Вяло собираюсь на региональный региональный этап чемпионата профмастерства WorldSkills. И тут как раз по теме звонят из школы. Луис Альберто получает среднее образование, рабочие профессии тоже входят а науку; вот иногда и приходится беседовать со школой. Школа поздоровалась с упреком и сказала:
- Ну так что вы скажете по поводу Константинова?
- Я не знаю Константинова, — не удивилась я. Удивляться разговорам со школой может позволить себе не каждый. И потом. А вдруг я все-таки знаю Константинова, и должна немедленно дать развернутый ответ? Нельзя медлить, школа ждет. Вдруг Константинов — это вчерашний мужчина, своими руками выбирающий ажурные колготки в супермаркете? Он еще спросил меня, привлекательно ли выглядит цвет «графит», а чуть позже — насколько укреплен мысок у изделий авторитетного производителя. Или Константинов — владелец серебристого автомобиля импортного производства, с которым мы коротко, но эмоционально побеседовали на тему моего нового пальто, улитого грязью.
- А что вы хотели спросить? — переформулировала я. Про обоих условных Константиновых мне было, в общем, что сказать.
- На что? — спросила я. Я могу, в принципе, сдать деньги. Иногда, огрниченную сумму.
- На Константинова, — рявкнула школа. И тут мы немного отвлеклись от чудесного диалога и выяснили, что Константинов — это не чулочный маниак, а вовсе даже название населенного пункта, куда на майские праздники детей собираются вывести поездами, с туристическими целями. Константиново. Вот так.
- Понимаете, — сказала я, слегка смутившись. — Дело в том, что Сережа весьма скрытен. И он пока не озвучивал семье свои планы на праздники. Но я очень, очень приветствую поездку в Константиново. Где находится это славное место? Чем оно знаменито?
Школа с отвращением запыхтела. Школе было неприятно, что вот приходится тратить время на малообразованных людей, не имеющих представления о географии родины.
- Константиново, — сказала школа с надрывом, — это уютное село, где влюбился Есенин.
- В кого? — вежливо спросила я. Этот вопрос мне показался уместным. Вот помню, к моей приятельнице А. вернулся из заграничной командировки муж и с порога сказал, что влюбился. В кого, сука, — так спросила А., и все-все ее поняли.
Школа не поняла. Школа попыхтела еще нагляднее, еще зловеще, потом выдохнула, будто перед принятием рюмки водки, потом приняла, может быть, рюмку водки, потом протрубила мне в самое ухо, в самые его барабанные перепонки, улитки и даже ту часть, что утоплена непосредственно в мозг:
- Есенин в Константиново влюбился в Русь!
На этом и распрощались. А вы теперь знайте, если что, порядок событий. Есенин влюбился в Русь — в Константиново. Чехов — в Таганроге. Лев Толстой — ну, тут сложно. Достоевский разлюбил Русь в Омске. И так далее. Такие просторы, а. А все — школа. Все-таки полезное заведение, фантазировать не буду.
