Александр Васильев. Объединение историей

В Доме жур­на­ли­ста состо­я­лась пресс-кон­фе­рен­ция, с исто­ри­ком моды Алек­сан­дром Васи­лье­вым, на кото­рой он рас­ска­зал жур­на­ли­стам о сво­их про­ек­тах, запла­ни­ро­ван­ных на осень, вспом­нил сво­е­го фран­цуз­ско­го пред­ка и выска­зал мне­ние, поче­му для рус­ско­го зри­те­ля поход в опе­ру дикость, а для фран­цу­за событие.

Культурная осень Александра Васильева

Эта осень будет для меня очень напол­нен­ной куль­тур­ны­ми собы­ти­я­ми. В дан­ный момент в худо­же­ствен­ном музее Сама­ры про­хо­дит выстав­ка, в кото­рой осве­ще­на напо­лео­нов­ская эпо­ха и часть экс­по­на­тов – костю­мы, аксес­су­а­ры, вышив­ки, вее­ра и дру­гие вещи при­ве­зе­ны из Пари­жа из моей лич­ной кол­лек­ции в Сама­ру. К сло­ву, выстав­ка ранее экс­по­ни­ро­ва­лась в Москве.

Кро­ме это­го сей­час мы очень актив­но рабо­та­ем в опер­ном теат­ре и гото­вим пре­мье­ру бале­та «Пави­льон Арми­ды» в деко­ра­ци­ях и костю­мах Алек­сандра Бенуа, кото­рый был пока­зан в свое вре­мя в Пари­же в 1909 году, на сцене теат­ра Шат­ле в сезо­нах Дяги­ле­ва. Это вос­ста­нов­ле­ние, на наш взгляд, вер­ное, с точ­ки зре­ния исто­рии и куль­ту­ры, опять объ­еди­нит Фран­цию и Рос­сию в еди­ном поры­ве, в том чис­ле и пото­му что опер­ный театр дела­ет все для того, что­бы деко­ра­ции, костю­мы, были вос­со­зда­ны под моим руко­вод­ством в вер­ной тра­ди­ции. Костю­мы испол­ня­ют­ся здесь же в Самаре.

Так­же мы гото­вим оче­ред­ную сес­сию наших Поволж­ских сезо­нов Алек­сандра Васи­лье­ва. Это уже будет 12 год. Вре­мя летит очень быст­ро, и мы наде­ем­ся пора­до­вать всех темой это­го сезо­на, она будет посвя­ще­на напо­лео­нов­ской войне 1812года. В этом году мы празд­ну­ем двух­сот­ле­тие это­го собы­тия (1812–2012), поэто­му фран­ко-рус­ская тема будет одним из важ­ных направлений.

Костюм музы­кан­та — «Пави­льон Арми­ды» — 1909 — Алек­сандр Бенуа

Тонкости исторического костюма

Гобе­ле­ны для спек­так­ля будут вос­ста­нов­ле­ны теат­раль­ным спо­со­бом. Тка­ни при­ве­зе­ны из раз­ных стран, часть я при­вез из Фран­ции, что-то нашли в Сама­ре, часть из них — вос­ста­нов­лен­ны, по новой тех­но­ло­гии печа­ти на тка­ни. Будут вос­со­зда­ны орна­мен­ты на тка­нях, кото­рые изна­чаль­но были созда­ны Алек­сан­дром Бенуа. Дело в том, что этот спек­такль доволь­но дол­го шел и во Фран­ции у Дяги­ле­ва и в Рос­сии, напри­мер, в Мари­ин­ском теат­ре. Потом он «сошел», и все нюан­сы этой поста­нов­ки были утра­че­ны. Напри­мер, когда в Сама­ре ста­ви­ли этот спек­такль, были утра­че­ны даже име­на дей­ству­ю­щих лиц. Сей­час мы это все вос­ста­нав­ли­ва­ем, пото­му что суще­ству­ет либ­рет­то. Так­же как ушло содер­жи­мое либ­рет­то – люди настоль­ко выки­пя­ти­ли суть это­го бале­та, что мы даже не можем най­ти, где нача­ло где конец. Сами костю­мы были про­да­ны или пода­ре­ны Алек­сан­дром Бенуа, оче­вид­но, в раз­ные музеи, поэто­му нет тако­го архи­ва, где бы лежа­ли костю­мы в эски­зах «Пави­льон Арми­ны». Часть из них нахо­дит­ся в Петер­бур­ге, Пари­же, Лон­доне, Сток­голь­ме, Нью-Йор­ке, и послед­няя в Австра­лии. Поэто­му, толь­ко объ­еди­нив эти три источ­ни­ка, нам уда­лось вос­со­здать мак­си­маль­но вер­ную кар­ти­ну, но и то не всю, пото­му что неко­то­рые эски­зы совсем утра­че­ны. Воз­мож­но, они в част­ных кол­лек­ци­ях и пото­му не опуб­ли­ко­ва­ны и прой­дет еще 20 лет и они объ­явят­ся, но их изоб­ра­же­ния сего­дня нам не ведомы.

Глав­ную роль Арми­ды тан­це­ва­ла Татья­на Пав­ло­ва, но и Тама­ра Кар­са­ви­на, и у каж­дой из них был свой лич­ный костюм. Поэто­му, если вы посмот­ри­те фото­гра­фии, то уви­ди­те, что голов­ной убор Пав­ло­вой и Кар­са­ви­ной не сов­па­да­ют, так­же как есть раз­но­чте­ния и в костю­ме. С совре­мен­ны­ми мате­ри­а­ла­ми слож­но рабо­тать, они дру­гие. Мы живем в мире неве­ро­ят­но­го коли­че­ства син­те­ти­ки, что никак не помо­га­ет в нашей рабо­те. И как избе­жать впе­чат­ле­ния, что перед нами кук­лы бар­би? Это дей­стви­тель­но очень важ­но – мы ста­ра­ем­ся мак­си­маль­но избе­жать блес­ка, син­те­ти­че­ско­го эффек­та, а это не про­сто в усло­ви­ях рын­ка 2012 года. К сожа­ле­нию в боль­шин­стве тка­ней, если мы попа­да­ем в цвет, то не попа­да­ем в каче­ство, фак­ту­ру. При­хо­дит­ся ино­гда скла­ды­вать тка­ни в три слоя, что­бы добить­ся одно­го цве­та и одной фактуры.

Инте­рес костю­ма в объ­ем­но­сти, кото­рая берет свет от про­жек­то­ров, а если объ­ем­но­сти нет, то про­жек­тор, осве­щая все, дела­ет из костю­ма плос­кую лепеш­ку, вме­сто того что­бы сде­лать фар­фо­ро­вую ста­ту­эт­ку. Это слож­ная рабо­та, но я уве­рен, что с этим мы справимся.

Костюм духа часов — «Пав­льон Арми­ды» — 1909

Война и предки

Моя семья при­ни­ма­ла непо­сред­ствен­ное уча­стие в войне 1812 года. Один из моих пред­ков по отцов­ской линии, Васи­лий Яко­вле­вич Чичи­гов был адми­ра­лом, мор­ским мини­стром импе­ра­то­ра Алек­сандра пер­во­го, и он же был глав­но­ко­ман­ду­ю­щим в сра­же­нии при Бере­зине. Это было ужас­ное сра­же­ние для Фран­ции, пото­му что око­ло 300 тысяч фран­цуз­ских сол­дат ушло под воду из-за тон­ко­го льда на реке при пере­пра­ве, когда Напо­ле­он бежал из Франции.

Во Фран­ции сло­во «Бере­зи­на», самое тяже­лое сло­во, кото­рое фран­цу­зы могут про­из­не­сти. Во Фран­ции, если все очень пло­хо — гово­рят «се ля Бере­зи­на», что зна­чит – хуже нет. Так вот эту Бере­зи­ну устро­ил мой пре­док. Пред­ставь­те себе, впо­след­ствии он упу­стил Напо­лео­на, кото­рый пере­пра­вил­ся несколь­ко кило­мет­ров ниже основ­ной армии, спас­ся бег­ством и попал в Лит­ву в Виль­нюс. Потом через Вар­ша­ву он вер­нул­ся во Фран­цию и, как ни стран­но, министр, коман­до­вав­ший этим сра­же­ни­ем, попал в неми­лость у импе­ра­то­ра. Зна­ме­ни­тый бас­но­пи­сец Кры­лов напи­сал бас­ню, кото­рую вы все зна­е­те, она зву­чит сле­ду­ю­щим обра­зом– «зуба­стой щуке в ум при­шло за коше­чье при­нять­ся ремес­ло». Если гово­рить про мое­го пред­ка — мор­ская щука не долж­на была коман­до­вать сухо­пут­ным сра­же­ни­ем. Не пой­мав Напо­лео­на он ока­зал­ся в неми­ло­сти и выбрал изгна­ние во Фран­цию. Он мигри­ро­вал 1820году, купил себе очень кра­си­вый дво­рец в пред­ме­стье Пари­жа, где он сто­ит и по сей день, и назы­ва­ет­ся «Дво­рец адми­ра­ла». Он был женат на англи­чан­ке, кото­рая вме­сте с доч­ка­ми после­до­ва­ла за ним. Все эти девоч­ки хоро­шо вышли за муж за фран­цуз­ских ари­сто­кра­тов, в част­но­сти, одна из них ста­ла гра­фи­ней Де Бюзе. Когда мои даль­ние род­ствен­ни­ки, пред­ки адми­ра­ла при­ни­ма­ют меня во Фран­ции, мы вме­сте вспо­ми­на­ем вой­ну 12 года.

Тама­ра Кар­са­ви­на — «Пав­льон Арми­ды» — 1913

Внимание к деталям истории

Я исто­рик моды, и поэто­му дол­жен при­да­вать зна­че­ние дета­лям. К тому же роль костю­ма в спек­так­ле огром­на. Наша стра­на раз­ви­ва­ет­ся в быст­ром тем­пе, но по доро­ге мы посто­ян­но теря­ем коле­са исто­рии. Вы зна­е­те, что отно­ше­ние к исто­рии в нашей стране ста­но­вит­ся все более поверх­ност­ным, мы отры­ва­ем­ся от сво­их кор­ней. В боль­шин­стве слу­ча­ев мы не зна­ем даже клад­бищ, на кото­рых похо­ро­не­ны наши пра­де­ды – спро­си­те у любо­го чело­ве­ка, мало кто зна­ет, отку­да родом. Ред­ко вы най­де­те тако­го чело­ве­ка как я, кото­рый может рас­ска­зы­вать исто­рии про пра­пра­де­душ­ку. На мой взгляд, кон­такт с исто­ри­ей очень важен, и важ­но, что я могу мас­со­во создать эту иллю­зию при­сут­ствия, сопри­част­но­сти к про­шло­му на сцене опер­но­го театра.

Мы дела­ем это для того, что­бы наш совре­мен­ный зри­тель, смог отдох­нуть от теле-попсы, от гастро­лей тре­тье­сорт­ных гастро­ле­ров, кото­рые запо­ло­ни­ли ваш город, и дру­гие горо­да. Ведь быва­ют звез­ды, а быва­ют звез­ды на закате.

Я так рад, напри­мер, что Мирей Матье к вам при­ез­жа­ет, но она дав­но не гастро­ли­ро­ва­ла во Фран­ции. Там она не звез­да насущ­ная, но фран­цуз­ская певи­ца. Фран­ция это стра­на новой моды, она менее тра­ди­ци­он­на чем, напри­мер, Англия, во Фран­ции любят новое, све­жее, с радо­стью откры­ва­ют новые име­на — это стра­на очень откры­та в моде, пес­нях, тан­цах, им все вре­мя хочет­ся посмот­реть на новин­ку. Мирей Матье боль­ше извест­на в Гер­ма­нии, Япо­нии, Рос­сии, но это про­шлый век для Фран­ции. Во Фран­ции забы­ли, что есть такая певи­ца, пото­му что она пела 20 лет назад. Но это нормально.

Деньги и театр

Неко­то­рые спек­так­ли нико­гда не оку­па­ют­ся. Я думаю, что мюзик­лы оку­па­ют­ся, пото­му что они идут каж­дый вечер. Когда ста­вишь спек­такль, кото­рый повто­ря­ешь каж­дый вечер, мож­но рас­счи­ты­вать на оку­па­е­мость, а когда у тебя репер­ту­ар­ный спек­такль в теат­ре, и когда в репер­ту­а­ре мно­го назва­ний, 20 или более, они идут в оче­ред­но­сти, и об оку­па­е­мо­сти нель­зя гово­рить ни в коем случае.

Во Фран­ции, напри­мер, спек­такль «Мулен Руж» идет 10 лет под­ряд, и при этом не меня­ет­ся. Его ста­вят два раза за вечер, один раз в 21:00, дру­гой в 23:30. Труп­па дер­жит­ся 10 лет, потом всех арти­стов выго­ня­ют и берут дру­гих, более моло­дых и све­жих. Но они отра­бо­та­ли за это вре­мя костю­мы, деко­ра­ции, зар­пла­ты арти­стов, перья (к сло­ву, самый боль­шой бюд­жет – это перья) и, затем стразы.

Еще оку­па­ют­ся камер­ные спек­так­ли, когда есть толь­ко дра­ма­ти­че­ские акте­ры (штук пять), нет оркест­ра, две табу­рет­ки, совре­мен­ные костю­мы, фоно­грам­мы, чер­ный каби­нет два прожектора.

Ни Гранд Опе­ра ни Мет­ро­по­ли­тен не оку­пит­ся если не давать выступ­ле­ния каж­дый день.

Но такой вари­ант не под­хо­дит для Сама­ры, хоть это и круп­ный город, и здесь мно­го зри­те­лей, тури­сти­че­ски это не про­ход­ной двор в отли­чие от Нью-Йор­ка, Лон­до­на или Пари­жа, где очень мно­го тури­стов и люди при­ез­жа­ют посмот­реть спек­такль извне. Там на спек­так­ли соби­ра­ют пол­ные залы, пото­му что всем хочет­ся схо­дить для галоч­ки в опе­ру, а у нас тако­го пред­став­ле­ния нет. Когда люди при­ез­жа­ют в дру­гой город из Сыз­ра­ни или Улья­нов­ска, у них нет такой амби­ции – побы­вать в опер­ном теат­ре, но в ноч­ной клуб – да, они могут пой­ти. Это уро­вень куль­ту­ры стра­ны. Во Фран­ции схо­дить в Гранд Опе­ра это собы­тие в жиз­ни фран­цу­за, им все рав­но, что они там уви­дят – им глав­ное побы­вать в этом зда­нии, поси­деть и посмот­реть на пото­лок Шага­ла, а потом ска­зать, что мы были в опе­ре. Хоть и на галер­ке. Нам надо еще дол­го рабо­тать, что­бы сде­лать празд­ник из само­го фак­та посе­ще­ния опер­но­го теат­ра, что­бы это ста­ло собы­ти­ем в куль­ту­ре семьи.