Звезды между небом и землей

13 апре­ля в гале­рее «Вик­то­рия» откры­лась фото­гра­фи­че­ская выстав­ка «Звез­ды меж­ду небом и землей».

«Экс­по­зи­цию состав­ля­ют экс­клю­зив­ные фото­гра­фии из кол­лек­ции авиа­ком­па­нии Air France. Серия «Звез­ды меж­ду небом и зем­лей» — это яркие порт­ре­ты кино-звезд, поли­ти­ков, писа­те­лей и дру­гих извест­ных пер­сон, на фоне сало­нов фран­цуз­ской авиа­ком­па­нии. Вы уви­ди­те таких зна­ме­ни­то­стей, как Ф.Саган, Б.Бардо, Э.Пиаф, М.Дитрих, А.Хичкок, Ж.Кокто, Ч.Чаплин, О.Хепберн, В.Терешкова, Г.Уланова, Н.Хрущев и мно­гих дру­гих. Фото­се­рия «Мимо­лет­ные взгля­ды» рас­ска­жет о пер­вых годах граж­дан­ской авиа­ции» — вот что гово­рит­ся о в пресс-рели­зе. Выстав­ку возит соб­ствен­но авиа­ком­па­ния Air France, на пресс-кон­фе­рен­ции при­сут­ство­вал Эрик Шатард, гене­раль­ный дирек­тор пред­ста­ви­тель­ства авиа­ком­па­нии Air France в Рос­сии и стра­нах СНГ, это бра­вый муж­чи­на в хоро­шем костю­ме. В сво­ей всту­пи­тель­ной речи он ска­зал, что ника­ких ком­мер­че­ских целей выстав­ка не пре­сле­ду­ет, и всех забо­тит лишь куль­тур­ная ее составляющая.

Тут я немно­го загру­сти­ла. Навер­ное, отто­го, что боль­шую часть тру­до­вой жиз­ни про­ве­ла в реклам­ном, про­сти­те мне это сло­во, биз­не­се. И если на каж­дом порт­ре­те при­сут­ству­ет борт авиа­лай­не­ра с лого­ти­пом Air France, труд­но пове­рить в самые про­свет­лен­ные речи об исклю­чи­тель­но и толь­ко куль­тур­ном компоненте.

Но потом я про­сти­ла, очень быст­ро про­сти­ла гене­раль­но­му дирек­то­ру его лукав­ство, пото­му что фото­гра­фии пре­крас­ны. Фран­ция пяти­де­ся­тых, стю­ар­дес­сы в стро­гих костю­мах, воло­сы уме­рен­но взби­ты, кра­си­во уло­же­ны вол­на­ми под фор­мен­ны­ми шапоч­ка­ми, свет­лые чул­ки, туфли на каблуке.

Респек­та­бель­ные пас­са­жир­ки, свет­лые паль­то с мно­же­ством пуго­виц, плат­ки «эрме» на кра­си­вых голо­вах, пре­ду­пре­ди­тель­ные стю­ар­ды – в какой-то момент «бабоч­ка» на их эле­гант­ных шеях меня­ют­ся на обыч­ные галстуки.

Пер­вая во Фран­ции жен­щи­на-пилот — Жаклин Ориоль, на выстав­ке при­сут­ству­ет ее внуч­ка — Рашель Ориоль, высо­кая брю­нет­ка с тон­ким лицом. Рас­ска­зы­ва­ет о сво­ей зна­ме­ни­той бабуш­ке, даже и по-рус­ски. Рашель Ориоль учи­лась в теат­раль­ном учи­ли­ще Моск­вы когда-то, сей­час игра­ет в теат­ре, вот недав­но при­ни­ма­ла уча­стие в спек­так­ле «Звез­да и крокодил».

Это куколь­ный спек­такль для детей, пояс­ня­ет Ната­ли Конио Товен, дирек­тор «Аль­янс Фран­сез», и мы сей­час рас­смат­ри­ва­ем воз­мож­ность при­вез­ти его в Самару.

Звез­ду с кро­ко­ди­лом – в Сама­ру, а фото­гра­фи­че­ская выстав­ка поедет катать­ся по Рос­сии, пол­то­ра года и восем­на­дцать горо­дов, неви­дан­ный размах.

Все это гово­рит­ся на пресс-кон­фе­рен­ции, пере­вод­чи­ца, мило бере­мен­ная и вся в чер­ном (по-фран­цуз­ски), пере­во­дит туда-обрат­но, Оль­га Шта­не­ва, коор­ди­на­тор реги­о­наль­ных про­ек­тов «Фран­цуз­ско­го инсти­ту­та в Рос­сии», гово­рит, разу­ме­ет­ся, по-русски.

Рас­ска­зы­ва­ет, что отнюдь не в каж­дом из восем­на­дца­ти выбран­ных горо­дов собе­рет­ся такой наряд­ный фран­цуз­ский кво­рум из гене­раль­но­го дирек­то­ра авиа­ком­па­нии Air France в Рос­сии и внуч­ки пер­вой женщины-пилота.

Сама­ра ведь кос­ми­че­ская сто­ли­ца, что-то такое гово­рит коор­ди­на­тор реги­о­наль­ных про­ек­тов, и совсем недав­но слав­но отме­ти­ла пяти­де­ся­ти­лет­ний юби­лей зна­ме­ни­то­го поле­та Гагарина.

Ну вот, на этой высо­кой ноте пресс-кон­фе­рен­ция закан­чи­ва­ет­ся и жур­на­ли­сты ходят по полу­пу­сто­му (офи­ци­аль­ное откры­тие еще через час) залу, и выра­же­ния лиц у них одинаковые.

Пото­му что на фото­гра­фи­ях — пяти­де­ся­тые годы, и еще трид­цать лет в Совет­ском Сою­зе смеш­ной будет казать­ся фра­за Жва­нец­ко­го «мне в Париж, по делу, срочно».

«В 1955 г. авиа­ком­па­ния Air France начи­на­ет сотруд­ни­чать с фото­ху­дож­ни­ка­ми, что­бы запе­чат­леть зна­ме­ни­то­стей, арти­стов, дея­те­лей нау­ки, искус­ства и поли­ти­ки, кото­рые поль­зу­ют­ся аэро­пор­том Орли. В тече­ние деся­ти лет в этом каче­стве высту­па­ет Ролан Бри­ен (Roland Briens), кото­рый начи­нал свою карье­ру помощ­ни­ком зна­ме­ни­то­го Сэма Леви­на (Sam Levin), а теперь встре­ча­ет звезд у тра­па само­ле­та со сво­им «Рол­ле­флек­сом» c двой­ной вспыш­кой. Кад­ры, предо­став­лен­ные отде­лом исто­ри­че­ско­го и куль­тур­но­го насле­дия авиа­ком­па­нии Air France, вос­со­зда­ют дух и атмо­сфе­ру пере­ле­тов того времени ».

И эти стю­ар­дес­сы выгля­дят таки­ми без­за­бот­ны­ми, а у аэро­фло­тов­ских борт­про­вод­ниц еще трид­цать лет не будет такой сим­па­тич­ной уни­фор­мы. Да что трид­цать, все сорок, я‑то знаю, я‑то слу­жи­ла борт­про­вод­ни­цей в нача­ле девя­но­стых, двух­цвет­ный шар­фик аце­тат­но­го шел­ка и синяя юбка искус­ствен­ной шерсти.

И да, ника­кая Анук Эме не быва­ла на бор­ту обслу­жи­ва­е­мых нами ту-154, ту-134 и як-40. Даже страш­но ее пред­ста­вить в том же як-40, к при­ме­ру, когда кабин­ка туа­ле­та не име­ла две­рей (ну вот поче­му-то не име­ла, сло­ма­ли? выкра­ли?) и заби­ра­лась штор­кой в цве­то­чек, и Але­на Дело­на, конеч­но, тоже.

Зато вот как-то вез­ли вах­ту из Неф­те­юган­ска, а один элек­тро­свар­щик напил­ся пья­ным и упал опять же в туа­лет­ной кабине, забло­ки­ро­вав дверь сво­и­ми боль­ши­ми ступ­ня­ми рабо­че­го чело­ве­ка. При этом две осталь­ные кабин­ки по раз­ным при­чи­нам не функ­ци­о­ни­ро­ва­ли, такое вот сло­жи­лась нештат­ная ситу­а­ция на бор­ту, пере­пол­нен­ном муж­чи­на­ми с пивом и вод­кой — такой был один из заме­ча­тель­ных нюан­сов снаб­же­ния вах­то­ви­ков, что им отку­да-то по бар­те­ру при­сы­ла­ли ред­кое тогда баноч­ное пиво.

Ну что делать, эки­паж борт­про­вод­ни­ков состо­ял из трех деву­шек, без­услов­но, собрав­шись вме­сте, мы смог­ли бы отта­щить элек­тро­свар­щи­ка и раз­ме­стить в более непо­пу­ляр­ном месте, но вскрыть дверь никак не полу­ча­лось и обра­ти­лись за помо­щью к пило­там. Пило­ты высла­ли борт­ин­же­не­ра, как спе­ци­а­ли­ста по кон­тин­ген­ту, и борт­ин­же­нер, крях­тя и над­са­жи­ва­ясь, выло­мал дверь и вынес на себе элек­тро­свар­щи­ка, лицо его было уди­ви­тель­но умиротворенным.

«Вот такая наша рос­сий­ская кос­мо­нав­ти­ка», так и хочет­ся про­ци­ти­ро­вать Пеле­ви­на, что я и сде­лаю напоследок.

Выстав­ка про­длит­ся до 30 апреля.