Мы уже писали в прошлых номерах, что Самара утратила статус исторического поселения и нужно приложить все усилия для его возвращения, иначе исторической городской среде города будет угрожать неминуемое разрушение. В то же время очевидно, что губернская столица, как ее историческая часть, так и другие районы города, нуждается в развитии. Это становится еще более актуально на фоне возможного строительства стадиона и проведения матчей в рамках чемпионата мира по футболу, который пройдет в России в 2018 году. Работы немало, но как грамотно развить город и не растерять его уникального облика и историко-культурного наследия? Вопрос сложный, и однозначного ответа на него нет, однако попытки грамотного подхода к этой проблеме уже имеются.
В прошлых номерах «Новой» мы писали о проекте пешеходной улицы Молодогвардейской, основанной на европейском опыте развития городов. О европейском опыте, самарских проблемах и возможностях их решения мы побеседовали с преподавателем СГАСУ, архитектором «Архитектурного бюро Храмова» Марией Храмовой.
- Очень обидно, что современный город не рассматривается как культурный ландшафт, чтобы учитывалась в системе взаимодействие природных памятников и антропогенных. У нас в Самаре такими памятниками являются промышленные территории. Если к ним будут относиться как к части единого гармоничного городского ландшафта, соответственно, к ним будет особое отношение экологов, архитекторов, градостроителей, будет правильное их развитие. Те же авиационные заводы, являющиеся градообразующей базой. У нас же им не уделяют внимания.
Есть объекты, которые не входят ни в какие списки памятников, но они являются такими элементами культурного ландшафта, которые необходимо сохранить. Мы сейчас наплевательски относимся к микрорайонам, а со временем эти планировки, планировочные решения тоже станут частью культурной среды. Тот же проспект Кирова, улица Победы, микрорайоны. Панельным домам требуется, со временем, повторная изоляция стыков. Посмотрите, как неаккуратно это всё происходит. Очень страдает внешний вид зданий. Я больше склоняюсь к живущему городу, а не к мертвому, не к городу-музею. Когда в нем работают люди, работают заводы, вся обслуживающая инфраструктура гармонично функционирует. При этом историческая среда, которая логично не поспевает за растущими технологиями и цивилизацией, не должна разрушаться, ее должны иметь в виду, но, в то же время, она не должна тормозить развитие города.
- Какие меры, на Ваш взгляд, нужно принять для сохранения городской среды Самары, не тормозя развития города? Следует ли проводить реставрацию, реконструкцию или приспособление различных объектов под современные условия жизни и как это сделать в рамках закона, не разрушая исторической среды?
- Какие меры и как правильно делать, сейчас никто не сможет сказать. Все загнаны в какую-то ловушку в связи с манипуляцией терминами реконструкции и приспособления. Если рассматривать мировой опыт, то это, в первую очередь, дело градостроителей и архитекторов, которые воспитаны в своем городе, в этой среде, и по-другому ее они не представляют. И жители их воспринимают как своих, им доверяют. Т.е. когда архитектор делает что-то для города, люди ему доверяют. Он свой, он здесь работал, он плохо не сделает. Это вопрос воспитания жителей, в том числе будущих специалистов, с детского возраста.
Говоря о сохранении исторической среды, вспомним Венецию. Нельзя назвать ее городом. Это город-музей, город-театр, и жители воспринимают себя там актерами, статистами. Но когда мы туда попадаем, то пытаемся найти те места, где протекает реальная жизнь. Нам интересна реальная жизнь, и ее нельзя уничтожать или умертвлять. Совсем иначе в Милане, Барселоне.
- Когда речь заходит об оживлении и модернизации Самары, дальше фасадов и отдельных особняков дело не заходит. Дворовые пространства и внутриквартальные территории, как правило, игнорируются. Как должен происходить этот процесс?
- Они должны позднее подключаться. У городского культурного ландшафта есть определенный каркас. Это улицы и связанные с ними общественные пространства. Ткань, которая к этому присоединяется, – это жилая застройка, дворы, микрорайоны и т.д.
Этот каркас, как мне кажется, в первую очередь нуждается в благоустройстве. Паркинги, инженерное благоустройство – это понятно. Плюс еще нужно создание качественной среды для людей, уютных пространств. Надо двигаться от главного по нарастающей, чтобы туда пришли деньги, чтобы государство заинтересовалось благоустройством этого пространства. За этим каркасом, который будет притягивать людей, не только туристов, но в первую очередь своих, детей, молодежь, общество в целом, потянется вся внутренность, вот эта ткань.
Свою миссию в этом деле я вижу в воспитании поколения специалистов. В каждом курсовом проекте со студентами мы очень внимательно подходим к тому общественному пространству, которое формирует здание. К примеру, барселонцы говорят, что в первую очередь создается площадь, а затем то, что ее оформляет. В прошлом году мы со студентами сделали проект пешеходной улицы Молодогвардейской, получивший приз на поволжском фестивале «Архит». В этой работе по примеру европейцев мы проанализировали уникальность каркаса улицы, который сейчас существует. Выявили узлы, которые на данный момент являются притягательными по разным критериям: композиционно-ландшафтная составляющая, композиционная, геометрическая, функциональная, символическая и доступность. Мы это с ними подробно разбирали, и эти опорные узлы дали понимание того, что эта улица для нас представляет. Улица разделилась на блоки по преимуществам и недостаткам, а в целом на две части: до пл. Куйбышева и после нее. Торгово-обслуживающая и туристическая часть до Самарки с ее набережной. Идея нашей мастерской состоит в том, что надо восстанавливать набережную Самарки. А от площади Куйбышева до Невской деловая, студенческая и административная часть. Мы сошли на самый низкий уровень и сейчас работаем над программой скверов с уличными скульптурами, памятными знаками и благоустройством, от микроскопических деталей до крупных площадей, которые будут связующими звеньями между упомянутыми блоками.
- Попадает ли реорганизация улицы Молодогвардейской под понятия целостной исторической среды, существующие в России?
- Да, подходит. Нами определялось соответствие стилистических морфотипов пространства и застройки, учитывалось сохранение квартальной застройки, структуры кварталов, масштаба. И символическая составляющая, тоже очень важная. Мне кажется, что это должны быть вещи, которые составляют геометрическое, физическое состояние человека. Это сечение улиц и восприятие пространства человеком, что вполне можно измерить и сохранить.
- Самара не вошла в новый список исторических поселений. Как это может повлиять на развитие города?
- Утрата статуса исторического поселения приведет к отсутствию внимания и игнорированию целостности исторической среды. В нашей действительности должны быть рамки и термины, за которые можно зацепиться. Ситуация с федеральным законодательством, возможно, связана с финансовой ситуацией и может быть некоей антикризисной мерой, экономией средств на реставрацию, которые требует историческое поселение.
- На мой взгляд, архитектор должен обладать нерушимыми творческими принципами и не должен позволять себе вандализм над памятниками, что мы часто наблюдаем в Самаре. Как Вы считаете, насколько сильное в этом смысле cамарское архитектурное сообщество? Как можно влиять на решения инвесторов?
- Сейчас у архитекторов сложная ситуация. Все берутся за ту работу, которая есть, и сложно кого-либо за это осуждать.
Влияние на инвесторов во многом зависит от действий региональных и муниципальных властей. Они имеют средства и возможность, могут показать пример грамотного вложения средств. Если будет грамотный пример выгодного использования пространства, то инвесторы будут рассчитывать свои бизнес-планы или бизнес-развитие именно на основе грамотного развития.
Типичное интервью градостроителя. Знаковая фраза в нем: «Какие меры и как правильно делать, сейчас никто не сможет сказать» (я так понимаю, из никто градостроителей). И чо делать?
—-
Типичное, потому что градостроители всегда и всюду рассуждают только об архитектурном облике, сохранности и пр., не беря во внимание стоимость сохранения этого облика и деньги вообще. В результате в подавляющем большинстве случаев не имеется никакого разумного финансового обоснования любого из градостроительных документов. А без финансового обоснования с жестким вписыванием в бюджетные рамки все градпроекты остаются только на бумаге или их стоимость зашкаливает разумные пределы (как , например, стоимость Самарского Заречья, где намыв в 10 м. превращает доступное жилье в недоступное). Страшно далеки градостроители от финансовых реалий, они выступают только в качестве «женщины из дорогих», которая предлагает довериться ей — и тогда она сделает красиво, но деньги — не ее проблема и сколько это будет стоить — она тоже не знает.
Конкретный пример. Есть ли среди градостроителей понимание, что делать с кварталами исторической части? Какие из них сносить, какие частично перестраивать, какие оставить. Сколько нужно инвестиций на перестройку (ремонт существующих зданий в квартале и возможное переселение). Сколько из этих инвестиций можно отбить за счет среднеэтажного строительства внутри квартала, при условии, что остальное «доложит» муниципалитет и область (деньгами или другими площадками)? — а без этого инвестора не привлечь…
Нет такого понимания или же финансово оно не выдерживает никакой критики.
Более того, я на протяжении последних 3 лет , общаясь с градостроителями узнал, что советская практика градостроительства и градостроительные нормативы вообще не заточены под ограниченное пространство. Не умеют хорошо работать с пространством, где каждый метр на счету. Умеют только строить микрорайоны, где проспекты широкие, вдоль них бульвары, а дома друг другу не мешают и землю никто не считает. Конкретный пример — мастер-план Перми, сделанный варягами, и его градостроительные решения совершенно не похожи на наши.
Готов подискутировать.
привет, андрей! рад, что ты здесь. я думаю, надо подискутировать. ты во многом прав, но. с другой стороны, позиция Маши, скажем так, актуализирована. чего не скажешь об официальной позиции.
Полностью с Вами согласна, градостроителей сейчас вообще нет…но не в этом дело, Вы не внимательно читали статью — там как раз не о глобальных градострительных проектах, а о микротрансформации среды и сознания.
Я не совсем Вас понимаю. Где в статье микротрансформация? Преобразование Молодогвардейской в пешеходную? — это довольно глобально, там, например, куча проблем с подъездом к административным зданиям в районе СамПло. Не думаю, что Вы точно просчитывали как изменится транспортные потоки в этом месте. По крайней мере, когда Молодогвардейскую перекрывают, на Галактионовской и поперечных улицах всегда пробка. Если Вы говорите о миеротрансформации в предложении «…программой скверов с уличными скульптурами, памятными знаками и благоустройством, от микроскопических деталей до крупных площадей, которые будут связующими звеньями между упомянутыми блоками», то эта часть не раскрыта в статье.
Еще вопрос — взять любой микрорайон, о которых Вы говорите. Есть проекты недорогого облагораживания его дворовой территории, сохранения и преобразования в виде единого архитектурного комплекса? Ну например, чтобы эти проекты были частично или полностью самоокупаемы или близки к этому за счет организации стоянок, уплотнения за счет продажи земли под малоэтажные объекты (магазинов, гаражей, офисов)? Или то же самое с промзоной… Просто сейчас градостроители кивают на власти и владельцев — «вон чо они делают», но с другой стороны, ничего предложить не могут по большому счету (а надо быть готовым к этому и вообще предлагать). Ну допустим Вас позвал Азаров, вы ему рассказали про «стройную концепцию» и архитектурный облик. Первый вопрос какой будет, что он Вам задаст? — правильно, деньги. Хотя бы примерно — «от» и «до».
Более связно мои мысли по этому поводу http://andreichernov.livejournal.com/54059.html и http://andreichernov.livejournal.com/54406.html.
Да, Вы правы, именно об этом мы и собираемся с ним говорить по каждому уровню «стройной архитектурной концепции». Программа развития должна начинаться с архитектурных конкурсов в том числе с привлечением неангажированных муниципальной властью независимых экспертов, развертываясь в дальнейшем в систему проектов с разным уровнем конкретизации (финансовых вложений в том числе) с привлечением инвестиций властей и коммерческих девелоперских структур.
По поводу транспортных проблем — это первое, что всегда беспокоит профессионалов и не только, просто Вы с незнакомы с концепцией(молодогвардейская планируется пешеходной частично), эта проблема затрагивается в ней на уровне обеспечения необходимой инфраструктурой реконструируемых территорий.
Советская архитектура с её пространственными решениями была продиктована совсем не экономической целесообразностью, а нормами гражданской обороны. Расстояние между зданиями на улице выбиралось таким образом, чтобы при разрушении здания во время военных действий оставался проезд для техники, была бы возможность спасения людей и обеспечения военных нужд, а не братская могила и хаос. И строительство домов в виде «каре» позволяло создать локальный укрепрайон. Посмотрите сверху на карте планировочные решения той же Безымянки. А вот 11 сентября лишний раз показало тупость «экономически целесообразной» архитектуры. Гарантирую, что Европейский квартал точно станет такой же братской могилой в случае не дай Бог чего. Вот о чем стоит задуматься нашим любителям точечной застройки и архитектурной революции.
Про граднормативы советского времени — да, так. Допустим, надо продолжать следовать им. Но тогда давайте эту цель продекларируем сверху вниз — от градкодекса до региональных и муниципальны гаднормативов. Этого же нет. Более того, по разделу ГО за последние 5 лет только ослабились требования при разработке генплана.
—-
В результате получается пропасть. Между кажущимися избыточными граднормативами на новое строительство и тем, как в реале ведется точечно-ублюдочная застройка.
Сергей совершенно согласен. До тех пор пока архитектурное решение по Самаре будут планировати типажы типа из Залежной из минстроя Историческое наследие Самары будет под угрозой.
По-моему, есть еще одна мало осознаваемая проблема, предшествующая всему процессу планирования. Как и любая инженерная деятельность, он не должен замыкаться исключительно на функциональном проектировании или выполнении нормативов. В первую очередь нужно понимание кому все это предназначается, т.е. потребитель и удовлетворяемые им потребности. Если все это грамотно обосновано — тогда и проблем с инвесторами не будет, а если в основание планирования кладутся «экспертные» оценки кабинетных творцов, тогда и результат соответствующий. Что-то я не слышал, чтобы на архитектурных специальностях учили маркетингу. Поэтому и результат на выходе постоянно нежизнеспособный. Вот например по проекту Молодогвардейской проводил кто нибудь маркетинговые исследования? Сомневаюсь. Уже существующий отличный пример градостроительного бесплодия — Ленинградская.
Спорить сейчас нужно о маркетинговой концепции развития города как инвестиционно-привлекательной площадки, а потом уж принимать градостроительную концепцию. Города (и та же Самара) всегда строились вокруг промышленных и торговых интересов, а не наоборот.
Желающих продолжить со мной дискуссию милости прошу: marketing-mest.livejournal.com
Сергей, Вы абсолютно правы, что нужно заниматься маркетинговой концепцией развития города, наш проект-исследование по Молодогвардейской, как раз это и предполагает (прошу не путать нашу концепцию с тем, что выложено на сайте администрации, мы не имеем к этому никакого отношения, там, как и в Ленинградской — нет никакой градостроительной концепции — а только подряд на замену дорожного покрытия)))
Город очень похож на торговый центр, но он намного более сложный организм, «якоря» бывают не только функциональные, бренд уникального места (т.е. с точки зрения маркетинга — инвестиционно-привлекательного)выстривается на основе целой системы критериев, например — символичности. Есть, например, такое понятие как genius loci. Совершенно никчемное сооружение — Эйфелева башня (простите за банальный пример) — чем не высший пилотаж маркетинга…как-то не пришло им в голову поставить там торговый центр))