Дорожные заметки. В мордовской глубинке

Знакомство с культурой республики Мордовия продолжается. После выступления группы «ОЙМЕ» на «Метафесте», который проходил на территории фестивального парка на Мастрюковских озерах, мы отправились с участниками группы в экспедицию в мордовскую глубинку — село Старые Турдаки, записывать обрядовые традиционные свадебные песни в исполнении местного песенного ансамбля «Норовава» (покровительница поля).

Выехали с грушинской поляны в ночь. «ОЙМЕ» провожали новоиспеченные поклонники, которых еще не сморил сон. На «Пежо» с автоматической коробкой передач по ухабистой лесной дороге ехать было экстремально. Люляма (музыкальный инструмент) на заднем сиденье позвенькивала колокольчиками, отгоняя злых духов, ярко светила луна, бабочки-махаоны мелькали перед лобовым стеклом, а в свете фар деревья выглядели как на иллюстрациях к старинным преданиям и былинам. Как в сказке.

Едем в сказку

(Республика Мордовия, Кочкуровский район, село Старые Турдаки)

По рассказам местных жителей, название села произошло от имени прославленного солдата Мурзы. Этот солдат в награду получил участок земли, и на этом месте выросло село, которое он назвал своим именем – Мурза. Село росло и вскоре разделилось на два – Старая Мурза (Ташто Мурза) и Новая Мурза (Од Мурза). Кстати, слово «турдаки» восходит к мордовскому дохристианскому имени «Турдак». Это имя и ныне встречается в основе фамилий Турдаковых. Неофициальное название села Ташто Мурза свидетельствует, что в середине 18 века здесь проживали мордовские мурзы, служивые люди на юго-восточной границе русского государства.

В селе Старые Турдаки, как и во многих других поселениях в Мордовии, еще сохранились некоторые традиции и память о них. Но все-таки информации осталось очень мало – некому передавать знания. Чтобы рассказать современникам о традиционной культуре республики и сохранить ее, группа «ОЙМЕ» отправляется в экспедиции по деревням и по крупицам собирает оставшиеся сведения, например о традиционной свадьбе.

В конце мая«ОЙМЕ» сняли фильм, в котором воссоздали обряд свадебного эрзянского союза. Ансамбль «Норовава» и местные жители помогли реконструировать вариант эрзянской свадьбы.

— Когда оператор из Москвы, которого мы хотели нанять, увидел отснятый материал, то удивился тому, как грамотно отснято видео, и сказал, что из этого может получиться качественный профессиональный фильм, — рассказывала Ежевика, пока мы ехали в деревню.

Поскольку в эрзянской свадьбе много героев, в съемках фильма принимало участие полсела — общими усилиями нашли коня для жениха, чтобы ехать за невестой, ступу с пестом (которую жители села впоследствии подарили группе «ОЙМЕ») для выполнения обрядовых действий. Невеста, по словам участников «ОЙМЕ», была не столь юна и свежа, как это традиционно принято, но на то есть свои причины – жителей в селе осталось не так много. Молодежь уезжает в город, поэтому отыскать в мордовской глубинке шестнадцатилетнюю девушку для постановочной свадьбы оказалось проблемой, тем не менее невеста выглядела на редкость колоритно и аутентично.

Село Старые Турдаки расположено в красивейшем месте юго-восточной части республики Мордовия на границе с Пензенской областью. Мы ехали по дороге в направлении села (к слову, дороги в республике Мордовия, на удивление, хорошие), перед нами раскинулись широкие поля, иногда на глаза попадались аккуратные домики с ухоженными территориями, для жителя Самарской области это и правда сказка. Ансамбль встретил нас у дороги в полном составе и в традиционных мордовских костюмах. Мы вышли из машины, и бабушки завели песню, при этом подавая Ежевике хлеб на отглаженном узорчатом полотенце. В ответ мы преподнесли бабушкам большую еще теплую пиццу из саранской пиццерии. Так урбанистический мир встретился с аутентичным мордовским.

Два мира

Записывали песни в исполнении ансамбля в турдакском Доме культуры. Пока мы накрывали на стол, бабушки распевались и весело переговаривались на эрзянском языке. В дверях стояла маленькая девочка, в руках у нее был батон белого хлеба, откусывая от него небольшие кусочки, она с интересом наблюдала за происходящим.

— Понимаете что-нибудь?- хитро спросила одна из участниц ансамбля.

— По жестам, эмоциям догадываюсь, — ответила я.

Другая бабушка подошла и осторожно поинтересовалась, как там, в Самаре, живется новому губернатору. И все сетовала на то, что без Николая Ивановича все как-то не так, переживала, как приняли его на чужой земле, и сказала, что Самарской области повезло, а затем предложила выпить местной деревенской настойки.

«ОЙМЕ» подготовили аппаратуру и начали работать. На предложения бабушек выпить вместе с ними вежливо отказывались, Ежевика за рулем, Валя Осинский следит за тем, чтобы запись шла непрерывно. Здесь важно записать все, хоть и работы с материалом потом будет много. Бабушки из ансамбля не привыкли к студийной работе. Участницы хаотично выдают интересные факты, как бы между делом. Например, некоторые свадебные песни поются на один мотив, но в зависимости от момента происходящего в них может меняться текст. Для участниц ансамбля эта информация не несет исторической ценности, это просто их жизнь, но «ОЙМЕ» жадно ловят каждое слово, ведь для них деревенские жители – пока единственный источник информации.

Под столом об ноги гостей трется беременная кошка. Одна из солисток запела христианскую молитву, которую исполняют на свадьбе, бабушка по левую руку нервно затеребила скатерть, а кошка, свернувшись калачиком на солнышке, в этот момент тихо замурчала. Обрядовое пение действует на всех по-разному.

Бабушки сидят в ряд за накрытым столом, на них направлено четыре микрофона, они говорят вразнобой, никуда не торопятся, поэтому, чтобы настроить их на рабочий лад, Ежевика иногда строго прикрикивает, и они как дети смущенно замолкают и начинают петь. На старом обшарпанном столе два ноутбука Apple, идет запись. Эта техника резко выделяется из общей картины, вкупе с пиццей в коробке, и я, наверное, в кедах и с дредами тоже являюсь частью абсурдного коллажа. Но на самом деле два этих мира, современный и традиционный, гармонично сочетаясь, создают новую картину. Для этого используются современные технологии, но и традиции при этом не растворяются.

«ОЙМЕ» закончили работу, и участницы ансамбля начали переодеваться в свою повседневную одежду. Одна из бабушек с облегчением сняла зимние сапоги и одела шлепки. Аутентичная сказка медленно растворилась в реалиях современной деревни.

Провожал нас ансамбль, как и встречал, – песнями и теплыми объятиями. Загрузив аппаратуру, мы поехали дальше, а у ансамбля началось уже вполне современное застолье.

«ОЙМЕ» не первая группа, которая совмещает в своем творчестве этнос и современные аранжировки. Французы DeepForest микшируют этнические и электронные звуки. В одной из своих пластинок DeepForest использовали элементы музыки пигмеев, впоследствии часть композиций с этого альбома вошла в «благотворительные сборники», которые выпускались по программе помощи африканским племенам, поэтому деятельность группы частично проходит под эгидой ЮНЕСКО.

Для республики Мордовия использование в музыке современных аранжировок в новинку, и не всем, наверное, по душе подобная интерпретация аутентичных песен. Но это интересный и доступный способ рассказать миру о культуре своего народа. Поэтому остается только пожелать группе «ОЙМЕ» удачи и успехов, ведь в современном урбанистичном мире сложно выжить, ничего не зная о своих корнях.

Дорожные заметки. В мордовской глубинке”: 4 комментария

  1. норов — плодородный; норов мода — плодородная земля; норовава(миф)- богиня земли, богиня урожая Исправте, дурки гламурные.((

    1. Что ж так грубо и по-хамски?!! Неужто корректно нельзя поправить? Да, и "исправте" с мягким знаком пишется! Вот так -исправьте. Удачи в Вашей по-видимому нелёгкой жизни.

      1. Лена говорит, что ей и сkазали в деревне про стремящихся женщин. Или она поняла неверно? 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *