Рождественские истории. Новые версии

Невоз­мож­но рас­ска­зать пол­но­цен­ную рож­де­ствен­скую исто­рию, пото­му что все пол­но­цен­ные рож­де­ствен­ские исто­рии уже рас­ска­за­ны, и уже дав­но. Девоч­ка сожгла свои спич­ки — одну за одной, гос­по­жа Мете­ли­ца ода­ри­ла спол­на сво­их вре­мен­ных слу­жа­нок, Золуш­кин баш­ма­чок ока­зал­ся на един­ствен­но вер­ной ноге, и даже Маша и Витя бла­го­по­луч­но выбра­лись из вол­шеб­но­го леса. Как в извест­ном анек­до­те о двух вари­а­ци­ях солон­ки, пол­но­цен­ные рож­де­ствен­ские исто­рии под­раз­де­ля­ют­ся на сугу­бо горест­ные и убе­ди­тель­но счаст­ли­вые, их кано­ни­че­ский текст не допус­ка­ет сме­ше­ния жан­ров. Одна­ко насто­я­щее вре­мя без тор­же­ству­ю­щей эклек­ти­ки пред­ста­вить невоз­мож­но, да мы ведь уже и дого­во­ри­лись, что наши рож­де­ствен­ские исто­рии – не пол­но­цен­ные. Но что тут поде­лать, зато почти счаст­ли­вые, почти о чудесах.

1. Эту исто­рию мне рас­ска­за­ли — в пись­ме. Чита­те­ли при­сы­ла­ют пись­ма, и очень инте­рес­ные. Одна девуш­ка, худож­ни­ца и дизай­нер по про­фес­сии, поеха­ла отды­хать в Тур­цию. Или в Еги­пет – это не важ­но, а важ­но то, что поеха­ла она совсем одна, без подру­ги, моло­до­го чело­ве­ка или ребен­ка — моло­до­го чело­ве­ка у нее не было, ребен­ка тоже, а подру­га сло­ма­ла левую ногу и пры­га­ла по дому на пра­вой ноге, не имея воз­мож­но­сти даже спу­стить­ся – высо­кий пятый этаж без лиф­та. И вот худож­ни­ца очу­ти­лась в доступ­ной по сто­и­мо­сти гости­ни­це, совер­шен­но, повто­ря­юсь, одна, пло­хо вла­дея ино­стран­ны­ми язы­ка­ми, зато на двух здо­ро­вых ногах. В пред­две­рии Рож­де­ства и ново­го года, эти празд­ни­ки в стра­нах араб­ско­го мира не очень-то при­вет­ству­ет­ся, но для гостей из стран не-араб­ско­го мира в рам­ках оте­ля сто­я­ла даже неболь­шая искус­ствен­ная елка, и ани­ма­тор носил белую боро­ду, в честь собы­тий. Худож­ни­ца в меру насла­жда­лась солн­цем, тем­пе­ра­ту­рой воз­ду­ха плюс трид­цать гра­ду­сов, систе­мой «all inclusive», и ныря­ла в бас­сейн с хоро­ше­го раз­бе­гу. Она когда-то тре­ни­ро­ва­лась в груп­пе плов­цов и пода­ва­ла надеж­ды. Ясным январ­ским утром она заме­ти­ла у бас­сей­на ново­го чело­ве­ка – пол­но­ва­то­го муж­чи­ну с дву­мя залы­си­на­ми на слиш­ком высо­ком лбу. Уди­ви­тель­но, насколь­ко при­тя­га­тель­ны­ми за гра­ни­цей выгля­дят сооте­че­ствен­ни­ки, куря­щие калья­ны, к при­ме­ру, на родине худож­ни­ца и не взгля­ну­ла бы в сто­ро­ну боль­ше­ло­бо­го, а тут – заин­те­ре­со­ва­лась. Не спус­ка­ла глаз. Муж­чи­на, не при­вык­ший к таким зна­кам вни­ма­ния, от сму­ще­ния спря­тал­ся в бас­сейне, и не выхо­дил из воды дол­го. Так дол­го, что кто-то зло­умыш­лен­ный украл его пояс­ную сум­ку, где хра­ни­лись все доку­мен­ты, день­ги и необ­хо­ди­мые лекар­ствен­ные пре­па­ра­ты в спрее, муж­чи­на хво­рал аст­мой, ред­ко поки­дал род­ной дом, и в чер­тов Еги­пет нико­гда бы не поехал, если бы не чер­то­вы кор­по­ра­тив­ные пра­ви­ла, стро­го регла­мен­ти­ру­ю­щие отдых для спло­че­ния кол­лек­ти­ва. В общем, худож­ни­ца помог­ла боль­ше­ло­бо­му, в том чис­ле и день­га­ми, она вызва­лась сама, и сама сопро­вож­да­ла его по инстан­ци­ям, раз­го­ва­ри­вая на сво­их пло­хих ино­стран­ных язы­ках. Они подру­жи­лись и ста­ли любов­ни­ка­ми. Любов­ная связь про­дол­жа­лась и по воз­вра­ще­нии домой, герои про­жи­ва­ли в Москве. Худож­ни­ца чув­ство­ва­ла боль­шое сча­стье. Худож­ни­ца бла­го­да­ри­ла гос­по­да за левую сло­ман­ную ногу подру­ги, и тут же про­си­ла для нее здо­ро­вья. С того само­го досто­па­мят­но­го январ­ско­го дня она каж­дое утро про­сы­па­лась в сказ­ке, и засы­па­ла тоже. Это чудо, это чудо – захле­бы­ва­лась она сло­ва­ми и мыс­ля­ми, а ров­но вось­мо­го мар­та выпрыг­ну­ла с высо­ко­го пято­го эта­жа сво­ей подру­ги – боль­ше­ло­бый муж­чи­на, гля­дя в сто­ро­ну, при­знал­ся ей, что, в общем-то, женат и не соби­ра­ет­ся. Худож­ни­ца не умер­ла, но дол­го лежа­ла в отде­ле­нии трав­ма­то­ло­гии, после лече­ния при­хра­мы­ва­ет на левую ногу, тури­сти­че­ских поез­док боль­ше не совер­ша­ет, и о чуде­сах не гово­рит — никогда.

2. Ино­гда дети уста­ют от домаш­ней еды и тре­бу­ют вкус­ной и здо­ро­вой пиц­цы, тогда я иду за горя­чей в пиц­це­рию, она рас­по­ло­же­на неда­ле­ко, а пока ожи­даю зака­за, выпи­ваю круж­ку пива — в кон­це кон­цов, поче­му бы нет. Пью пиво, и за сто­лик при­са­жи­ва­ет­ся худая, очень худая девуш­ка в сером паль­то, паль­то застег­ну­то до сере­ди­ны лица, свер­ху мехо­вая шап­ка с уша­ми. Гово­рит: а здрав­ствуй­те. А здрав­ствуй­те, отве­чаю от неожиданности.

А здрав­ствуй­те, повто­ря­ет девуш­ка, так холод­но на ули­це, зашла погреть­ся. Рань­ше я все­гда в про­дук­то­вом мага­зине напро­тив гре­лась, а сей­час его закры­ли, уже год как. А вы зна­е­те, кста­ти, поче­му? Такая исто­рия, по-насто­я­ще­му счаст­ли­вая исто­рия. Этот мага­зин, он при­над­ле­жал одной жен­щине, очень власт­ной. Она была вдо­ва с тре­мя детьми, уже взрос­лы­ми: два сына и дочь. И все дети долж­ны были рабо­тать на нее, то есть — в мага­зине. По оче­ре­ди сто­я­ли за при­лав­ком, с юных лето, бук­валь­но с четыр­на­дца­ти, по оче­ре­ди разъ­ез­жа­ли за рулем мик­ро­ав­то­бу­са — при­во­зи­ли товар. Маль­чи­ки в раз­ное вре­мя отслу­жи­ли в армии, они нигде не учи­лись, пото­му что мама гово­ри­ла: уме­е­те поль­зо­вать­ся каль­ку­ля­то­ром, и лад­но. И дочь нигде не учи­лась, а меч­та­ла быть био­ло­гом. Она рас­са­жи­ва­ла рас­те­ния, а живот­ных ей не раз­ре­ша­ла заве­сти мать. Когда стар­ший сын вер­нул­ся из армии с неве­стой, мать про­гна­ла её, конеч­но, бере­мен­ную — ну она ска­за­ла, что работ­ни­ки ей боль­ше не нуж­ны. Спра­вим­ся сами, ска­за­ла она, и неве­ста уеха­ла в дале­кий город со сво­им уже наду­ты­ми живо­том. И вот так и скла­ды­ва­лись их дела, утром в мага­зин, позд­но вече­ром — домой, если кто-то хотел взять выход­ной, вопрос обсуж­дал­ся лич­но с мате­рью, и почти все­гда она отве­ча­ла: нет. Год за годом отве­ча­ла: нет. И вот одна­жды она веле­ла млад­ше­му сыну вез­ти ее к постав­щи­ку кол­бас, хоте­ла дого­во­рить­ся о хоро­шей скид­ке для себя, дело было в сере­дине декаб­ря, а с ново­го года она уже пла­ни­ро­ва­ла иметь хоро­шую скид­ку. Слу­чи­лось, что постав­щи­ка кол­бас на месте не ока­за­лось, и мать реши­ла — ждать. Оста­лась в мик­ро­ав­то­бу­се, а сына отпра­ви­ла за мине­раль­ной водой «Вол­жан­кой» — захо­те­ла пить. Когда через пят­на­дцать минут он вер­нул­ся с бутыл­кой воды необ­хо­ди­мо­го сор­та, мик­ро­ав­то­бус был всмят­ку раз­бит огром­ным КАМа­зом — огром­ный КАМаз раз­во­ра­чи­вал­ся и непра­виль­но оце­нил рас­сто­я­ние до. Мать погиб­ла, ска­за­ли — мгно­вен­но. Очень труд­но было её вынуть с пас­са­жир­ско­го места, выре­за­ли авто­ге­ном. Ну вот, а после все­го дети мага­зин мгно­вен­но про­да­ли, а сами разо­шлись — кто куда. Вооб­ще не обща­ют­ся, толь­ко сест­ра ино­гда зво­нит бра­тьям, она посту­пи­ла в уни­вер­си­тет, как хоте­ла все­гда, хоть пона­ча­лу и стес­ня­лась сво­е­го зре­ло­го соро­ка­лет­не­го воз­рас­та перед эти­ми подростками-абитуриентами.

Тре­тья исто­рия — совсем корот­кая. Она о лыж­ни­ке, заблу­див­шем­ся в лесу. Ника­кая не тай­га, сред­няя поло­са Рос­сии, здесь тоже быва­ет мороз­но. Осо­бен­но зимой, когда лыж­ни­ки и вста­ют на тро­пу. Заблу­дил­ся: под­вел ком­пас, обма­нул ази­мут, ника­ко­го мха, лишай­ни­ков и поляр­ной звез­ды, зато стем­не­ло, похо­ло­да­ло, и раз­ря­дил­ся теле­фон. В пани­ке лыж­ник метал­ся меж боль­ших дере­вьев, обле­де­не­вая в тумане, неуме­ло молил­ся, про­сил помо­щи свер­ху, и вдруг наткнул­ся на избу. Это был когда-то доб­рот­ный сруб, дверь плот­но при­кры­та, но пода­лась лыж­ни­ко­вой руке и рас­пах­ну­лась. С огром­ной радо­стью он зата­щил­ся на порог, думая так: погре­юсь, набе­русь сил, и сно­ва при­мусь за поис­ки шос­се. Это чудо, думал лыж­ник, бла­го­дар­ствен­но сту­ча зуба­ми, вот и ко мне повер­нул­ся бог, услы­шал молит­вы. Око­ло неболь­шой кир­пич­ной печи мерз­ли акку­рат­но сло­жен­ные дро­ва, сто­я­ла бутыл­ка вод­ки, нача­тая. Ни зажи­гал­ки, ни спи­чек (здо­ро­вый образ жиз­ни) у лыж­ни­ка не нашлось, и он решил для обо­гре­ва выпить немно­го вод­ки. Обна­ру­жи­ли его через три дня, тело пре­крас­но сохра­ни­лось при низ­ких тем­пе­ра­ту­рах, а в бутыл­ке вод­ки ока­зал­ся яд для про­мыш­лен­но­го мора гры­зу­нов. Гово­ри­ли, что так вла­дель­цы избы обе­ре­га­ли жили­ще от незва­ных посе­ти­те­лей, одна из мер в ком­плек­се защит­ных меро­при­я­тий, вклю­ча­ю­щих еще рас­ста­нов­ку кап­ка­нов и емко­стей с бен­зи­ном в печ­ке, под углями.