Единство места

15 мар­та в Сама­ре состо­я­лось сра­зу два митин­га про­ти­во­по­лож­ной направ­лен­но­сти – пер­вый за при­со­еди­не­ние Кры­ма, вто­рой — про­тив рос­сий­ско­го воен­но­го втор­же­ния в Укра­и­ну. Инте­рес­но, что обе акции состо­я­лись на одной и той же пло­ща­ди, как в каком-нибудь ска­зоч­ном горо­де маль­чи­ка Чипполино.

У Чип­по­ли­но вооб­ще все собы­тия про­ис­хо­ди­ли на глав­ной город­ской пло­ща­ди, где вро­де бы сто­я­ли кор­зин­ки для ово­щей и фрук­тов. На самом деле это были боль­шие и малень­кие доми­ки, где жили ово­щи и фрук­ты. В Сама­ре глав­ной город­ской пло­ща­дью на 15 мар­та ста­ла тер­ри­то­рия перед зда­ни­ем област­ной адми­ни­стра­ции. В пол­день здесь собрал­ся депу­тат губерн­ской думы Миха­ил Мат­ве­ев со сто­рон­ни­ка­ми суро­вой рос­сий­ской под­держ­ки Кры­ма. В ходе меро­при­я­тий выяс­ни­лось, что рус­скую руку помо­щи надо про­тя­нуть и дру­гим укра­ин­ским горо­дам – Сева­сто­по­лю, Одес­се, Донец­ку, Хер­со­ну, и Дне­про­пет­ров­ску. На Дне­про­пет­ров­ске Миха­ил Мат­ве­ев наста­и­вал осо­бо, назвав его побра­ти­мом Самары. 

Миха­ил Мат­ве­ев, очень сим­па­тич­ный в бес­ко­зыр­ке с лен­та­ми, в фина­ле митин­га зачи­тал резо­лю­цию, в кото­рой при­зы­вал защи­тить выбор Кры­ма, при­нять Крым и Сева­сто­поль дву­мя новы­ми субъ­ек­та­ми в состав Рос­сии, а так­же реко­мен­до­вал област­ным вла­стям начать при­ем пере­се­лен­цев из Укра­и­ны, в осо­бен­но­сти бой­цов отря­да «Бер­кут» — для отды­ха и поправ­ки здо­ро­вья. Если «Бер­ку­ту» Миха­ил Мат­ве­ев пообе­щал отдых и поправ­ку здо­ро­вья, то про­чим пере­се­лен­цам – рабо­ту, вме­сто той, кото­рой сей­час заня­ты гастар­бай­те­ры из Сред­ней Азии.

Малень­кий авто­бус пар­тии ЛДПР рабо­тал как музы­каль­ный центр. Самар­ские каза­ки в тело­грей­ках и шта­нах с лам­па­са­ми жесто­ко тан­це­ва­ли под ста­рин­ные каза­чьи пес­ни. «Ойся, ты ойся, ты меня не бой­ся!» С настро­е­ни­ем тан­це­ва­ли. Выде­лял­ся казак-росто­вая кук­ла, с голо­вой испо­лин­ских раз­ме­ров и длин­ны­ми пра­виль­ны­ми усами.

Еще со сце­ны чита­ли сти­хи, где Укра­и­на сме­ло риф­мо­ва­лась со сви­ни­ной. Один из ора­то­ров пред­ло­жил рос­си­я­нам пря­мо сей­час поздра­вить укра­ин­ских бра­тьев с 1 мая и 9 мая. «Не выпи­вай­те неде­лю, — посо­ве­то­вал ора­тор, — но дело сде­лай­те!» Раз­ве­ва­лись фла­ги – крас­ные, синие, жел­тые и белые.

«Сла­ва Сева­сто­по­лю! Сла­ва Кры­му!» – напо­сле­док про­кри­ча­ли с три­бу­ны и вру­би­ли «Хотят ли рус­ские вой­ны», чуть уже наску­чив­шую за послед­ние неде­ли. Сво­ра­чи­ва­ли зна­ме­на. Уехал малень­кий авто­бус ЛДПР. Каза­ки ушли пля­сать в дру­гие места. Росто­вая кук­ла сня­ла голо­ву. Пло­щадь опу­сте­ла на сани­тар­ные трид­цать минут.

К двум часам дня сюда собра­лась вто­рая пор­ция митин­гу­ю­щих. Это были участ­ни­ки оди­ноч­ных пике­тов «Нет войне с Укра­и­ной». Оди­ноч­ный сме­ня­е­мый пикет опа­сен тем, что если рядом с чело­ве­ком, дер­жа­щим, допу­стим, пла­кат «МИРУ — МИР!» рядом вста­нет вто­рой чело­век с пла­ка­том, то обо­их тут же забе­рут в поли­цию, пот ому что рас­сто­я­ние меж­ду пикет­чи­ка­ми долж­но быть не менее 25 мет­ров. А в Воло­год­ской обла­сти даже и 50 мет­ров. Но дело про­ис­хо­ди­ло все-таки в Самар­ской обла­сти. На вре­мен­но глав­ной город­ской пло­ща­ди, как в сказ­ке про Чипполино.

К участ­ни­ку акции с пла­ка­том «Нет Рос­сий­ско­му втор­же­нию в Укра­и­ну» немед­лен­но при­стро­ил­ся подвиж­ный моло­дой чело­век, член орга­ни­за­ции «Наци­о­наль­но-осво­бо­ди­тель­ное дви­же­ние» (НОД). У него тоже был какой-то пла­кат, да все рав­но, какой. Хоть «Уда­рим авто­про­бе­гом по без­до­ро­жью и раз­гиль­дяй­ству». Еще какие-то люди, все из того же НОД, с азар­том игра­ли в раз­вед­чи­ков: подры­ги­ва­ли, в прыж­ке щел­ка­ли затво­ра­ми фото­ап­па­ра­тов и кри­ча­ли при­мер­но так: «Зафик­си­ро­ван несо­гла­со­ван­ный митинг! Тре­бу­ем санк­ций! Встре­тим­ся в суде!» Чуть отсту­па­ли и рва­ли из рук пикет­чи­ков анти­во­ен­ные пла­ка­ты – один реаль­но изо­рва­ли, даже и с помо­щью зубов. Ват­ман ино­гда туго рвется.

Потом НОД-овцам надо­е­ло кри­чать про суд и при­стра­и­вать­ся со сво­и­ми транс­па­ран­та­ми к пикет­чи­кам, гоня­ясь за ними по площади4 самое вре­мя было спо­кой­но встать и вво­лю поскан­ди­ро­вать: «Рос­сия! Сво­бо­да! Путин!»

Полу­ча­лось у них непло­хо, но, в общем, затея выгля­де­ла стран­ной. Напом­ни­ла ста­рый анек­дот. Аме­ри­ка­нец гово­рит рус­ско­му: вот у вас в Рос­сии ника­кой демо­кра­тии нет; я могу встать и ска­зать «Рей­ган – козел». И мне ниче­го не будет. А рус­ский ему и отве­ча­ет: поду­ма­ешь, я тоже могу встать и ска­зать «Рей­ган — козел», и мне тоже ниче­го не будет.

Бла­го­об­раз­ный ста­ри­чок ска­зал ора­то­рам: «Ну что вы зала­ди­ли, Путин-Путин. Что вам Путин хоро­ше­го сде­лал?» Ора­то­ры не меш­ка­ли с отве­том. «А что аме­ри­кан­цы индей­цам хоро­ше­го сде­ла­ли?» — неожи­дан­но, но уве­рен­но отвечали.

Кра­соч­ным полу­чил­ся выход на пло­щадь биб­лио­те­ка­ря из Рож­де­стве­но. Биб­лио­те­карь при­го­то­ви­лась к меро­при­я­тию серьез­но. Она доста­ла из объ­е­ми­сто­го паке­та тель­няш­ку и наде­ла ее поверх курт­ки. Голо­ву увен­ча­ла бес­ко­зыр­кой а‑ля Миха­ил Мат­ве­ев. На шею повя­за­ла пио­нер­ский гал­стук. Все бук­валь­но вспо­ло­ши­лись, даже самый актив­ный из НОДов­цев пере­стал рас­ска­зы­вать, что хоть он по про­фес­сии – свар­щик, но 60% кро­ви у него — укра­ин­ской, и Крым дол­жен стать русским.

Вооб­ще, чле­ны орга­ни­за­ции НОД с само­го нача­ла силь­но весе­ли­ли народ. Мно­гие пеше­хо­ды оста­нав­ли­ва­лись, что­бы послу­шать их зажи­га­тель­ные речи. Ска­жем, самый юный член с вол­не­ни­ем адре­со­вал сво­е­му оппо­нен­ту репли­ку: «А вы? Вот вы гово­ри­те – не вме­ши­вать­ся в дела Укра­и­ны. А сами-то бы вы как посту­пи­ли? Если бы по ули­цам Сама­ры ста­ли ходить аме­ри­кан­ские окку­пан­ты? И немец­кие фашисты?»

«Это, напри­мер, как сей­час рус­ские в Кры­му», — глум­ли­во уточ­нил оппонент.

«Да!», — немед­лен­но, послуш­но и нев­по­пад отве­тил юный член, совсем еще непод­го­тов­лен­ный для обще­ствен­ных дебатов.

Биб­лио­те­карь из Рож­де­стве­но тем вре­ме­нем пере­ки­ну­ла через шею кар­тон­ку на вере­воч­ках – импро­ви­зи­ро­ван­ный ларь. В ларь выло­жи­ла неко­то­рые кни­ги. Бро­са­лось в гла­за изда­ние серии «Клас­си­ки и совре­мен­ни­ки» Сал­ты­ко­ва-Щед­ри­на. «Исто­рии одно­го горо­да». Кажет­ся, там город назы­вал­ся Глу­пов. Тоже, навер­ня­ка, имел глав­ную площадь.

Поли­цей­ский так­тич­но осве­до­мил­ся, чем имен­но биб­лио­те­карь пла­ни­ру­ет занять­ся бли­жай­шее вре­мя. Биб­лио­те­карь не таи­лась, пря­мо отве­ча­ла, что заду­ма­ла куль­тур­ную акцию по при­со­еди­не­нию Кры­ма, где слу­жил её муж на крей­се­ре как «Авро­ра», но дру­гом, и с сыном такая же история.

И все­гда мож­но было с удо­воль­стви­ем отвлечь­ся на неболь­шую девоч­ку, кото­рая рисо­ва­ла мел­ка­ми цве­ток — посре­ди пике­тов, пере­бра­нок и вза­им­но­го недо­воль­ства. Пикет закон­чил­ся, цве­ток остал­ся, и пло­щадь оста­лась. Ожи­да­ет сле­ду­ю­ще­го мар­ша и новых фла­гов – белых, крас­ных, синих, чер­но-оран­же­вых, все стерпит.