КИРИЛЛ МЕДВЕДЕВ: «Политики ещё не было»

КИРИЛЛ МЕДВЕДЕВ: «На самом деле почти ника­кой поли­ти­ки ещё не было»

Кирилл Мед­ве­дев – зна­ме­ни­тый мос­ков­ский поэт, пере­вод­чик, поли­ти­че­ский акти­вист. Пере­вод доку­мен­тов, напри­мер, тре­бу­ет опре­де­лен­но­го талан­та, а уж пере­во­дить поэ­ти­че­ские стро­ки тем более дано не каж­до­му. Поэт Дмит­рий Воден­ни­ков, полу­чив­ший лав­ро­вый венок «коро­ля поэтов» назвал кни­гу сти­хов Мед­ве­де­ва един­ствен­ным поэ­ти­че­ским бест­сел­ле­ром. Тек­сты послед­не­го были вклю­че­ны в Шорт-лист Пре­мии Андрея Бело­го, так­же Кирилл опуб­ли­ко­вал ряд пере­во­дов совре­мен­ной англо­языч­ной лите­ра­ту­ры, сре­ди них две кни­ги Чар­лза Буков­ски. Но в дан­ный момент Кирилл сосре­до­то­чил­ся на рабо­те создан­но­го им «Сво­бод­но­го марк­сист­ско­го изда­тель­ства». Мед­ве­дев, как левый акти­вист, при­со­еди­нил­ся к Соци­а­ли­сти­че­ско­му дви­же­нию «Впе­ред» и уже 5 лет не пуб­ли­ку­ет соб­ствен­ные тек­сты. «Новая» взя­ла интер­вью у Кирил­ла Мед­ве­де­ва, дабы узнать его мне­ние о поли­ти­за­ции искус­ства в нашей стране, о борь­бе с совре­мен­ной арт-систе­мой и фаши­за­ции рос­сий­ско­го пра­вя­ще­го класса.

Фото Кон­стан­ти­на Руба­хи­на (http://mnog.livejournal.com/)

- Поче­му Вы пере­ста­ли читать на лите­ра­тур­ных вече­рах соб­ствен­ные тексты?

- Сна­ча­ла пере­стал, пото­му что пере­стал высту­пать вооб­ще. Потом пото­му что решил не пуб­ли­ко­вать пять лет сти­хи, ради экс­пе­ри­мен­та. В сле­ду­ю­щем году пять лет исте­ка­ют, так что, навер­ное, буду пуб­ли­ко­вать и читать свои сти­хи. Ну про­сто я счи­таю важ­ным ино­гда ста­вить над собой такие экс­пе­ри­мен­ты, это помо­га­ет не зацикливаться.

- На Вашем лите­ра­тур­ном вече­ре в Сама­ре, Вы боль­шое вни­ма­ние уде­ли­ли рас­суж­де­ни­ям об исто­рии лево­го дви­же­ния. Счи­та­е­те ли вы, что в рам­ках лите­ра­тур­но­го вече­ра допу­сти­мо сов­ме­ще­ние чте­ния поэ­ти­че­ских пере­во­дов и фак­ти­че­ской пар­тий­ной пропаганды?

- Пар­тий­ная про­па­ган­да это когда гово­рит­ся что-нибудь вро­де: есть такая пар­тия, она хоро­ша тем-то, поэто­му я при­зы­ваю под­дер­жи­вать её на выбо­рах или на митин­гах. Всё осталь­ное – про­сто сфе­ра инте­ре­сов и прак­ти­ки – моей и тех поэтов, кото­рых я пере­во­жу. Есте­ствен­но, читая их сти­хи, я ста­ра­юсь объ­яс­нить контекст.

- Каков, по Ваше­му мне­нию, уро­вень «поли­ти­за­ции искус­ства» на дан­ный момент в нашей стране?

- Очень низ­кий уро­вень поли­ти­за­ции – если пони­мать под ней спо­соб­ность видеть в себе и дру­гих не толь­ко отдель­ных потре­би­те­лей или про­из­во­ди­те­лей гастро­но­ми­че­ско­го или эсте­ти­че­ско­го про­дук­та, а сооб­ще­ства, име­ю­щие и арти­ку­ли­ру­ю­щие общие инте­ре­сы. Вот такой поли­ти­за­ции пока мало. Прав­да, мно­гим кажет­ся, что поли­ти­ка, наобо­рот, на каж­дом шагу, и кому-то она даже уже надо­е­ла. На самом деле почти ника­кой поли­ти­ки ещё не было.

- В чём, по Ваше­му мне­нию, заклю­ча­ет­ся фаши­за­ция рос­сий­ско­го пра­вя­ще­го клас­са, про­тив кото­ро­го борет­ся соци­а­ли­сти­че­ское дви­же­ние «Впе­рёд», чле­ном кото­ро­го Вы являетесь.

- Фаши­зи­ро­вать­ся спо­со­бен любой пра­вя­щий класс в момент опас­но­сти. Нера­вен­ство в обще­стве вос­про­из­во­дит пред­рас­суд­ки, кото­ры­ми в кри­ти­че­ский момент поль­зу­ет­ся власть, спи­сы­вая все про­бле­мы на какую-либо опре­де­лён­ную про­слой­ку, груп­пу людей. Стиг­ма­ти­за­ция тех или иных мень­шинств вме­сто раз­го­во­ра о струк­тур­ных про­бле­мах систе­мы, о вос­про­из­вод­стве нера­вен­ства и отчуж­де­ния – вот идео­ло­ги­че­ская осно­ва фашиз­ма. И эле­мен­ты это­го мы может видеть даже в самых, как при­ня­то гово­рить, циви­ли­зо­ван­ных стра­нах, вспом­ним недав­нее высе­ле­ние цыган из Фран­ции. Но это толь­ко эле­мен­ты. Фашизм же как систе­ма фор­ми­ру­ет­ся на сугу­бо опре­де­лен­ном фоне капи­та­ли­сти­че­ско­го кри­зи­са – без­ра­бо­ти­ца, закры­тие пред­при­я­тий, рас­пад соли­дар­ных свя­зей, дегра­да­ция рабо­чих орга­ни­за­ций, кото­рые и доби­ва­ет фашизм в первую оче­редь, при­дя к вла­сти. Надеж­да на лиде­ра, кото­рый всё вер­нёт назад. Ну и нали­чие это­го само­го лиде­ра во гла­ве мас­со­вой пар­тии, серьёз­но инфиль­три­ро­ван­ной в общество.

Как режим фаши­зи­ру­ет­ся сего­дня? Серьёз­ный симп­том – заиг­ры­ва­ние вла­сти с крайне пра­вы­ми поли­ти­ка­ми и груп­пи­ров­ка­ми, их исполь­зо­ва­ние в полит­тех­но­ло­ги­че­ских про­ек­тах или улич­ных акци­ях, в рас­пра­вах с соци­аль­ны­ми акти­ви­ста­ми. Серьез­ный симп­том – про­ник­но­ве­ние крайне пра­вых в Уни­вер­си­тет, в арт-истеб­лиш­мент, в мейн­стри­м­ную прес­су. Но что, воз­мож­но, еще серьез­нее – это край­ний цинизм и раз­ло­же­ние самой вла­сти, самых раз­ных, круп­ных и мел­ких её пред­ста­ви­те­лей, бес­прин­цип­ность её инфор­ма­ци­он­ной обслу­ги, трус­ли­вая апо­ли­тич­ность ста­тус­ной интел­ли­ген­ции. Всё это плюс бес­ко­неч­ный сла­ща­вый гимн потреб­ле­нию со всех сто­рон при­во­дит часть моло­дё­жи к фашист­ской геро­и­ке как един­ствен­но достой­ной аль­тер­на­ти­ве. По той же при­чине, кста­ти, при­вле­ка­те­лен ради­каль­ный исла­мизм. Зада­ча соци­а­ли­стов, анар­хи­стов, демо­кра­тов, соци­аль­ных и рабо­чих акти­ви­стов – созда­вать аль­тер­на­ти­ву, осно­ван­ную на дру­гих цен­но­стях – равен­ство, интер­на­ци­о­на­лизм, син­тез кри­ти­че­ско­го мыш­ле­ния и пря­мо­го дей­ствия. Тяже­лая зада­ча, но достой­ная, я считаю.

- В чём заклю­ча­ет­ся Ваша борь­ба, как лево­го акти­ви­ста, с совре­мен­ной арт-системой?

- Борь­ба с арт-систе­мой это такой модер­нист­ский сюжет 19–20 века, успеш­но пита­ю­щий­ся мифа­ми об изго­ях, кото­рых систе­ма сна­ча­ла отверг­ла и дове­ла до смер­ти, а потом вклю­чи­ла в свои инте­ре­сы и теперь про­да­ет их кар­ти­ны за мил­ли­о­ны дол­ла­ров. Этим сюже­том систе­ма под­ма­ни­ва­ет всё новых и новых наив­ных ребят, что­бы пода­рить им за их бунт 15 минут сла­вы и выбро­сить на помой­ку. Ведь ника­кие Ван Гоги и Рем­бо, ника­кие тра­ги­че­ские и воз­вы­шен­ные бор­цы в коор­ди­на­тах этой систе­мы, в её исто­рии уже невозможны.

Поэто­му кон­цен­три­ру­ясь на борь­бе с арт-систе­мой, ты на самом борешь­ся за неё. «Врешь, не возь­мешь», – при­мер­но так надо гово­рить арт-систе­ме. Я думаю, сто­ит зани­мать­ся твор­че­ством с одной сто­ро­ны, соци­аль­ным, поли­ти­че­ским акти­виз­мом – с дру­гой. И то и дру­гое – есте­ствен­ные состо­я­ния чело­ве­ка. Не нуж­но раз­де­лять эти сфе­ры, не нуж­но их пол­но­стью сме­ши­вать, нуж­но раз­ны­ми спо­со­ба­ми сбли­жать и сопо­став­лять их, суще­ствуя меж­ду. Ина­че при­дёт­ся играть по тем или иным уже задан­ным пра­ви­лам. По пра­ви­лам реаль­ной поли­ти­ки или акту­аль­но­го искусства.

- Как Вы може­те оха­рак­те­ри­зо­вать скан­даль­ную цере­мо­нию награж­де­ния побе­ди­те­лей «пре­мии Кан­дин­ско­го» двух­лет­ней дав­но­сти? Може­те ли Вы ска­зать, что побе­ди­те­ли «пре­мии Кан­дин­ско­го» были выбра­ны по поли­ти­че­ско­му прин­ци­пу, и, что жюри боль­ше вол­но­ва­ли имен­но эти поня­тия неже­ли само искусство?

- Номи­нан­ты были подо­бра­ны по псев­до­по­ли­ти­че­ско­му прин­ци­пу в целях рас­крут­ки пре­мии. Как извест­но, псев­до­по­ли­ти­че­ский скан­дал – непло­хое сред­ство рас­крут­ки. Это был парад идео­ло­гий на про­да­жу, в кото­рый ока­за­лись втя­ну­ты худож­ни­ки. Пре­мия Кан­дин­ско­го иска­ла свой имидж, так же как нащу­пы­ва­ют его идео­ло­ги режи­ма, идео­ло­ги пра­вя­ще­го клас­са, дель­цы, нахва­тав­шие неф­тя­ных денег, но не пони­ма­ю­щие пока, какая идео­ло­гия наи­луч­шим обра­зом защи­тит их соб­ствен­ность. Либе­раль­ная импе­рия? Суве­рен­ная демо­кра­тия? Ради­каль­ный анти­ком­му­низм а‑ля Тэт­чер и Пино­чет? Атом­ное пра­во­сла­вие? Наци­о­на­лизм с чело­ве­че­ским лицом? Похо­жие вопро­сы сто­ят и перед доми­ни­ру­ю­щи­ми арт-диле­ра­ми, успеш­ны­ми худож­ни­ка­ми, кура­то­ра­ми, гале­ри­ста­ми, кото­рые при­слу­ши­ва­ют­ся, при­ню­хи­ва­ют­ся друг к дру­гу, ловят и созда­ют трен­ды. Кто луч­ше про­да­ёт­ся в сало­нах – худож­ни­ки-марк­си­сты или пев­цы евразий­ства? А может быть, бор­цы с совет­ским тота­ли­та­риз­мом? Как впи­сать­ся в евро­пей­ский кон­текст, не обре­ме­няя себя всем этим евро­пей­ским лево­кри­ти­че­ским хла­мом? Может быть, сто­ит боль­ше упи­рать на что-то искон­но рус­ское, или на совет­ский опыт или на веч­ные цен­но­сти, наконец?

И вот когда нам нача­ли объ­яс­нять, что ника­кой поли­ти­ки тут нет вооб­ще, что речь идёт о чистом искус­стве… Тут мы и реши­ли ска­зать свое слово.

- Насколь­ко эффек­тив­но моло­дым соци­а­ли­стам из групп «Что делать?» и «Впе­рёд» уда­лось высту­пить про­тив «дер­жав­ной рито­ри­ки и сусаль­но­го золо­та в живописи»?

- Те, кто нена­ви­дел нас со сво­их апо­ли­тич­ных или пра­вых пози­ций, воз­не­на­ви­де­ли ещё боль­ше. Неко­то­рые, как обыч­но, ска­за­ли, что каж­дый пиа­рит­ся по-сво­е­му. Неко­то­рые серьёз­но задумались.

- Какая зада­ча ста­ви­лась изна­чаль­но перед «Сво­бод­ным марк­сист­ским изда­тель­ством»? Какие цели Вы пре­сле­ду­е­те как издатель?

- Сов­ме­щать пере­вод важ­ной для нас лите­ра­ту­ры и раз­ви­тие неза­ви­си­мо­го коопе­ра­тив­но­го про­из­вод­ства, изу­чать эко­но­ми­ку само­ор­га­ни­за­ции. Марк­си­сты ведь долж­ны изу­чать эко­но­ми­ку не толь­ко через чте­ние «Капи­та­ла». Не про­сто пере­во­дить и изда­вать тек­сты, но и пони­мать, как имен­но они рабо­та­ют в кон­крет­ных усло­ви­ях про­из­вод­ства и рас­про­стра­не­ния. Мы не зани­ма­ем­ся биз­не­сом, но в то же вре­мя хотим быть неза­ви­си­мы­ми и не пре­смы­кать­ся перед каки­ми-нибудь изда­тель­ски­ми маг­на­та­ми: «ну издай­те нашу анти­бур­жу­аз­ную книжку!»

- В одном из интер­вью, Вы ска­за­ли, что для интел­лек­ту­а­ла самое глав­ное — это понять, что интел­лек­ту­ал это не при­ви­ле­гия, а место в борь­бе. А какой борь­бе Вы говорите?

- Давай­те вспом­ним извест­ных интел­лек­ту­а­лов 20 века, Андрея Саха­ро­ва и Ноама Хом­ско­го. Они сна­ча­ла заво­е­ва­ли себе имя в сво­ей про­фес­си­о­наль­ной сфе­ре, а вме­сте с име­нем, конеч­но, и при­ви­ле­гии, мате­ри­аль­ные или сим­во­ли­че­ские, а потом заня­лись поли­ти­че­ской кри­ти­кой сво­их режи­мов. Они нажи­ли себе тем самым мас­су про­блем – пре­сле­до­ва­ния и ссыл­ки, как у Саха­ро­ва, тяже­лей­шее непо­ни­ма­ние кол­лег, как у Хом­ско­го. Вме­сто того, что­бы обли­чать аме­ри­кан­ский импе­ри­а­лизм или совет­ский тота­ли­та­ризм мож­но было сде­лать еще кучу важ­ных науч­ных откры­тий – ска­жет праг­ма­тич­ный обы­ва­тель. Но имен­но такие внут­рен­ние рево­лю­ции и дают чело­ве­ку место в борь­бе за насто­я­щий про­гресс, за ради­каль­ное само­ос­мыс­ле­ние обще­ства, кото­рое вовсе не гаран­ти­ру­ет­ся раз­ви­ти­ем нау­ки, тех­но­ло­гии или худо­же­ствен­ных форм так таковых.