Эйдетический этюд

Выстав­ка Евге­ния Буга­е­ва откры­ва­ет­ся 15 авгу­ста, в 18:00, в лек­то­рии Худо­же­ствен­но­го музея, ул. Куй­бы­ше­ва, 92

Брать интер­вью у близ­ко­го чело­ве­ка – непро­стая зада­ча. Брать интер­вью у близ­ко­го чело­ве­ка, кото­рый явля­ет­ся еще и талант­ли­вым худож­ни­ком – зада­ча еще более слож­ная. Поэто­му я и не ста­ла уда­рять­ся в фило­соф­ство­ва­ния, во все эти кулу­ар­ные похло­пы­ва­ния по спине, хотя соблазн, при­зна­юсь, был велик. Не будет здесь и пафос­ных пресс-рели­зов, их в избыт­ке мож­но най­ти в Интер­не­те. Мы про­сто сели и пого­во­ри­ли. Отбро­сив все лиш­нее, мы раз­го­ва­ри­ва­ли об общих поня­ти­ях доступ­ным язы­ком, так, что­бы чита­те­лю хотя бы на секун­ду уда­лось вытрях­нуть из голо­вы все эти навяз­шие в зубах мод­ные посту­ла­ты и поду­мать над таки­ми про­сты­ми с виду, но таки­ми слож­ны­ми тема­ми. Корот­ко и ясно.

Вопрос 1: Как ты счи­та­ешь, для кого все это — выстав­ки, кон­цер­ты, все то, что ты дела­ешь? Вер­но ли утвер­жде­ние, что худож­ни­ка без вни­ма­ния не суще­ству­ет? Кто ходит сей­час на выставки?

Для всех, кто готов вос­при­нять то, что я делаю. Думаю, вер­но, хотя и с неко­то­ры­ми ого­вор­ка­ми: одни худож­ни­ки, как извест­но, дол­гие годы рабо­та­ли «в стол», дру­гие и вовсе ста­ли извест­ны после смер­ти, но уже тот факт, что мы можем упо­мя­нуть их, гово­рит о том, что диа­лог твор­ца и зри­те­ля в ито­ге состоялся.

На раз­ные выстав­ки ходят раз­ные кате­го­рии зри­те­лей. Если мы при­дем на откры­тие выстав­ки Сою­за худож­ни­ков, то уви­дим там несколь­ко иную пуб­ли­ку, неже­ли в «Арт-Цен­тре» или «Вик­то­рии». Но в целом, если гово­рить о выстав­ках совре­мен­но­го искус­ства, то ходят на них те, кого сей­час назы­ва­ют хип­сте­ра­ми. Прав­да подоб­ная пуб­ли­ка была и рань­ше, но ина­че называлась.

Вопрос 2: Что такое совре­мен­ное искус­ство? Как пони­ма­ешь его ты?

Совре­мен­ное искус­ство — это искус­ство, в цен­тре вни­ма­ния кото­ро­го нахо­дит­ся совре­мен­ность, то есть некий «теку­щий момент». Поэто­му было бы пра­виль­но назы­вать его не акту­аль­ным, а сию­ми­нут­ным искус­ством. Сей­час сло­жи­лась ситу­а­ция, при кото­рой созда­те­ля­ми «совре­мен­но­го искус­ства» явля­ют­ся не худож­ни­ки, а гале­ри­сты, кура­то­ры, кри­ти­ки и про­чие дель­цы арт-биз­не­са. Они и опре­де­ля­ют, что «акту­аль­но» и совре­мен­но, явля­ясь цен­зо­ра­ми эпо­хи пост­мо­дер­на. Для меня совре­мен­ное искус­ство — это про­сто любое искус­ство, кото­рое дела­ет­ся сейчас.

Вопрос 3: Насколь­ко важ­но для совре­мен­но­го худож­ни­ка мастер­ство и тех­ни­че­ская сто­ро­на дела?

Ска­жем так: мастер­ство тут — это товар, кото­рый стре­мят­ся про­дать подо­ро­же, эта­кий выгод­ный бонус. Его может и не быть, но тогда при­дёт­ся выкру­чи­вать­ся за счёт чего-то дру­го­го: эпа­та­жа, поли­ти­че­ских про­во­ка­ций и т.д. (за при­ме­ра­ми дале­ко ходить не надо). Есть вещи тех­ни­че­ски крайне слож­ные, а есть и абсо­лют­но при­ми­тив­ные. В любом слу­чае мастер­ство в совре­мен­ном искус­стве вто­рич­но по отно­ше­нию к концепту.

Вопрос 4: Необ­хо­дим ли для твор­че­ства про­тест? Дол­жен ли худож­ник быть в кур­се про­ис­хо­дя­ще­го в поли­ти­ке, или это две парал­лель­ные реаль­но­сти? Насколь­ко широ­ким дол­жен быть кру­го­зор художника?

Сло­во «дол­жен» здесь не при­ме­ни­мо. Худож­ник может быть поли­ти­че­ски анга­жи­ро­ван, а может и не быть. Сле­ду­ет раз­де­лять в худож­ни­ке чело­ве­ка, у кото­ро­го могут быть какие-то при­стра­стия, и Твор­ца, кото­рый живет в сво­их внут­рен­них изме­ре­ни­ях. Пря­мых свя­зей меж­ду искус­ством и жиз­нью всё рав­но нет. Если мы даже возь­мем для при­ме­ра кине­ма­то­граф Эйзен­штей­на или поэ­зию Мая­ков­ско­го как образ­цы поли­ти­че­ско­го искус­ства, то уви­дим, что фор­ма и содер­жа­ние там суще­ству­ют как бы отдель­но друг от дру­га. Это имен­но парал­лель­ные реальности.

Поли­ти­че­ское искус­ство для его созда­те­лей — это лег­кий спо­соб добить­ся вни­ма­ния потен­ци­аль­ных спон­со­ров и заказ­чи­ков, с одной сто­ро­ны, и свое­об­раз­ный каму­фляж, при­да­ю­щий откро­вен­но деструк­тив­ной дея­тель­но­сти отте­нок лёг­кой игри­во­сти, несерьёзности.

Вопрос 5: Что для тебя важ­нее – кар­тин­ка или звук? Почему?

Разу­ме­ет­ся, визу­аль­ные обра­зы для меня — самые яркие. С дет­ства меня при­вле­ка­ли имен­но зри­тель­ные виды искус­ства, но в послед­ние годы всё боль­ше инте­ре­су­юсь зву­ком. Прав­да, в сво­их музы­каль­ных рабо­тах (гр. BIOVOLK) я ско­рее худож­ник, рабо­та­ю­щий со зву­ком, а не музыкант.

Вопрос 6: Как ты отно­сишь­ся к бес­ко­неч­ной экс­плу­а­та­ции темы сек­са в искус­стве? Что может про­сти­му­ли­ро­вать, вдох­но­вить тебя силь­нее, чем секс?

К сек­су в искус­стве я отно­шусь так же, как к любой под­дел­ке или заме­ни­те­лю. Если счи­тать, что в искус­стве две основ­ные темы — Любовь и Смерть, то секс — это сур­ро­гат люб­ви и не более того. Это каса­ет­ся и вдох­но­ве­ния. Кро­ме люб­ви меня спо­соб­на вдох­но­вить толь­ко рус­ская природа.

Вопрос 7: Искус­ство долж­но быть понят­ным для каж­до­го, или же для «пра­виль­но­го» вос­при­я­тия искус­ства нуж­на подготовка?

Как пра­ви­ло, люди инту­и­тив­но спо­соб­ны понять пре­крас­ное. Одна­ко есть про­из­ве­де­ния, обла­да­ю­щие яркой, даже агрес­сив­ной выра­зи­тель­но­стью, а есть «закры­тые», насла­дить­ся кото­ры­ми мож­но, лишь обла­дая опре­де­лен­ной под­го­тов­кой. При­чем к тра­ди­ци­он­но­му искус­ству это отно­сит­ся в не мень­шей сте­пе­ни, чем к модер­нист­ско­му. Это как есть, ска­жем, бара­бан, а есть арфа. Все хоро­шо для сво­их целей. Нуж­но гово­рить о том, что под­лин­ное про­из­ве­де­ние вос­при­ни­ма­ет­ся сра­зу на несколь­ких уров­нях. Какое-то пер­вич­ное эсте­ти­че­ское ощу­ще­ние мож­но полу­чить, не обла­дая зна­ни­я­ми, но гораз­до более глу­бо­кие ощу­ще­ния вызы­ва­ет пони­ма­ние того, поче­му то, что нам нра­вит­ся, — хоро­шо. И здесь уже важ­но зна­ние Тра­ди­ции, исто­рии искус­ства, пони­ма­ние внут­рен­ней логи­ки пути того или ино­го худож­ни­ка и т. д.

Вопрос 8: Како­во твое отно­ше­ние к ком­мер­че­ски успеш­ным художникам?

Хоро­шо, когда худож­ник полу­ча­ет достой­ное воз­на­граж­де­ние за свой труд, но когда зара­ба­ты­ва­ние денег ста­но­вит­ся целью — это не может не ска­зать­ся пагуб­но на искусстве.

Вопрос 9: Како­ва реаль­ная власть чело­ве­ка в этом мире, если не уда­рять­ся в уто­пи­че­ские рассуждения?

Реаль­ной вла­стью или её подо­би­ем обла­да­ют лишь еди­ни­цы. Боль­шин­ство же про­сто плы­вет по тече­нию или сле­ду­ет гене­ти­че­ской про­грам­ме. Но пара­докс в том, что в жиз­ни пер­вых обыч­но видят судь­бу, пред­на­зна­че­ние, а жизнь вто­рых пред­став­ля­ет­ся хаосом.

Вопрос 10: Что для тебя озна­ча­ет выра­же­ние «поиск себя»?

Мне нико­гда не нра­ви­лось это выра­же­ние. Зачем искать то, что тянет ко дну, слов­но бал­ласт, что обво­ла­ки­ва­ет, как непро­ни­ца­е­мая скор­лу­па? Толь­ко забыв о «себе», мож­но услы­шать голос души. Для меня важен не «поиск себя», а поиск Боже­ствен­но­го При­сут­ствия во всем. Ощу­ще­ние Тай­ны. И когда такое ощу­ще­ние есть — чув­ству­ешь, что живешь по-насто­я­ще­му, и хочет­ся, что­бы дру­гие почув­ство­ва­ли то же самое. А пути, мето­ды при­хо­дят сами собой.