И снова бурлаки

На набе­реж­ной уста­но­ви­ли памят­ник репин­ским бур­ла­кам — той самой его зна­ме­ни­той кар­тине, раз­ме­ром почти пол­то­ра на три мет­ра, что висит в Рус­ском музее. Репи­ну ведь испол­ни­лось 170 лет, вот его все и вспо­ми­на­ют. Осо­бен­но в Сама­ре вспо­ми­на­ют, пото­му что сво­их бур­ла­ков он писал непо­да­ле­ку, в Ширя­е­во. Это за Волгой.

Скульп­тур­ную ком­по­зи­цию уста­но­ви­ли близ чугун­ной набе­реж­нов­ской решет­ки и зана­ве­си­ли пор­тье­рой цве­та лату­ни. Пор­тье­ра кра­си­во взле­та­ет, уно­си­мая вет­ром, обна­жая раз­ные части тела бур­ла­ков из брон­зы. Бур­ла­ки выстро­е­ны по моти­вам репин­ской кар­ти­ны и обрам­ле­ны рамой, в раме течет нату­раль­ная Вол­га, ярко-синяя и уже холод­ная по осен­не­му вре­ме­ни. По нату­раль­ной Вол­ге идет теп­ло­ход. На гра­нит­ном пара­пе­те в пару бур­ла­кам замер­ла бар­жа – бур­ла­ки ведь долж­ны что-то тянуть в бечеву.

Вокруг на под­рам­ни­ках сто­ят репро­дук­ции кар­тин Репи­на; сту­ден­ты дет­ской худо­же­ствен­ной шко­лы пишут пей­за­жи, смот­рят бди­тель­но вдаль. Несколь­ко хол­стов остав­ле­ны чисты­ми – пожа­луй­ста, пусть каж­дый, и даже не худож­ник, нари­су­ет себе кар­ти­ну, какую хочет.

Вот скуль­птор, Нико­лай Куклев. Вот его папа, Алек­сандр Куклев, тоже скуль­птор. У папы куд­ри и очки для вер­но­сти закреп­ле­ны на голо­ве мед­ной про­во­ло­кой. Он рас­ска­зы­ва­ет, что сам хотел сде­лать скульп­тур­ную ком­по­зи­цию несколь­ко ина­че – что­бы из метал­ла еще были и вол­ны. «У меня полу­ча­ют­ся отлич­ные вол­ны из метал­ла!» – гово­рит он и уж точ­но не обма­ны­ва­ет. «А с кар­ти­на­ми Репи­на как смеш­но полу­чи­лось! – гово­рит папа скуль­пто­ра,- я, такой, гово­рю: как научи­лись школь­ни­ки хоро­шо писать! А это и не школь­ни­ки! Это Репин!»

Вот совре­мен­ные худож­ни­ки, Неля и Роман Кор­жо­вы. Вот чле­ны обще­ствен­ной орга­ни­за­ции «Куль­тур­ная Сама­ра», кото­рые и зате­я­ли памят­ник. Вот куль­тур­ный жур­на­лист Армен Арутю­нов. Вот тот самый Илья Суль­дин. Вот адво­кат Нко­лай Гав­ри­лов. Вот веду­щий меро­при­я­тия Вале­рий Теку­чев. Вот город­ские чинов­ни­ки. Вот подъ­ез­жа­ют мэр и пред­се­да­тель город­ской думы. Дмит­рий Аза­ров и Алек­сандр Фети­сов. Мэр в тем­но-синем костю­ме, Фети­сов – в хоро­шем чер­ном. Ухо­дя­щий на мос­ков­ские кру­тые рабо­ты мэр широ­ко улы­ба­ет­ся, Фети­сов тоже улы­ба­ет­ся и все ждут депу­та­та Хин­штей­на. Депу­тат Хин­штейн появ­ля­ет­ся тоже в синем, но оттен­ком свет­лее, и мож­но начинать.

Начи­на­ет мэр. Гово­рит, что вот как мы хоро­шо начи­на­ем отме­чать день горо­да. Сего­дня – бур­ла­ки, зав­тра – князь Засе­кин на Поле­вом спус­ке, в суб­бо­ту – кон­церт Би‑2. Откры­ва­ют­ся дет­ские сады и так далее, гово­рит мэр. Хва­лит авто­ра бур­лац­кой идеи – депу­та­та Хин­штей­на. Выра­жа­ет надеж­ду, что сего­дняш­нее собы­тие ста­нет важ­ным не толь­ко для жите­лей окрест­ных домов. «Так пусть наш город будет кра­си­вым и про­цве­та­ет в буду­щем!» — с теп­ло­той жела­ет при­сут­ству­ю­щим мэр.

Про­дол­жа­ет депу­тат Хин­штейн. «Мы с вами как бур­ла­ки – тянем вме­сте тяже­лый груз», — депу­тат очень свеж, све­жий мужчина.

Тему под­дер­жи­ва­ет Фети­сов. Гово­рит, что теперь крас­но­ар­мей­цу Сухо­ву (памят­ник кино­ге­рою рас­по­ло­жен близ) будет не так скуч­но в ком­па­нии раз­но­чин­ных бур­ла­ков. И вооб­ще, гово­рит Фети­сов, может быть, мы ста­ли сей­час сви­де­те­ля­ми воз­ник­но­ве­ния ново­го вида суб­куль­ту­ры – теперь каж­дый может занять пусту­ю­щее место в кар­тине и сфо­то­гра­фи­ро­вать­ся на фоне Вол­ге и Жигу­лев­ских гор. «Вла­ди­мир Вла­ди­ми­ро­вич Путин как-то срав­нил труд чинов­ни­ка с тру­дом раба на гале­рах, — гово­рит даль­ше, — но волж­ский мен­та­ли­тет поз­во­ля­ет ско­рее гово­рить о доле бур­ла­ка. Таков наш долг – встав в одну бече­ву, рабо­тать на бла­го города».

Наско­ро про­слу­шав скуль­пто­ра Кукле­ва, госу­дар­ствен­ные чинов­ни­ки сдер­ги­ва­ют пор­тье­ру цве­та лату­ни. Объ­ем­ная кар­ти­на впе­чат­ля­ет. Насто­я­щая Вол­га гонит вол­ны. Бур­ла­ки идут отче­го-то вниз по тече­нию, но пусть. В кон­це кон­цов, им так лег­че, бурлакам.