Виталий Горсткин: «Мы с вами не на ипподроме находимся».

В сре­ду, 30 янва­ря, в пресс-цен­тре инфор­ма­ци­он­но­го агент­ства «Интер­факс-Повол­жье» в Сама­ре состо­я­лась пресс-кон­фе­рен­ция руко­во­ди­те­ля след­ствен­но­го управ­ле­ния СК РФ по Самар­ской обла­сти, стар­ше­го совет­ни­ка юсти­ции Вита­лия Вла­ди­ми­ро­ви­ча Горст­ки­на, посвя­щен­ная ито­гам рабо­ты самар­ско­го ведом­ства за 2012 год.

Вита­лий Горст­кин про­из­нес всту­пи­тель­ное сло­во: «Навер­ное, вам будут инте­рес­но, како­вы резуль­та­ты слу­жеб­ной дея­тель­но­сти след­ствен­но­го управ­ле­ния за про­шлый год; не буду упраж­нять­ся в бел­ле­три­сти­ке и ска­жу, что из четыр­на­дца­ти основ­ных пока­за­те­лей, кото­рые оце­ни­ва­ют­ся по резуль­та­там года, нами твер­до удер­жи­ва­ют­ся двенадцать.

Общее коли­че­ство воз­буж­ден­ных уго­лов­ных дел соста­ви­ло поряд­ка двух тысяч двух­сот, из это­го коли­че­ства одна тыся­ча шесть­сот отправ­ле­ны в суд с обви­ни­тель­ны­ми заклю­че­ни­я­ми. Сле­до­ва­те­ля­ми управ­ле­ния рас­смот­ре­ны поряд­ка шест­на­дца­ти тысяч заяв­ле­ний о гото­вя­щих­ся или совер­ша­е­мых пре­ступ­ле­ни­ях, по один­на­дца­ти тыся­чам выне­се­ны поста­нов­ле­ния об отка­зе в воз­буж­де­нии уго­лов­но­го дела.

На дей­ствия сле­до­ва­те­лей посту­пи­ло поряд­ка трех тысяч семи­сот жалоб, из них удо­вле­тво­ре­но – пять­де­сят шесть. По пере­чис­лен­ным пока­за­те­лям мы на про­тя­же­нии двух лет твер­до удер­жи­ва­ем сред­не­рес­пуб­ли­кан­ские циф­ры, что сви­де­тель­ству­ет об устой­чи­вой рабо­те управ­ле­ния, руко­вод­ства и лич­но­го состава.

Вме­сте с тем вынуж­ден кон­ста­ти­ро­вать, что ухуд­шил­ся такой пока­за­тель, как воз­врат уго­лов­ных дел на допол­ни­тель­ное рас­сле­до­ва­ние в про­ку­ра­ту­ру — он соста­вил восемь­де­сят шесть про­тив пяти­де­ся­ти пяти про­шло­год­них. На кол­ле­гии мы про­ду­ма­ли пере­чень меро­при­я­тий, кото­рый поз­во­лит улуч­шить ситу­а­цию. Так­же вызы­ва­ет оза­бо­чен­ность коли­че­ство дел, при­оста­нов­лен­ных вви­ду отсут­ствия лица, кото­рое мож­но при­влечь к уго­лов­ной ответ­ствен­но­сти. Тако­вы основ­ные резуль­та­ты рабо­ты след­ствен­но­го управления».

Пер­вым на пресс-кон­фе­рен­ции про­зву­чал акту­аль­ный для горо­да вопрос об уго­лов­ном деле в отно­ше­нии быв­ше­го руко­во­ди­те­ля депар­та­мен­та бла­го­устрой­ства и эко­ло­гии Евге­ния Рей­ме­ра, и пре­кра­ще­ния уго­лов­но­го дела в отно­ше­нии Иго­ря Сапры­ки­на, сотруд­ни­ка того же департамента.

«Напом­ню свою кон­цеп­цию: я нико­гда не упо­ми­наю ничьих фами­лий, — стро­го заме­тил Вита­лий Горст­кин. — Фами­лии мож­но и нуж­но озву­чи­вать толь­ко после вступ­ле­ния в силу при­го­во­ра суда. Поэто­му давай­те поль­зо­вать­ся сле­ду­ю­щи­ми тер­ми­на­ми: есть ответ­ствен­ные работ­ни­ки мэрии Сама­ры, в отно­ше­нии одно­го из них мы пре­кра­ти­ли уго­лов­ное пре­сле­до­ва­ние за отсут­стви­ем соста­ва пре­ступ­ле­ния. Поэто­му я могу назвать его имя – это Сапрыкин».

Прось­бу дать общий ком­мен­та­рий по делам кор­руп­ци­он­ный направ­лен­но­сти Вита­лий Вла­ди­ми­ро­вич про­ком­мен­ти­ро­вал: «След­ствен­ная рабо­та дале­ка от целей сен­са­ций, тем более от каких-то циф­ро­вых пока­за­те­лей. Мы с вами не на иппо­дро­ме нахо­дим­ся, что­бы счи­тать, кто и когда при­дет пер­вым. Я вам так ска­жу, что за про­шлый год было рас­сле­до­ва­но три­ста трид­цать уго­лов­ных дел, в той или иной мере свя­зан­ных с кор­руп­ци­он­ной направ­лен­но­стью; боль­шин­ство из них пере­да­ны в суд. В дина­ми­ке мы на 215% уве­ли­чи­ли коли­че­ство рас­сле­до­ван­ных дел отно­си­тель­но 2011 года».

Вол­ну­ю­щую тему затро­ну­ла жур­на­лист­ка «Волж­ской ком­му­ны»: «Один депу­тат госу­дар­ствен­ной думы, не буду назы­вать его фами­лию («А он что, под след­стви­ем?», — выкрик из зала, смех), назвал вашу рабо­ту «мело­чев­кой». Как вы дума­е­те, нара­щи­вая вот эти ито­го­вые циф­ры, может ли перей­ти коли­че­ство в качество?»

«Сна­ча­ла нуж­но опре­де­лить­ся, — оби­дел­ся Вита­лий Горст­кин, — что назы­вать «мело­чев­кой». Мело­чёв­ка – это что? Вот две неде­ли назад мы задер­жа­ли чинов­ни­ка рай­он­ной адми­ни­стра­ции при полу­че­нии двух с поло­ви­ной мил­ли­о­нов руб­лей, это мелочёвка?»

«Мело­чёв­ка. Это же рай­он­ный чинов­ник», — дер­жа­лась сво­ей линии журналистка.

«А кого же вы хоти­те, что­бы мы при­влек­ли?» — «Я вам ска­жу, кого. Тот же самый депар­та­мент эко­ло­гии и бла­го­устрой­ства. Там за год про­хо­дят мил­ли­ар­ды руб­лей. А у вас один обви­ня­е­мый со смеш­ной сум­мой в сто пять­де­сят тысяч, десять про­цен­тов отка­та. Неуже­ли боль­ше никто не заме­шан?» — «Еще вопро­сы, пожа­луй­ста» — «Один­на­дцать заяв­ле­ний вам пода­ли, один­на­дцать вы откло­ни­ли» — «Еще вопросы!?»

Руко­во­ди­тель след­ствен­но­го коми­те­та поряд­ка соро­ка минут общал­ся с жур­на­ли­ста­ми. Под­ни­ма­лись сле­ду­ю­щие темы:

- неза­кон­ная про­да­жа зем­ли в пой­ме реке Kрым­за (очень слож­ное уго­лов­ное дело, воз­буж­ден­ное по мате­ри­а­лам прокуратуры);

- убий­ство бан­ки­ра Пузи­ко­ва (обви­ня­е­мая оста­ет­ся обви­ня­е­мой, изме­не­на мера пре­се­че­ния, мы в этом ника­кой сен­са­ции не видим; счи­та­ем, что име­ет­ся доста­точ­но дока­за­тельств для отправ­ле­ния дела в суд);

- нало­го­вые дел в веде­нии след­ствен­но­го коми­те­та (с про­шло­го года рас­сле­ду­ем нало­го­вые дела, у нас абсо­лют­ное вза­и­мо­дей­ствие с МНС, про­цес­су­аль­ные реше­ние оза­бо­чен­но­сти не вызывают);

- мера пре­се­че­ния для Пряд­ки­на, чинов­ни­ка адми­ни­стра­ции Желез­но­до­рож­но­го рай­о­на, подо­зре­ва­е­мо­го в полу­че­нии взят­ки (отправ­лен под домаш­ний арест);

«Зача­стую мы воз­буж­да­ем уго­лов­ное дело не пото­му, что убеж­де­ны, что най­дем пре­ступ­ни­ка, но воз­буж­да­ем по фак­ту, что­бы снять все подо­зре­ния, про­из­ве­сти след­ствен­ные меро­при­я­тия, — заме­тил руко­во­ди­тель след­ствен­но­го управ­ле­ния. — К при­ме­ру, сей­час реша­ем вопрос о воз­буж­де­нии уго­лов­но­го дела по Сыз­ра­ни – там моло­дую жен­щи­ну нашли мерт­вой в сенях, четы­ре с лиш­ним про­мил­ле в кро­ви, замерз­ла. Рядом обна­ру­жен сожи­тель, тоже абсо­лют­но пья­ный. Род­ствен­ни­ки погиб­шей счи­та­ют, что ее спе­ци­аль­но оста­ви­ли в этих сенях. Сама ситу­а­ция – несчаст­ный слу­чай. Но мы воз­буж­да­ем дело».

Под конец Вита­лий Горст­кин обра­тил­ся к жур­на­ли­стам с поже­ла­ни­ем: «Когда прес­са кри­ти­ку­ет дей­ствия след­ствия, что она и долж­на делать, как я счи­таю, я бы вас попро­сил: будь­те акку­рат­нее с рас­ста­нов­кой акцен­тов. При­ди­те, я вам рас­ска­жу, что и как было».

Финал вышел сюр­ре­а­ли­стич­ным. Про­зву­чал послед­ний вопрос:

«Крас­но­глин­ский рай­он, где в про­шлом году девоч­ку холо­диль­ни­ком уби­ло…» — «Там не холо­диль­ник, там теле­ви­зор упал».

Рас­хо­ди­лись участ­ни­ки пресс-кон­фе­рен­ции в хоро­шем, радост­ном настро­е­нии. Хоть каза­лось бы.