Х‑сессия

Про­шлое лето выда­лось жар­ким, очень жар­ким, под выжи­га­ю­щим огнем неза­хо­дя­ще­го солн­ца сами собой воз­ни­ка­ли тре­вож­ные тек­сты кипя­ще­го содер­жа­ния, их при­хо­ди­лось читать в несколь­ко при­е­мов, пре­воз­мо­гая воз­рас­та­ю­щее чув­ство безыс­ход­но­сти и страха.

Этот лето тоже явля­ет­ся в сво­ем роде – ано­маль­ным, но еже­днев­ные про­лив­ные дожди уми­ро­тво­ря­ют, настра­и­ва­ют эле­ги­че­ски, на бал­ла­ды в духе «Верес­ко­во­го меда» — что­бы неспеш­ный повест­во­ва­тель­ный ритм, яркая куль­ми­на­ция и кон­цов­ка, вызы­ва­ю­щая ува­жи­тель­ный трепет.

http://samara-ru.livejournal.com/5273200.html#cutid1

Вче­ра отпра­ви­лись с доче­рью на что-то такое, моло­деж­ное на пло­ща­ди Куй­бы­ше­ва. День моло­деж­ных суб­куль­тур? Забы­ла, но рядом с памят­ни­ком Куй­бы­ше­ву сто­я­ла сти­ли­зо­ван­ная бето­но­ме­шал­ка, а чуть в отда­ле­нии — еще и экс­ка­ва­тор, это долж­но было сим­во­ли­зи­ро­вать урба­низм. Воз­мож­но кто-то поду­мал, что это сим­во­ли­зи­ру­ет стро­и­тель­ство. Вот и назва­ние вспом­ни­лось – «Х- session», круп­ные бук­вы начер­та­ны вдоль кор­пу­са яко­бы бето­но­ме­шал­ки, на самом деле – авто­бу­са. Наро­ду собра­лось немно­го. «Верес­ко­вый мед» мы успе­ли про­чи­тать вслух два­жды, под­ни­ма­ясь от набе­реж­ной по Крас­но­ар­мей­ской. «Вышли они из-под кам­ня, щурясь на белый свет, ста­рый гор­ба­тый кар­лик и маль­чик пят­на­дца­ти лет».

Из празд­ни­ка более все­го понра­ви­лись бай­ке­ры в соот­вет­ству­ю­щих наря­дах, боро­дах, тату­и­ров­ках, кру­тых ботин­ках и вооб­ще, они совер­ша­ли малые заез­ды по пло­ща­ди, за спи­ной у каж­до­го сиде­ло по спе­ци­аль­ной девуш­ке в корот­кой юбке зеле­но­го цве­та. Потом девуш­ки убра­лись восво­я­си, а бай­ке­ры тоже убра­лись, немно­го помед­лив у камен­ных ног того же Куй­бы­ше­ва, Вале­ри­а­на Владимировича.

А девуш­ки вер­ну­лись, ходи­ли гор­до, встря­хи­ва­ли юбка­ми, посмат­ри­ва­ли по сто­ро­нам, оста­но­ви­лись близ участ­ка Dancezone– тан­це­валь­ной пло­щад­ки, где на воз­вы­ше­нии про­во­ди­лись сорев­но­ва­ния сре­ди танцоров.

Хип-хоп, стрит-дэнс, юно­ши с дре­да­ми и девуш­ки в сво­бод­ных май­ках бод­ро дви­га­лись под весе­лую музы­ку, веду­щий рас­по­ря­жал­ся оче­ред­но­стью, запом­ни­лась участ­ни­ца – хоро­шень­кая девоч­ка лет семи, в крас­ном выход­ном костюм­чи­ке. Ей хло­па­ла в ладо­ши вся семья, вклю­чая бабуш­ку с тро­стью. Опять начи­нал­ся дождь.

«Вы там! – про­кри­чал рядом доволь­но упи­тан­ный граж­да­нин в корот­ко­ва­тых спор­тив­ных три­ко и сером пиджа­ке, — сни­ме­те детей с бату­та, батут воды не принимает!».

Кри­чал граж­да­нин, сло­жив широ­кие ладо­ни рупо­ром, в сто­ро­ну X‑jumpszone – имен­но там на бату­те под­пры­ги­ва­ли неболь­шие ребя­та, сняв обувь. Роди­те­ли под­бад­ри­ва­ли око­ло. В этой точ­ке пло­ща­ди осо­бен­но ощу­ща­лось един­ство музы­каль­но­го про­стран­ства празд­ни­ка – «бумц-бумц» от тан­цо­ров накла­ды­ва­лось на «тра-та-та» от «Где про­пел­лер», эффект не был неожиданным.

«А на авто­мо­биль­ной выстав­ке, — гром­ко про­из­нес­ла сто­я­щая рядом круп­ная девуш­ка в джин­со­вой юбке, — кото­рая Drivezone, был скан­дал! Скан­дал! При­е­ха­ли кру­тые тач­ки из Тольят­ти, их мен­ты завер­ну­ли. Не допу­сти­ли. Тони­ров­ка, гово­рят, у вас непод­хо­дя­щая. Либо, гово­рят, штраф пла­ти­те, либо как хоти­те!.. Ну, они собра­лись, уеха­ли… И ника­ко­го драйва!..».

«Кру­то при­ду­ма­но, — ото­звал­ся ее спут­ник, муж­чи­на в синей май­ке с лого­ти­пом фут­боль­ной коман­ды Кры­лья Сове­тов, — одни денег пла­тят, все орга­ни­зо­вы­ва­ют, празд­ник, то-сё, а дру­гие — как бы пал­ки. Как бы в коле­са. И ника­ко­го драй­ва. Кста­ти, сей­час гово­рить «мен­ты» — уже непра­виль­но. Пра­виль­но – «пен­ты».

Девуш­ка в джин­со­вом со щелч­ком рас­пра­ви­ла зонт и отве­ти­ла: «Так-то мне все рав­но, как назы­вать мен­тов. Я сего­дня здесь с поло­ви­ны пер­во­го бро­жу. Саунд­чек Аве­ти­ся­на послушала».

«Ну и как»? – муж­чи­на в май­ке с лого­ти­пом фут­боль­ной коман­ды Кры­лья Сове­тов при­дви­нул­ся бли­же, спря­тал­ся под зонт.

«Тос­ка, — ска­за­ла девуш­ка и зев­ну­ла в дока­за­тель­ство, — я‑то меч­та­ла о Стрыкало».

Они ото­шли под попу­ляр­ную ком­по­зию «мама, я гей, папа, я гей», испол­ня­е­мую девуш­кой в низ­ком диа­па­зоне контральто.

Левее рас­по­ла­га­лась боль­шая сце­на – для анон­си­ро­ван­но­го в сем­на­дцать-ноль-ноль рок-кон­цер­та с уча­сти­ем групп «Key of my head», «Где про­пел­лер», «Summer Kitty», D Багер, «Дина Джо и D’Black. Ниче­го об этих музы­каль­ных кол­лек­ти­вах мне извест­но не было, кро­ме как о том, что в D’Black неожи­дан­но поет и игра­ет Вла­ди­мир Аве­ти­сян – тот самый, олигарх.

Бук­валь­но на днях все мест­ные СМИ напе­ре­бой рас­ска­зы­ва­ли о бла­го­тво­ри­тель­ном кон­цер­те D’Black в нар­ко­ло­ги­че­ском дис­пан­се­ре, а так­же о несколь­ких доро­го­сто­я­щих гита­рах Эри­ка Клэп­то­на, при­об­ре­тен­ных Аве­ти­ся­ном на аук­ци­оне в Нью-Йор­ке. Гита­ра Gibson L‑5, выпу­щен­ная в 1948 году, обо­шлась ему в восемь­де­сят три тыся­чи дол­ла­ров, например.

Орга­ни­за­то­ром тор­гов высту­пал аук­ци­он­ный дом Bonhams, а выру­чен­ные от про­да­жи вещей Клэп­то­на сред­ства пере­да­ли в центр реа­би­ли­та­ции нар­ко­ма­нов и алко­го­ли­ков на Анти­гуа. Эрик Клэп­тон явля­ет­ся одним из учре­ди­те­лей это­го цен­тра. На Анти­гуа, непло­хо. Анти?гуа и Барбу?да — госу­дар­ство на одно­имён­ных ост­ро­вах и ост­ро­ве Редон­да в Кариб­ском море.

Восемь­де­сят три тыся­чи дол­ла­ров и дру­гие сум­мы – анти­гу­ан­ским нар­ко­ма­нам, а для мест­ных пусть спо­ет Вла­ди­мир Аве­ти­сян сото­ва­ри­щи. Я счи­таю, это спра­вед­ли­во. Преж­де чем нар­ко­ма­нить и зло­упо­треб­лять в плане алко­го­ля, пусть чело­век вспом­нит лиш­ний раз, что он не на Анти­гуа. И даже не на Бар­бу­де и ост­ро­ве Ретон­де. А в Сама­ре — таком горо­де, где вто­рое лето выда­ет­ся ано­маль­ным, каж­дую мину­ту начи­на­ет­ся дождь, пото­ки воды мгно­вен­но окра­ши­ва­ют­ся в корич­не­вый цвет ста­рой пыли и все это течет вниз, вниз, в реку Вол­гу, а потом в Кас­пий­ское море, опять-таки ника­ким обра­зом не свя­зан­ное с Карибским.

Этот аве­ти­ся­нов­ский кон­церт меня заво­ро­жил. Вме­сто того, что­бы насла­ждать­ся про­хлад­ным милым летом и моло­деж­ным празд­ни­ком, я бук­валь­но нача­ла пере­жи­вать, что не побы­ва­ла на зна­ко­вом меро­при­я­тии в нар­ко­ло­ги­че­ском дис­пан­се­ре, и поче­му меня нико­гда не быва­ет на зна­ко­вых мероприятиях?

Я немно­го зна­ко­ма с нар­ко­ло­ги­че­ским дис­пан­се­ром, в раз­ное вре­мя при­хо­ди­лось полу­чать там справ­ки уста­нов­лен­но­го образ­ца; сумрач­ные оче­ре­ди из осо­знав­ших алко­го­ли­ков – силь­ное зре­ли­ще. Плюс Вла­ди­мир Аве­ти­сян с гита­ра­ми Эри­ка Клеп­то­на, «он может высту­пать при­ме­ром не толь­ко для нар­ко­за­ви­си­мых, но и для под­рас­та­ю­щей моло­де­жи»,- как напи­са­ли коллеги.

Зна­ме­ни­тый аме­ри­кан­ский скри­пач Джо­шуа Белл как-то про­вел экс­пе­ри­мент, у себя в Вашинг­тоне. Или в Нью-Йор­ке, где аук­ци­он­ный дом Bonhams. Джо­шуа Белл спу­стил­ся в мет­ро, в под­зем­ный пере­ход, достал свою кол­лек­ци­он­ную скрип­ку Стра­ди­ва­ри и начал играть. Он вели­ко­леп­но испол­нял про­из­ве­де­ния Шубер­та и, навер­ное, Пага­ни­ни – как на скрип­ке в под­зем­ном пере­хо­де и без Пага­ни­ни? Или, может быть, Эрн­ста – «Послед­нюю розу лета», очень слож­ная в тех­ни­че­ском плане вещь. Но Джо­шуа Бел­ла не сму­тишь труд­но­стя­ми, его выступ­ле­ние было удач­ным, прав­да – мало­при­быль­ным. Око­ло трид­ца­ти дол­ла­ров зара­бо­тал тем днем в мет­ро зна­ме­ни­тый аме­ри­кан­ский скри­пач, и не собрал совер­шен­но ника­кой тол­пы, и ни цве­тов, ни поклон­ниц. Ни горош­ка, ни Зизи, ни каль­ва­до­са, как бы ска­зал еще один аме­ри­ка­нец, Хэмингуэй.

Совер­шен­но не про­сле­жи­ваю ника­ких парал­ле­лей меж­ду скри­па­чом в мет­ро и оли­гар­хом в нар­ко­дис­пан­се­ре, про­сто вспом­ни­лось. Гово­рю же, такое лето, то «Верес­ко­вый мед», то Джо­шуа Белл, герой притчи.

Тем вре­ме­нем дождь сде­лал­ся силь­нее, затем утих, выгля­ну­ла вечер­нее, но ярост­ное солн­це, от асфаль­та ста­ли под­ни­мать­ся вполне види­мые испа­ре­ния — белой взве­сью, буд­то бы мы все-таки немно­го на Анти­гуа или даже еще бли­же к эква­то­ру, и про­шел тро­пи­че­ский ливень, и сей­час наста­нет тро­пи­че­ская влаж­ная жара меж­ду лиан и стай колибри.