Помоги!

В Рос­сии послед­стви­ем почти каж­до­го соци­аль­но­го ката­клиз­ма был голод. В нача­ле про­шло­го сто­ле­тия наша область про­чув­ство­ва­ла всю его страш­ную мощь. 3 мар­та в Сама­ре пре­зен­то­ва­ли кни­гу «Голод в Сред­не­волж­ском крае в 20–30 годы XX века».

Пло­щад­ку для пре­зен­та­ции предо­ста­вил Самар­ский област­ной госу­дар­ствен­ный архив соци­аль­но-поли­ти­че­ской исто­рии. В кон­фе­ренц-зале сте­ны уве­ша­ны иллю­стра­ци­я­ми страш­ных лет. Бро­са­ет­ся в гла­за пла­кат 1921 года, где худой ста­рик, воз­ве­дя руки к небу, кри­чит: «Помо­ги!». Обра­ща­ет на себя вни­ма­ние и серия изоб­ра­же­ний, рас­ска­зы­ва­ю­щая, как Шве­ция и Аме­ри­ка помо­га­ла голо­да­ю­щим Поволжья.

Под кар­тин­ка­ми рас­по­ла­га­ют­ся доку­мен­ты и фото, дати­ро­ван­ные 20-ми года­ми про­шло­го века. Вот обра­ще­ние Сам­губ­ком­пом­го­ло­да к мате­рям, жёнам и сёст­рам помочь голо­да­ю­щим жен­щи­нам. Сооб­ща­ет­ся, что «безыс­ход­ная нуж­да тол­ка­ет их на пре­ступ­ле­ния, душе­раз­ди­ра­ю­щий крик и еле слыш­ный стон ребён­ка застав­ля­ет их выры­вать тру­пы из могил и ими питать­ся». На сосед­ней пол­ке выстав­ле­на фото­гра­фия, где запе­чат­лён труп муж­чи­ны. Он умер от голо­да, пока вёз гроб с телом близ­ко­го ему чело­ве­ка на кладбище.

О недав­но издан­ной кни­ге рас­ска­зы­ва­ет Ната­лья Рязан­це­ва, и.о. заме­сти­те­ля руко­во­ди­те­ля управ­ле­ния мест­ной гос­ар­хив­ной служ­бы: «В сбор­ни­ке подроб­но иссле­ду­ет­ся исто­рия голо­да в Повол­жье от нача­ла и до кон­ца. Име­ют­ся доку­мен­ты, как реги­о­наль­ных архи­вов, так и феде­раль­ных. Сей­час гото­вит­ся вто­рой том, и я уве­ре­на, что обе кни­ги будут вос­тре­бо­ва­ны все­ми, кому не без­раз­лич­на исто­рия наше­го края».

Еле­на Дуб­ро­ви­на, зам дирек­то­ра дан­но­го архи­ва, допол­ня­ет: «Мы иссле­до­ва­ли 1300 доку­мен­тов, а сам сбор­ник вклю­ча­ет 293 из них».

Вяче­слав Пара­мо­нов, про­фес­сор Сам­ГУ, объ­яс­ня­ет, зачем иссле­до­ва­те­ли взя­лись за столь объ­ём­ную рабо­ту: «В первую оче­редь, хочет­ся, что­бы оста­лась веч­ная память. В те страш­ные дни в нашей губер­нии вымер­ло 13–14 % насе­ле­ния. А те, кто выжил, оста­лись мало­рос­лы­ми. Их детям пере­дал­ся этот недуг». Он так­же гово­рит, что голод начал­ся не в 1921 году, а ещё в июне 20-го все зна­ли, что гря­дёт неуро­жай. Закон­чил­ся же он не в 1922, как при­ня­то счи­тать, а дву­мя года­ми позже.

Сбор­ник рушит мифы и раз­ве­и­ва­ет слу­хи. Вяче­слав Нико­ла­е­вич под­черк­нул, что авто­ры дела­ли упор на лич­ност­ный фак­тор — не на иллю­стра­цию ужа­сов голо­да, а на рабо­ту руко­во­ди­те­лей раз­ных уров­ней. Ока­за­лось, что про­слав­лен­ные рево­лю­ци­он­ные началь­ни­ки совсем не забо­ти­лись о жиз­не­де­я­тель­но­сти заве­до­мой ими зем­ли. «И, кста­ти, доку­мен­ты допод­лин­но под­твер­жда­ют, что людо­ед­ство было еди­нич­ным слу­ча­ем, а не мас­штаб­ным, как пишут в интер­не­те» – заве­рил он.

Алек­сандр Репи­нец­кий, один из рецен­зен­тов кни­ги, заявил, что в сбор­ни­ке впер­вые рас­ска­за­ли о послед­стви­ях голо­да: «Льгот не было, а прод­раз­верст­ка нику­да не ушла. Плюс к это­му – стра­на гуде­ла граж­дан­ской вой­ной. Сего­дня об этом мало, кто пом­нит. В Сама­ре, напри­мер, нет ни одно­го памят­ни­ка, посвя­щён­но­го тому страш­но­му вре­ме­ни. Есть лишь мемо­ри­ал Нан­се­ну. Поэто­му, этот сбор­ник ста­нет един­ствен­ным напо­ми­на­ни­ем о голо­де в Поволжье».

Пре­зен­та­цию кни­ги завер­ша­ет Еле­на Чер­то­ва, дирек­тор исто­ри­ко-кра­е­вед­че­ско­го музея в селе Дубо­вый Умёт: «Голод пере­жи­ли бла­го­да­ря вза­и­мо­по­мо­щи. Аме­ри­кан­цы помо­га­ли. Шве­ды кор­ми­ли рисо­вым супом детей. Вот, прав­да, о помо­щи хозя­и­на ситу­а­ции, Совет­ско­го сою­за, никто не пом­нит. Гово­рят, что её вовсе и не было».