Самарская археология: находки и потери

На минув­шей неде­ле фак­та­ми, свя­зан­ны­ми с архео­ло­ги­ей, пест­ре­ли как феде­раль­ные, так и реги­о­наль­ные новост­ные лен­ты. В Санкт-Петер­бур­ге про­хо­дил сов­мест­ный съезд архео­ло­гов и люби­те­лей при­бор­но­го поис­ка. Уче­ные тре­бо­ва­ли уже­сто­чить нака­за­ния для чер­ных копа­те­лей с метал­ло­ис­ка­те­ля­ми. В Сама­ре же начал­ся суд над дву­мя архео­ло­га­ми, кото­рые обви­ня­ют­ся в том, что «осво­и­ли» день­ги заказ­чи­ков, рас­ко­пав толь­ко два из трех объ­ек­тов, иссле­до­ва­ния кото­рых были про­фи­нан­си­ро­ва­ны. На этом фоне СМИ оста­лась неза­ме­чен­ной архео­ло­ги­че­ская кон­фе­рен­ция, про­шед­шая 28 янва­ря в музее им. Ала­би­на. А зря. На ней уче­ные рас­ска­за­ли мно­го инте­рес­ных вещей, свя­зан­ных как с исто­ри­ей, так и с совре­мен­но­стью. Напри­мер, выяс­ни­лось, что новострой­ки Коше­ле­ва сто­ят на древ­них моги­лах вен­гров, а сред­не­ве­ко­вый город на Самар­ской Луке, извест­ный под назва­ни­ем Муром­ский горо­док, силь­но постра­дал от разрушений.

На архео­ло­ги­че­ских кон­фе­рен­ци­ях я не был уже несколь­ко лет. С тех пор мно­гое изме­ни­лось. Нор­мой ста­ли про­ек­то­ры и ноут­бу­ки, при­шед­шие на сме­ну гро­мозд­ким иллю­стра­ци­ям. Тех­ни­че­ский про­гресс нали­цо. Есть и печаль­ное наблю­де­ние, свя­зан­ное с тем же тех­ни­че­ским про­грес­сом. В дис­кус­си­ях в каче­стве аргу­мен­та­ции часто упо­ми­на­ют­ся вещи, фото­гра­фии кото­рых под­смот­ре­ны в Интер­не­те на ресур­сах «чер­ных» архео­ло­гов. Увы, мно­гие вещи спе­ци­а­ли­сты могут уви­деть толь­ко там. Соб­ствен­ных же поле­вых иссле­до­ва­ний ста­но­вит­ся все мень­ше из-за скуд­но­сти финан­си­ро­ва­ния этих доро­го­сто­я­щих работ. Тем не менее, на кон­фе­рен­ции по ито­гам послед­них поле­вых сезо­нов было пред­став­ле­но несколь­ко инте­рес­ных откры­тий, допол­нив­ших кар­ти­ну жиз­ни людей в Сред­нем Повол­жье в раз­ные эпо­хи. Пред­ла­гаю ваше­му вни­ма­нию несколь­ко сюже­тов, свя­зан­ных с откры­ти­я­ми тех архео­ло­гов, кото­рые про­шлым летом копа­ли, а не воровали.

Кошелевские дома и «Икеа» построены на могилах венгров

Во вре­мя стро­и­тель­ства жило­го рай­о­на «Кру­тые Клю­чи» было раз­ру­ше­но не менее четы­рех погре­бе­ний древ­них вен­гров. Дети из при­ле­га­ю­щих к строй­ке рай­о­нов при­нес­ли в музей им. Ала­би­на ряд пред­ме­тов, кото­рые обыч­но попа­да­ют­ся архео­ло­гам имен­но в моги­лах мадь­яр это­го евро­пей­ско­го наро­да. Теперь кол­лек­ция музея попол­ни­лась саб­лей, дета­ля­ми пор­ту­пеи, ножом, фраг­мен­та­ми удил и 11 желез­ны­ми нако­неч­ни­ка­ми стрел. Но, увы, сами моги­лы были без­воз­врат­но раз­ру­ше­ны в отсут­ствие архео­ло­гов застрой­щи­ка­ми, кото­рые не обра­ти­ли вни­ма­ния на захо­ро­не­ния во вре­мя зем­ля­ных работ. А воз­мож­но, про­сто не захо­те­ли обра­щать вни­ма­ние уче­ных на наход­ку, так как не заме­тить не толь­ко чело­ве­че­ские, но и лоша­ди­ные кости (древ­них вен­гров часто хоро­ни­ли с коня­ми) доволь­но труд­но. Тем более что в вен­гер­ских моги­лах доволь­но регу­ляр­но встре­ча­ют­ся сереб­ря­ные и золо­тые укра­ше­ния. Они и мог­ли стать одной из глав­ных при­чин, кото­рая наря­ду с обыч­ным стро­и­тель­ным авра­лом сыг­ра­ла свою роль в том, что о наход­ках архео­ло­ги узна­ли толь­ко в 2010 году. Несмот­ря на то, что памят­ник архео­ло­гии начал раз­ру­шать­ся еще в 2007. Теперь мно­го цен­ной инфор­ма­ции об этом пока мало изу­чен­ном эта­пе исто­рии Повол­жья без­воз­врат­но уте­ря­но для нау­ки, пото­му как сами погре­бе­ния навсе­гда утра­че­ны до того, как были тща­тель­но иссле­до­ва­ны науч­ны­ми мето­да­ми и задокументированы.

Отку­да же древ­ние вен­гры появи­лись в наших кра­ях?.. Еще в 1970‑е годы погре­бе­ния с похо­жи­ми наход­ка­ми были обна­ру­же­ны на 116 кило­мет­ре, а в про­шлом деся­ти­ле­тии схо­жее захо­ро­не­ние было най­де­но в Волж­ском рай­оне обла­сти. Дело в том, что имен­но на Сред­ней Вол­ге и в При­ура­лье нахо­ди­лась так назы­ва­е­мая «Вели­кая Вен­грия». И отсю­да пред­ки вен­гров пере­ко­че­ва­ли на тер­ри­то­рию нынеш­ней Восточ­ной Евро­пы, серьез­но обес­по­ко­ив жив­шие там уже евро­пей­ские наро­ды. Если поволж­ские и при­ураль­ские архео­ло­ги­че­ские наход­ки, свя­зан­ные с исто­ри­ей это­го наро­да, дати­ру­ют кон­цом VIII-IX вв., то в Евро­пе Коро­лев­ство Вен­грия появи­лось в X‑XI вв.

Пере­брав­шись с бере­гов Вол­ги на бере­га Дуная, воин­ствен­ные вен­гры нема­ло напу­га­ли евро­пей­цев. По одной из вер­сий, бла­го­да­ря одно­му из назва­ний вен­гров «угры» в евро­пей­ском фольк­ло­ре появи­лись вели­ка­ны и людо­еды огры. Напри­мер, гол­ли­вуд­ский мульт­ге­рой Шрек был имен­но таким чудо­ви­щем. Впро­чем, на новой родине вен­гры осте­пе­ни­лись. В 1235–1236 годах даже была пред­при­ня­та попыт­ка обра­тить остав­ших­ся на бере­гах реки Этиль вен­гров в хри­сти­ан­ство. Вен­гер­ский монах-доми­ни­ка­нец Юли­ан даже нашел сво­их восточ­ных бра­тьев где-то на бере­гах Вол­ги в двух днях пути от боль­шо­го бул­гар­ско­го горо­да, кото­рые как раз и нахо­ди­лись в сред­нем тече­нии Вол­ги и око­ло впа­де­ния в нее Камы. У волж­ских «вен­гров» тогда еще сохра­ня­лись пре­да­ния об ухо­де части их наро­да на запад. Но в 1236 году Волж­ская Бул­га­рия пол­но­стью была разо­ре­на мон­го­ла­ми, и сле­ды вен­гров на Вол­ге окон­ча­тель­но зате­ря­лись в исто­рии. Теперь открыть зано­во эти стра­ни­цы может помочь толь­ко архео­ло­гия, но при таком вар­вар­ском отно­ше­нии к сохра­нив­шим­ся остан­кам пред­ков совре­мен­ных вен­гров мы рис­ку­ем не узнать новой инфор­ма­ции о них никогда.

«Святилище» под Кировским мостом

Минув­шей осе­нью еще об одном архео­ло­ги­че­ском объ­ек­те ста­ло извест­но бла­го­да­ря стро­и­те­лям. При воз­ве­де­нии Киров­ско­го мосто­во­го пере­хо­да на левом бере­гу Самар­ки была иссле­до­ва­на доволь­на стран­ная кон­струк­ция. К сча­стью, несмот­ря на строй­ку, в этом слу­чае архео­ло­гов на место про­ве­де­ния зем­ля­ных работ все-таки при­гла­си­ли. И им уда­лось дос­ко­наль­но изу­чить то, что оста­лось от это­го соору­же­ния. Нахо­док на тер­ри­то­рии рас­ко­па было доволь­но мало. Здесь были обна­ру­же­ны в основ­ном оскол­ки гли­ня­ной посу­ды, лишь один из кото­рых выде­ля­ет­ся из общей мас­сы. Пред­по­ла­га­ют, что это руч­ка амфо­ры. Более инте­рес­ны не арте­фак­ты, извле­чен­ные из зем­ли, а сама кон­струк­ция. Пло­щад­ка была ого­ро­же­на рови­ком. Такое часто встре­ча­ет­ся в погре­баль­ных кур­га­нах, но ника­ких сле­дов кур­ган­ной насы­пи уче­ным обна­ру­жить не уда­лось. Авто­ры иссле­до­ва­ния (впро­чем, доволь­но осто­рож­но) назы­ва­ют объ­ект свя­ти­ли­щем. Похо­жие построй­ки есть на Дону, но они все­гда свя­за­ны с захо­ро­не­ни­я­ми. На самом деле неиз­вест­но, были ли здесь захо­ро­не­ния, так как зна­чи­тель­ная часть рас­ко­пан­но­го объ­ек­та была раз­ру­ше­на при стро­и­тель­стве моста еще до того, как к рабо­те при­сту­пи­ли архео­ло­ги. Труд­но­сти воз­ни­ка­ют и с опре­де­ле­ни­ем воз­рас­та это­го памят­ни­ка. Иссле­до­ва­те­ли отно­сят его к I тыся­че­ле­тию нашей эры, но ска­зать что-то опре­де­лен­ное по пово­ду его более точ­но­го воз­рас­та и куль­тур­ной при­над­леж­но­сти затруд­ня­ют­ся. Вско­ре долж­ны появить­ся резуль­та­ты радио­угле­род­но­го ана­ли­за, про­ве­ден­но­го уче­ны­ми, и объ­ект мож­но будет дати­ро­вать более точно.

Могила без хозяина

Куда более бога­ты­ми на уни­каль­ные наход­ки ста­ли рас­коп­ки в Елхов­ском рай­оне, про­ве­ден­ные про­шед­шим летом. Здесь под кур­ган­ной насы­пью сре­ди обыч­ных погре­бе­ний было най­де­но доволь­но необыч­ное для наше­го реги­о­на соору­же­ние – кено­таф. Под этим гре­че­ским тер­ми­ном скры­ва­ет­ся моги­ла, в кото­рой не захо­ро­нен умер­ший, при этом у нее есть все при­зна­ки имен­но захо­ро­не­ния. Кено­та­фы в древ­но­сти чаще все­го соору­жа­ли, если чело­век поги­бал вда­ли от дома или же его труп невоз­мож­но было захо­ро­нить. Напри­мер, если тело было уве­зе­но вра­га­ми. Нуж­но заме­тить, что этот обы­чай рас­про­стра­нен до сих пор. Очень зна­ме­нит лон­дон­ский кено­таф, кото­рый был воз­ве­ден в память о бри­тан­ских сол­да­тах, погиб­ших на чуж­бине во вре­мя Пер­вой миро­вой войны.

Кено­таф, обна­ру­жен­ный под Елхов­кой, дати­ру­ет­ся брон­зо­вым веком и отно­сит­ся к сруб­ной куль­ту­ре. В совре­мен­ной исто­ри­че­ской лите­ра­ту­ре пле­ме­на сруб­ной куль­ту­ры, совре­мен­ни­ков еги­пет­ских фара­о­нов эпо­хи Ново­го цар­ства, при­ня­то отож­деств­лять с индий­ски­ми или иран­ски­ми наро­да­ми. Счи­та­ет­ся, что имен­но отсю­да из Восточ­ной Евро­пы, в том чис­ле и из волж­ских сте­пей, они вторг­лись на тер­ри­то­рию совре­мен­ных Ира­на и Индии, создав там новые госу­дар­ства, пря­мы­ми наслед­ни­ка­ми кото­рых явля­ют­ся эти совре­мен­ные страны.

Елхов­ский кено­таф отли­чал­ся доволь­но бога­тым инвен­та­рем. Похо­же, эта сим­во­ли­че­ская моги­ла была соору­же­на в память о знат­ном муж­чине. В ней кро­ме стан­дарт­ных гли­ня­ных горш­ков нахо­дил­ся камен­ный шли­фо­ван­ный топор, брон­зо­вый нож и остат­ки костя­ной руко­я­ти с рез­ным орна­мен­том. Послед­ний пред­мет, воз­мож­но, мог быть руч­кой неко­е­го жез­ла, сим­во­ли­зи­ро­вав­ше­го высо­кое поло­же­ние умер­ше­го на соци­аль­ной лест­ни­це. Наход­ки тако­го рода в Самар­ской обла­сти единичны.

Город, разрушаемый заново

Печаль­ные вести при­шли с одно­го из самых уни­каль­ных памят­ни­ков архео­ло­гии, нахо­дя­щих­ся на тер­ри­то­рии Самар­ской губер­нии, Муром­ско­го город­ка. Жите­ли это­го круп­но­го бога­то­го сред­не­ве­ко­во­го горо­да на южной гра­ни­це госу­дар­ства Волж­ская Бул­га­рия во мно­гих отрас­лях ста­ли нова­то­ра­ми для наших земель. Напри­мер, имен­но на Муром­ском город­ке были постро­е­ны пер­вые камен­ные зда­ния на тер­ри­то­рии Самар­ской обла­сти. Более того, в них были даже полы с подогревом.

Из года в год это уни­каль­ное место на запа­де Самар­ской Луки стра­да­ло от рас­паш­ки и бес­ко­неч­ных набе­гов «чер­ных» архео­ло­гов с метал­ло­ис­ка­те­ля­ми. Но этим дело не огра­ни­чи­лось. Ока­за­лось, что осе­нью 2010 года здесь кто-то крайне неак­ку­рат­но выдер­нул тру­бу, про­хо­див­шую по всей тер­ри­то­рии горо­ди­ща, при этом капи­таль­ные зем­ля­ные рабо­ты оста­лись незамеченными.

Тру­ба была про­ло­же­на через всю тер­ри­то­рию горо­ди­ща еще в 1943 году, когда мало кто заду­мы­вал­ся об охране памят­ни­ков. Она прак­ти­че­ски не функ­ци­о­ни­ро­ва­ла, но пол­то­ра года назад кто-то о ней вспом­нил и решил пожи­вить­ся метал­лом. Теперь Муром­ский горо­док про­ре­за­ет длин­ная тран­шея, кото­рая затра­ги­ва­ет несколь­ко частей. В том чис­ле и тер­ри­то­рию Внут­рен­не­го горо­да – самое его серд­це. Архео­ло­ги в послед­ние деся­ти­ле­тия ста­ра­лись не тро­гать без вес­ких при­чин эту его часть.

Уче­ным уда­лось раз­бить лишь неболь­шой рас­коп у пока­ле­чив­шей уни­каль­ный памят­ник тран­шеи. Он был доста­точ­но богат на наход­ки. Кро­ме это­го были обна­ру­же­ны объ­ек­ты, свя­зан­ные с чер­ной металлургией.

В 1236 году Муром­ский горо­док был стерт с лица зем­ли вой­ска­ми мон­го­лов. Теперь архео­ло­ги вот уже почти сто­ле­тие по кру­пи­цам соби­ра­ют дан­ные о нем. Но огром­ная кана­ва зано­во раз­ру­ши­ла зна­чи­тель­ную часть горо­да. Будем наде­ять­ся, что област­ное Мини­стер­ство куль­ту­ры, в кото­ром извест­но о про­изо­шед­шем, не оста­вит инци­дент без внимания.

Первые русские Самарской Луки

В про­шед­шем году были про­дол­же­ны иссле­до­ва­ния пра­во­слав­но­го могиль­ни­ка у села Малая Рязань. Иссле­до­ван­ные десят­ки захо­ро­не­ний инте­рес­ны тем, что, веро­ят­но, они сде­ла­ны одной из самых пер­вых групп рус­ско­го насе­ле­ния, появив­ших­ся на Самар­ской Луке. Рус­ски­ми в совре­мен­ном пони­ма­нии это­го тер­ми­на счи­тать погре­бен­ных нель­зя, так как в то вре­мя, когда были сде­ла­ны захо­ро­не­ния, этот народ толь­ко фор­ми­ро­вал­ся из древ­не­рус­ской народ­но­сти. Тем не менее, ско­рее все­го, эти люди при­шли имен­но с тер­ри­то­рии одно­го из рус­ских кня­жеств того вре­ме­ни. А вер­нее, с боль­шой долей веро­ят­но­сти, их при­гна­ли сюда золо­то­ор­дын­цы, что­бы хозяй­ствен­но обес­пе­чи­вать один из важ­ней­ших тор­го­вых путей – Волжский.

Погре­бе­ния отно­сят к XIV веку — эпо­хе, назы­ва­е­мой в лето­пи­сях Вели­кой замятней.

В это вре­мя в Золо­той Орде посто­ян­но меня­лись пра­ви­те­ли и про­ис­хо­ди­ло мно­же­ство воен­ных кон­флик­тов. Веро­ят­но, имен­но этим мож­но объ­яс­нить тот факт, что сре­ди погре­бен­ных очень высок про­цент взрос­лых муж­чин, в том чис­ле и скон­чав­ших­ся от бое­вых ране­ний. Жен­щин же, напро­тив, непро­пор­ци­о­наль­но мало, несмот­ря на мно­же­ство погре­бен­ных детей. Этот инте­рес­ней­ший памят­ник тре­бу­ет даль­ней­ших иссле­до­ва­ний, кото­рые откро­ют новые стра­ни­цы рус­ской исто­рии Самар­ско­го Повол­жья. Не исклю­че­но, что рядом с клад­би­щем удаст­ся най­ти одну из пер­вых хри­сти­ан­ских церк­вей, постро­ен­ных на нынеш­ней тер­ри­то­рии области.