Стоянка голубых вертолетов

С дет­ства мы зна­ем, что когда-нибудь, когда совсем не ждешь, вне­зап­но, вдруг, может при­ле­теть вол­шеб­ник на голу­бом вер­то­ле­те и бес­плат­но пока­зать кино. Мы взрос­ле­ем, а вол­шеб­ник все не при­ле­та­ет. По прав­де гово­ря, никто и не отча­и­ва­ет­ся все­рьез. Идем, поку­па­ем сами биле­ты в это самое кино. Но надеж­да-то оста­ет­ся! И вдруг, когда дей­стви­тель­но никто не ждал, нам начи­на­ют пока­зы­вать не про­сто кино, а выстав­ки, кон­цер­ты и про­чие пред­став­ле­ния. Потом при­ле­та­ют эти самые вол­шеб­ни­ки, начи­на­ют что-то с кем-то под­пи­сы­вать. Но мы-то уже вырос­ли и зна­ем, как выгля­дит Мефи­сто­фель. И, что­бы разо­брать­ся во всем этом, про­сто необ­хо­ди­мо было поехать туда, в самый центр децен­тра­ли­за­ции, где мимо бело­го дома катят­ся без­го­ло­вые крас­ные чело­веч­ки и в трам­ва­ях рас­пы­лен бес­плат­ный вай­фай. Речь пой­дет о пер­вом все­рос­сий­ском фору­ме «Куль­тур­ный аль­янс», про­шед­шем недав­но в Перми. 

Туда дей­стви­тель­но нет пря­мых авиа­рей­сов из Сама­ры. И на поез­де добрать­ся тоже не лег­ко. Но раз­ве это труд­но­сти? И вот мы едем в тури­сти­че­ском авто­бу­се по Пер­ми. Пас­са­жи­ры во все гла­за гля­дят по сто­ро­нам — «Вот тут у нас «Ябло­ко», тут вот «Полис­ский» — да-да, вон там, све­тит­ся. Вы еще «Чер­но­го Анге­ла» не виде­ли.» Не виде­ли. Зато те самые крас­ные без­го­ло­вые чело­веч­ки — вот они.

Мы сидим в зале. «Надо укреп­лять гори­зон­таль­ные свя­зи», — гово­рит с три­бу­ны боро­да­тый Миль­грам. «У меня есть меч­та»,- начи­на­ет свой доклад губер­на­тор Перм­ско­го края Олег Чир­ку­нов. «I have a dream…», – дуб­ли­ру­ет в голо­ве густой негри­тян­ский голос. Все вни­ма­тель­ны, но фото­ап­па­ра­ты щел­ка­ют пока что слиш­ком часто. «Сего­дня ситу­а­ция с излиш­ней цен­тра­ли­за­ци­ей дошла до тако­го мас­шта­ба, что неиз­вест­но, кто в худ­шей ситу­а­ции сего­дня — реги­о­ны или искус­ство. Два таких кале­ки. И за счет того, что оба нуж­да­ют­ся, сотруд­ни­че­ство полу­ча­ет­ся реаль­ным, каж­дая сто­ро­на пони­ма­ет свою выго­ду, и они могут раз­го­ва­ри­вать на рав­ных, — допол­ня­ет его Марат Гель­ман. — Мы меня­ем тренд раз­ви­тия стра­ны, сего­дня у нас такое «заго­вор­щи­че­ское» собра­ние, кото­рое хочет по-дру­го­му устро­ить Рос­сию. С пет­ров­ских вре­мен все устра­и­ва­лось так, что все сте­ка­лось к цен­тру, теперь мы долж­ны это изме­нить, и перм­ский про­ект явля­ет­ся при­ме­ром того, что это возможно».

Илья Само­ру­ков,

кан­ди­дат фило­ло­ги­че­ских наук, арт-критик

Поезд­ка в Пермь в этот раз для меня была исто­ри­че­ской. Хотя по фор­ме это был типич­ный семи­нар, как это быва­ет у каких-нибудь кор­по­ра­ций или кон­фе­рен­ций спе­ци­а­ли­стов. Перм­ский про­ект и его рас­ши­ре­ние, по идее его авто­ров, дол­жен стать исто­ри­че­ским и для стра­ны. Для стра­ны как тер­ри­то­рии, где живут люди. Но мы пока не изба­ви­лись от пони­ма­ния стра­ны как Роди­ны. Об этом, кста­ти, была выстав­ка с таким назва­ни­ем в музее PERMM. Стра­ну мы не можем вос­при­ни­мать вне идео­ло­ги­че­ских кли­ше. Перм­ская ситу­а­ция — это попыт­ка посмот­реть на стра­ну прин­ци­пи­аль­но ина­че. Напри­мер, как на Рос­сию без Моск­вы, Рос­сию как ассо­ци­а­цию горо­дов, где у каж­до­го есть свое, если угод­но, куль­тур­ное лицо. Если судить по Пер­ми, то посте­пен­но, не без скеп­си­са, воз­ни­ка­ет надеж­да на то, что в стране дей­стви­тель­но мож­но что-то изме­нить, если не на поли­ти­че­ском, то на куль­тур­ном уровне, уровне смыс­лов, ком­форт­ной и инте­рес­ной для дея­тель­но­сти сре­ды. Мож­но при­влечь в город хоро­ших режис­се­ров, поэтов, худож­ни­ков. Мож­но поста­вить объ­ек­ты public art и мар­ки­ро­вать город­ское про­стран­ство как обще­ствен­но зна­чи­мое. Мож­но гово­рить с мини­стром без вся­ко­го стра­ха и заис­ки­ва­ния. Мож­но быть в цен­тре, не нахо­дясь в Москве. В Пер­ми есть идея и есть коман­да, кото­рая в эту идею верит. И у них мно­гое полу­ча­ет­ся. Я им завидую.

К три­буне с горя­чей речью выхо­дит Почи­нок (да-да, тот самый, экс-министр тру­да), пред­став­лен­ный зри­те­лям как чинов­ник в поис­ке. Сра­зу вспом­ни­лось из «Фау­ста»: «Как речь его спо­кой­на и мяг­ка, мы ладим, отно­ше­ний с ним не пор­тя. Пре­крас­ная чер­та у ста­ри­ка…» Он с жаром рас­ска­зы­ва­ет о том, что новое поко­ле­ние дав­но уже точит вир­ту­аль­ные мечи и сра­жа­ет­ся с гобли­на­ми, потом он рекла­ми­ру­ет вку­со­вые каче­ства чая из чай­ни­ка Мале­ви­ча и при­зы­ва­ет каж­дое сред­ство транс­пор­та пре­вра­тить в арт-объ­ект: «Пусть Гель­ман на меня не оби­жа­ет­ся, но про­мыш­лен­ные соору­же­ния XIX века, все эти заво­ды, гораз­до инте­рес­нее, чем то, что он пыта­ет­ся создать, — нуж­но про­сто зай­ти и увидеть».

Миха­ил Савченко,

кура­тор худо­же­ствен­ных проектов

Был рад всех уви­деть сно­ва, с кем общал­ся на «Белых ночах». Тогда было жгу­чее неже­ла­ние уез­жать отту­да. На какое-то вре­мя тема аль­ян­са затих­ла, но сей­час воз­ник­ла сно­ва и на таком уровне, что обрат­но­го пути уже нет. И это хорошо.

Министр куль­ту­ры Перм­ско­го края Нико­лай Нович­ков, кото­рый в тече­ние все­го фору­ма актив­но общал­ся с гостя­ми и участ­во­вал в моде­ра­ции сек­ции «Совре­мен­ное искус­ство», высту­пал послед­ним: «Если ваши реги­о­наль­ные вла­сти никак не реа­ги­ру­ют на при­зы­вы, то тря­си­те ее силь­нее! Мы гото­вы со сво­ей сто­ро­ны немнож­ко помогать».

В про­ме­жут­ках меж­ду кон­фе­рен­ци­я­ми, вопре­ки ожи­да­ни­ям, никто не кинул­ся к высту­пив­шим, рас­ска­зы­вая о сво­их про­ек­тах или жалу­ясь на неспра­вед­ли­вость мест­ных вла­стей, как мож­но было бы пред­по­ло­жить. Участ­ни­ки фору­ма (еще и Наци­о­наль­ной ассо­ци­а­ции про­дю­се­ров и кура­то­ров, кото­рая была учре­жде­на на этом же сове­ща­нии) раз­би­лись на малень­кие груп­пы и нача­ли актив­но делить­ся опы­том и визит­ка­ми. Самар­ская деле­га­ция была чуть ли не самой боль­шой, и, как уда­лось выяс­нить, по срав­не­нию с дру­ги­ми реги­о­на­ми куль­тур­ная ситу­а­ция скла­ды­ва­ет­ся у нас не так уж и пло­хо. «Никто не хочет ехать, никто не хочет ниче­го делать, я ниче­го не пони­маю», — гово­рит, к при­ме­ру, пред­ста­ви­тель­ни­ца Тве­ри. У всех нехват­ка кад­ров, недо­ста­ток спе­ци­а­ли­стов, заин­те­ре­со­ван­ных людей и почти никто не гово­рит о спонсорах.

И тут я понял: ника­кой вол­шеб­ник к нам нико­гда не при­ле­тал. И не при­ле­тит. Все, что здесь дела­ет­ся, — это не для всех, а для тех, кто при­е­хал. Никто не пере­ста­нет мочить­ся в парад­ных, уви­дя огром­ную дере­вян­ную бук­ву П, пусть даже и све­тя­щу­ю­ся ночью. Никто не ста­нет доб­рее, про­хо­дя мимо рас­стре­лян­но­го когда-то, а сей­час зака­тан­но­го в рези­ну BMW. Это дела­ет­ся для этих самых вол­шеб­ни­ков, кото­рые застря­ли в Пер­ми, Ижев­ске, Тве­ри, Сама­ре. Лопа­сти их вер­то­ле­тов покры­лись вьюн­ком, а шас­си зарос­ло боярыш­ни­ком. Им неко­му пока­зы­вать кино. Даже бес­плат­но. И то самое «кино», кото­рое при­вез­ли нам, тех, кто его пока­зы­ва­ет раду­ет гораз­до боль­ше, чем тех кому его пока­зы­ва­ют. Дела­ет их силь­нее. Дела­ет их насто­я­щи­ми вол­шеб­ни­ка­ми. И цель это­го объ­еди­не­ния — не ждать веч­но при­ле­та кого-то доб­ро­го изда­ле­ка, а огля­нуть­ся и заме­тить рядом с собой малень­кий голу­бой вертолетик.