, куда дели эту госпожу. Обращение «госпожа Фомина» неплохо выглядит на бумаге. Точнее, при письме — это элегантно и неброско. Особенно, если господа не Фомина, а Виардо, или Троцкая-Бенуа. Но произнесенное вслух заставляет иногда мучительно краснеть. Все-то мне кажется, что я самозванка и сейчас прибежит матрос, прибежит солдат, и подстрелит на ходу.

С другой стороны, на одном форуме я называлась — Фрау Марта, и мне ужасно это нравилось. Фрау Марта. Благодарю вас, Клаус. Я предпочла бы сегодня белого вина. Передайте мне телефон, пожалуйста. Сюда, к бассейну. Должна сделать звонок своему издателю… Фрау Марта гладко зачесывает светлые волосы и холодно блестит голубыми глазами, ее голос довольно низкий, часто — почти шепот и не оставляет никакой надежды.

Обидно даже. Стремишься, утончаешься, вырабатываешь вкус к коллекционным винам, бриллиантовым кольцам и морским гадам, а про себя напеваешь, оказывается, «смело, товарищи, в ногу!..» и бормочешь еще вот это: «Ораторы, тише! Ваше слово, товарищ маузер!..»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *