Пресс-конференция на тему «Курс на импортозамещение в Самарской области» позволила местным жителям, скучающим по пармезану, шпротам и другому несанкционированному продукту взглянуть на ситуацию с другой стороны. Со стороны яростно поддерживаемого отечественного производителя: местного молокозавода, колбасных цехов и замминистра сельского хозяйства, который, конечно, ничего не производит, но стопроцентно отечественный и ситуацией доволен.
Сначала «Фабрика-Смирнов» рассказала про участие в агропромышленной выставке «Золотая осень-2015»: представили жюри пять продуктов и получили три медали. Золотую – за варено-копченую колбасу, серебряную – за «мясной орех», бронзовую — за сервелат. «Фабрика-Смирнов» заметно гордилась. «Достигли взаимодействия с конечным потребителем», — говорила она.
Замминистра сельского хозяйства сказал, что мясомолочная отрасль сельского хозяйства пока немного провисает в регионе. Но замминистра надеется, что мы догоним и перегоним Татарстан, и Белгородскую область – российских лидеров в этом отношении.
Еще замминистра сказал, что государственные инвестиции в это дело велики – шутка ли, обустройство одного скотоместа стоит около 700 тысяч рублей. «А вообще, — заметил замминистра, сейчас взят курс на замену для потребителя мяса свинины на мясо кур!» Строится Сергиевская птицефабрика небывалой мощности, и вообще. А мясо свиней – вредно, это знают все санитарные врачи.
Молокозавод «Данон» взял слово и похвастал, что в 2014 году был ажиатажный спрос на молоко, потому что все стали варить сыры. Комбинат не делает сыр, нет оборудования, но на продаже молока заинтересованным очень приподнялись. А еще удачно, что сливочное масло из Европы и Прибалтики больше не продают, потому что теперь все покупают, как миленькие, их масло. Это тоже приятно, вот вам и позитивное влияние санкций на сбыт.
«Правда, сейчас цена на молоко несколько выровнялась», — заскучал молокозавод в финале; а ведь бренд «Данон» вроде бы всегда был французским, и если бы его упразднили вместе с сыром камамбер, то настроение молокозавода было бы еще хуже.
«Молочный комбинат в Кошках производит сейчас 10 тонн сыра в день», — сказал замминистра в тему. — Это на 137% больше, чем во времена до эмбарго».
«Но Кошкинский сыр совсем не вкусный», — сказали люди с мест. Замминистра не отреагировал. Наверное, не пробовал.
«Бекон» поклялся, что все предыдущие долгие годы тоже закупал скот у местных заводчиков. «Работаем только на «охлажденке», — сказал «Бекон», и если по кому-то ударило отсутствие замороженного импортного мяса, то это не нас». При этом «Бекон» горделиво смотрел вокруг, будто бы подозревая в каждом из присутствующих нерадивого колбасодела, ударенного отставкой говядины из Австралии, Канады, ЕС, США и Норвегии.
«Бекон» сообщил: купили вакуумный куттер (агрегат, предназначенный для измельчения мяса и приготовления фарша при производстве колбасных изделий, паштетов и пельменей) за 8 миллионов рублей, и это еще при курсе доллара 46. А сейчас этот куттер вообще стоил бы в два раза больше, так что повезло, а государство еще и половину возместило, было приятно. «Поэтому нужно смотреть в будущее с оптимизмом и работать», — по-чеховски призвал собравшихся «Фон Бекон».
Замминистра поддержал призыв к оптимизму и рассказал о планах на создание рынка для сельхозпроизводителей на Заводском шоссе. Там сельхозпроизводители будут напрямую, с минимальной наценкой торговать вкусным и здоровым продуктом, а дети смогут играть в специально оборудованных местах, позволяя родителям без помех выбрать яйцо и свиные ребра. «И вообще ярмарки – это здорово», — тихо радовался замминистра.
«Население довольно», — абстрактно подтвердил «Бекон».
«Но, — сказали люди с мест, — там ничего не дешевле, если честно, на этих ваших ярмарках».
«Да, — сказал замминистра, чуть погрустнев, — не дешевле. Но мы все делаем, чтобы было дешевле».
«Что же?» — спросили люди с мест.
«Строим рынок на Заводском шоссе», — снова приободрился замминистра, и добавил, что стоимость продовольственной корзины в области 3565 рублей, это средняя по стране величина, но в Ульяновской и Саратовской областях меньше, у соседей. В Саратове вообще 2800 рублей.
«Живут же некоторые», — позавидовали люди с мест.
«Примечательно падение деликатесной группы, — сказал «Бекон», стали больше покупать просто мясо, просто печень, печень еще активнее, она как субпродукт, идет дешевле. Головы берут свиные, — увлекся «Бекон», — сало копченое очень хорошо. Твердый устойчивый спрос».
И люди на местах с удовлетворением слушали «Бекон», и даже на пару минут перестали думать, что увеличение продаж масла и сыра Кошкинским молочным заводом – это, конечно, хорошо, но как-то нечестно в условиях навязанного властью продуктового эмбарго. Чего уж этим гордиться. Так мародер вешает себе на шею золотой массивный крест с шеи мертвого солдата и комментирует: глянь, как поперло. Так в голодный год хозяин таза с пельменями становится лучшим женихом и владельцем предметов антиквариата; а вот старухе-процентщице (с сестрой) повезло меньше, ее топором стукнули. И да – Кошкинский сыр вообще на сыр не похож. Вернее, похож — на очень плохой сыр, каковым он и является. Простите, Кошки.
