Летние развлечения горожан

Летом в людях про­буж­да­ет­ся тяга к пере­мене мест. Люди орга­ни­зу­ют чар­тер­ные рей­сы и выле­та­ют, гор­де­ли­во потря­хи­вая шен­ген­ски­ми виза­ми, в Ита­лию, Фран­цию или быв­шую совет­скую рес­пуб­ли­ку Лат­вию. Неудач­ни­ки, лишен­ные шен­ген­ских виз, авто­сто­пом доби­ра­ют­ся до какой-нибудь Тур­ции, где, бла­го­да­ря исклю­чи­тель­но бла­го­при­ят­но­му кли­ма­ту, купа­ют­ся с апре­ля по октябрь, уте­шая себя сти­ха­ми Есе­ни­на: «В Хоро­сане есть такие две­ри, но открыть те две­ри я не мог». Люди без пас­пор­та путе­ше­ству­ют по Рос­сии, захва­ты­вая Крым и сана­то­рии Бело­рус­сии. Не остав­ля­ют сво­им вни­ма­ни­ем они и Сама­ру, осо­бен­но, если где-то когда-то слу­чай­но через вто­рые руки позна­ко­ми­лись с кем-то из мест­ных жите­лей. Тро­ю­род­ные справ­ные сест­ры, даль­ние бед­ные род­ствен­ни­ки, дев­ствен­ные тетуш­ки из Сая­но­гор­ска, могут­ные паруб­ки с пред­го­рий Ура­ла – все пере­ме­ща­ют­ся по пло­хим феде­раль­ным трас­сам или с помо­щью РЖД. Билет до Сим­фе­ро­по­ля три тыся­чи шесть­сот руб­лей! Зави­дев хоро­шо узна­ва­е­мые фал­ли­че­ские очер­та­ния самар­ско­го вок­за­ла, бод­ро пры­га­ют на пер­рон. Ока­зы­ва­ют­ся в плав­ках, бегут купать­ся, бьют рука­ми по раз­но­цвет­ной волж­ской воде.

- Мать чест­ная, хоро­шо-то как! – кри­чат из реки.

К нам тоже при­ез­жа­ет пого­стить дво­ю­род­ный брат мужа изда­ле­ка. Он живет в одной некруп­ной деревне, и видим­ся мы ред­ко. При­мер­но гостит, посе­ща­ет пля­жи, ночу­ет в зале под выстав­кой немец­ких касок, в обним­ку с вин­тов­кой Моси­на. Хоро­ший дво­ю­род­ный брат, любит пиво, раз­го­ва­ри­ва­ет очень при­ят­но, такой акцент осо­бен­ный, неса­мар­ский. Если кто пес­ню пом­нит: «Здо­ро­во, Костро­ма — здо­ро­вень­ко! А что дела­е­те? — Ой, милая, я забо­ле­ла… — Забо­ле­ла, поле­чи­ся..», — вот так и гово­рит. Про­сто заслу­ша­ешь­ся! Вос­крес­ным утром все спят, толь­ко не сплю я с кофе и ноут­бу­ком, и толь­ко не спит дво­ю­род­ный брат с вин­тов­кой Моси­на. Выхо­дит на кух­ню и скром­но хочет кофе. И мы пьем вме­сте, раз­го­ва­ри­ва­ем. Меня дол­ла­ро­во­гла­зый Дейл Кар­не­ги еще сто лет назад твер­до научил, что с людь­ми надо раз­го­ва­ри­вать на близ­кие им темы, и еще улы­бать­ся. Пом­ню, что Брат закан­чи­вал зоо­тех­ни­кум и есть насто­я­щий вете­ри­нар. Щурясь от утрен­не­го солн­ца, отпи­ваю кофе и спрашиваю:

- Ну что, как на рабо­те? Под­опеч­ные бес­по­кой­ные попа­да­ют­ся? — и улыбаюсь.

- Раз­ные, — отве­ча­ет брат напев­но, — толь­ко мне-то что до их бес­по­кой­ства? Где я, а где они. Пери­метр боль­шой. Мы толь­ко в одной точ­ке и пересекаемся…

Вот, думаю ува­жи­тель­но, надо же, такой мета­фи­зи­че­ский под­ход! Пери­метр, гово­рит, как основ­ная схе­ма жиз­ни! Пере­се­ка­ем­ся, гово­рит, толь­ко в одной точ­ке — точ­ке их болез­ни! Про­сто, думаю, фило­соф насто­я­щий, а я тут сижу раз­ва­лив­шись, на солн­це щурюсь. Стро­же устра­и­ва­юсь на табу­рет­ке, оправ­ляю ска­терть, про­дол­жаю свет­ский разговор:

- И какая же это чаще все­го точ­ка? — и улыбаюсь.

Сей­час, думаю, рас­ска­жет про кишеч­ные коли­ки у лоша­дей или там труд­но­сти с оте­лом, а я люб­лю про труд­но­сти с отелом.

- Так­со­фон у про­ход­ной, — гово­рит нето­роп­ли­во брат, и куша­ет бутер­брод с кол­ба­сой и сыром свер­ху. Про­сит ещё саха­ру, если мож­но. Подаю сахар. На страш­ную мину­ту вооб­ра­жаю себе сви­но­мат­ку с труб­кой теле­фо­на у неиз­вест­ной про­ход­ной. Страш­ная мину­та про­хо­дит, и выяс­ня­ет­ся, что брат дав­но не рабо­та­ет вете­ри­на­ром, а слу­жит охран­ни­ком в пси­хи­ат­ри­че­ской лечеб­ни­це для пре­ступ­ни­ков, при­знан­ных недее­спо­соб­ны­ми. Допи­ва­ет кофе, ока­зы­ва­ет­ся уже в плав­ках, бежит купаться.

- Мать чест­ная, хоро­шо-то как! – кри­чит из реки.

Я киваю из сво­ей кух­ни. Вече­ром наме­чен тор­же­ствен­ный ужин с пивом и рака­ми, варить кото­рых пред­сто­ит в слож­ной суб­стан­ции, вклю­ча­ю­щей в себя сме­та­ну, вод­ку, черт-то что, и укроп с солью. Из гостей горо­да допол­ни­тель­но при­сут­ству­ет тро­ю­род­ная сест­ра мужа. При­е­ха­ла из Сиби­ри и Даль­не­го Восто­ка, при­вез­ла мно­го детей.

- Хоть солн­це уви­дят! – гово­рит, горест­но под­пи­рая щеку рукой. У сест­ры недав­но про­изо­шла непри­ят­ность по служ­бе – там, в Сиби­ри. Сокра­ти­ли шта­ты, и ее вме­сте со шта­та­ми, не выпла­ти­ли денег, не выпи­са­ли спра­вок. Но сей­час все хоро­шо, всё наладилось.

- Рабо­ту я нашла – пре­вос­ход­ную! – хва­ста­ет­ся сест­ра, — ты даже не пред­став­ля­ешь, какую классную.

- Не пред­став­ляю, — согла­ша­юсь, — расскажи.

Про­фес­сия её — бухгалтер.

- Я, — рас­ска­зы­ва­ет сест­ра, — теперь спе­ци­аль­ный инструк­тор по фитнесу.

Тро­ю­род­ная сест­ра мужа — доволь­на пол­но­ва­тая девуш­ка. Не спор­тив­ная. И если и есть кто-то, наи­бо­лее не похо­жий на инструк­то­ра по фит­не­су, то это она. А потом я, на вто­ром месте. Но удив­лять­ся как-то непри­лич­но. Сест­ра продолжает:

- Точ­нее, я не инструк­тор по фит­не­су, а его мас­сив­ный помощ­ник. Секретный.

Удив­ля­юсь. Какие-то пря­мо нов­ше­ства. Мас­сив­ный помощ­ник инструк­то­ра по фит­не­су. Секретный.

- Ну да, да, — объ­яс­ня­ет сест­ра, — что­бы круп­ные жен­щи­ны не стес­ня­лись ходить в клуб, их встре­ча­ет мас­сив­ный помощ­ник. Типа, она тут зани­ма­ет­ся и все такое. И в боль­шом поряд­ке. И круп­ные жен­щи­ны успо­ка­и­ва­ют­ся. И начи­на­ют люто, беше­но посе­щать тренировки.

Мне что-то пря­мо ста­ло обид­но за круп­ных жен­щин. Пока­за­лось, их при­ни­ма­ют немно­го за сла­бо­ум­ных. Поду­ма­ла, что раз уж круп­ная жен­щи­на при­шла в этот самый клуб, навер­ное, ей не тре­бу­ет­ся лжи­вых допол­ни­тель­ных моти­ва­ций для заня­тий. Мас­сив­ных помощ­ни­ков. С дру­гой сто­ро­ны, сест­ра рабо­ту полу­чи­ла. Пла­тят нор­маль­но. Уни­фор­му выда­ли. Со вре­ме­нем пере­хо­дя­щую в собственность.

Убеж­де­на, что есть еще ряд, где необ­хо­ди­мы сек­рет­ные помощ­ни­ки, не исклю­че­но, что мас­сив­ные. Напри­мер, гине­ко­ло­ги­че­ская кли­ни­ка. Мно­гие жен­щи­ны не нахо­дят моти­ва­ций для ее про­фи­лак­ти­че­ско­го посе­ще­ния. А тут — тон­ко вхо­дит в созна­ние сек­рет­ный помощ­ник, толь­ко вот не знаю, как он дол­жен выгля­деть для убе­ди­тель­но­сти. Поду­мать над этим. Или, напри­мер, стра­хо­вые ком­па­нии. Посе­ти­те­лей встре­ча­ет семья пого­рель­цев. Без­утеш­ная вдо­ва с пятью детьми горь­ко рыда­ет, не имея стра­хо­во­го поли­са от нера­зум­но усоп­ше­го мужа. Груп­па потер­пев­ших кораб­ле­кру­ше­ние про­ха­жи­ва­ет­ся нелов­ко, изна­си­ло­ван­ная тихо­оке­ан­ски­ми кра­ба­ми. И так далее.

- А у вас непло­хо! – веж­ли­во хва­лит тро­ю­род­ная сест­ра мужа город, — зеле­но так… Пиво кру­гом про­да­ет­ся… Люди настро­е­ны миролюбиво…

Доеда­ет клеш­ню рака и ока­зы­ва­ет­ся в купаль­ном костю­ме, слу­жеб­ном. На тем­но-синем фоне ярко выде­ля­ет­ся лого­тип фит­нес-клу­ба – дель­фин и русал­ка, объ­еди­нен­ные общим хво­стом и полу­ме­ся­цем. Бежит купаться.

- Мать чест­ная, хоро­шо-то как! – кри­чит из реки.

Я киваю из сво­ей кухни.