Корресподент «Новой в Поволжье» проник на режимные объекты, где разрабатывается и изготовляется радиолокационное оснащение для военных вертолетов. Напомним: предполагаемый организатор покушения на Олега Кашина, управляющий санкт-петербургского холдингом АО «Заслон» Александр Горбунов, получил от Минобороны аванс в 600 млн рублей на выполнение государственного контракта на ОКР (опытно-конструкторскую работу) «Разработка бортовой радиолакационной станции кругового обзора и оснащение ею вертолетов МИ‑8 и К‑226». Редакции стали известны адреса сторонних организаций, у которых АО «Заслон» в рамках контракта закупало комплектующие для вертолетов. Две из них располагаются в Самарской области, в городе Тольятти.
В Тольятти зима пришла раньше времени на два месяца. Кислое рабочее утро, по темным еще улицам бушует октябрьская метель, отопление включили не у всех, окоченевшие люди выходят из холодных квартир чтобы немедленно замерзнуть еще больше. На трассе М‑5 несколько серьезных аварий, все традиционно шутят про день жестянщика. Остановка «Жигулевское море», ветер кидает под ноги мокрые окурки, женщина с кучей пакетов роет в сумке кошелек, диспетчер такси не понимает в трубке, где именно я нахожусь.
«Стоите в направлении Нового города?» — уточняет диспетчер; не знаю. Пальцы замерзли, и телефонный экран отказывается принимать их за пальцы, не реагирует.
«В каком направлении я стою?» — спрашиваю людей на остановке, они молча топают ногами по маленьким злым сугробам. Не отвечают. Утренний стылый Тольятти не очень похож на квартал Маре в Париже.
«Это, девка, — говорит, наконец, мужчина в окаемке бороды, — это! ты иди по переходу на ту сторону, будет тебе по направлению куда надо».
Люди молча порциями втискиваются в маршрутные такси и автобусы покрупнее. Такси приезжает через пятнадцать минут, и я успеваю поговорить с интересной парой: мужчина в кожаных штанах и женщина во всем леопардовом (сокращения на ВАЗе, троллейбусы отменили за долги ТТУ по электричеству, теперь безработных будет еще больше, учитывая водителей подвижного состава, а что людям делать без работы? грабить на улицах, вот что! берегите серьги, девушка, вырвут с ушами).
От площади Революции в Самаре до необходимого мне строения на бульваре Гая в Тольятти – чуть больше двух часов езды на автомобиле, триста рублей за человеко-место, и примерно минус двадцать лет. Стартуешь в 2015‑м (мордовская плитка до неба, фасады домов шпаклюют к ЧМ-2018, собачки в комбинезонах со стразами беснуются в хозяйских объятьях); десантируешься в году девяносто, к примеру, пятом. Или третьем.
Бульвар Гая, 26, значит. Кирпичное строение размером с типовую среднюю школу обезображено вывесками самого разного толка: универсам «Пятерочка», «Дорого купим волосы», «Шторы, сумки, товары для рукоделия», «Цветы, семена», неизвестный «Прошка» — «Бери больше, плати меньше». Где, где может таиться производство вертолетных деталей? «Свинина – 169 рублей», «Фонбет – ставки на спорт», у красной двери тусуют два молодых человека; выглядят опасно. Тольятти в девяностые славился своими бандитами, велись разборки с самарскими бандитами; «стрелки» в Загородном парке, темные «восьмерки», припаркованные густо у обочин, золотые кресты в растворах «адидасовских» олимпиек.
«А что, — обращаюсь я почти без страха к молодым людям, — а что, ребята. Как у вас тут насчет вертолетов?»
Молодые люди не удивляются. Отвечают неожиданно быстро: «Тебе на какое время?»
«Мне купить», — зачем-то говорю я, дую на пальцы в надежде согреть.
«Да можно, — говорит первый, и далее произносит примерно следующее, — первой и наиболее популярной маркой являются вертолеты с поршневым двигателем американской фирмы Robinson. Они очень доступны на рынке, дешевле своих собратьев, оснащенных газотурбинными двигателями, и требуют меньших эксплуатационных затрат».
«Мне нужен, — говорю я, волнуясь, — российский военный вертолет. Тут у вас под носом они практически сходят с конвейера, а вы и не в курсе». Быстро ухожу. Молодые люди остаются обсуждать, почему психических не держат в соответствующих лечебницах. Около киоска «Цветы» курят две блондистые цветочницы в кожаных куртках, пивной киоск, киоск с шаурмой. В шаурме продают салаты в пластиковых корытцах, на любой вкус. Рядом – безымянное строение, похожее на туалет-скворечник с дачного какого-нибудь участка, но со стеклянными стеночками и почему-то на ножках. Выглядит бесхозным. Подпрыгивая, заглядываю в заколоченное окошко, в поисках вертолетной лопасти и других примет. За мной безмолвно наблюдают тольяттинские прохожие, привыкшие ко всему.
По второму адресу мешает въезду микроавтобус, размашисто подписанный «санитарно-ветеринарная эстафета». Что это, думаю, за эстафета такая в Тольятти, санитарно-ветеринарная. Это, скажем, бежит корова, за ней свинья чешет, следом санитар догоняет, палочку спешит эстафетную передать. Корова морду поворачивает, свинья поджарая на стройных ножках танцует. Зайчики в трамвайчике, жаба на метле. И так мне это все понравилось, не передать, как. А надпись-то была другая, не эстафета совсем, но экспертиза. Расстроилась, осмотрелась.
Собственно, осматривать нечего – по улице 40 лет Победы, 14, комната 15, ничего нет. Просто нет никакой 15‑й комнаты, но есть бильярдный клуб «АК Барс», магазин «Магнит», магазин «1001 мелочь», трансформаторная будка, несколько помойных баков; один из них осваивает пожилой мужчина в вязаной шапке. Изымает из бака какие-то доски, приговаривает: «Дверь ей подавай, будет тебе дверь, падла! Дверь ей подавай, так я тебе выстрою дверь, курва!».
У бильярдного клуба паркуется свадьба на дорогих автомобилях, замотанных лентами и укомплектованных куклами невест. Жених в ослепительно белом костюме сверкает золотом браслета на волосатом запястье. Все дышит производительной мощностью и военной тайной. Пивная «Ямщик», пивная «Дно» (плагиаторы, а), кафе «Джига-Дрига», билборд, обещающий «улучшение потенции в любом возрасте». Безжалостно обрубленные профильным департаментом березы, ледяной дождь, сменивший снег. Подростки мрачными стаями, несколько девушек с губами, выкрашенными в черный. Влюбленная пара в одинаковых шапках с ушками, распространительница листовок от ювелирного магазина. Щербатые девятиэтажки, понтовые коттеджи, молоко в разлив, объявление на табачном киоске «алкоголя нет!!!»
«Что, все?» — спрашивает меня водитель такси, удивленный краткостью визита. «Все, — говорю я. – Давайте на автовокзал».
Тольятти отпускает меня легко, не цепляет не единой своей кольцевой развязкой, не трогает сине-стеклянной башней ВАЗовского заводоуправления, не манит плотиной волжской ГЭС, с этими страшными шлюзами и грозной массой воды, имеющей силу затопить к чертям и Тольятти, и Самару, чтобы в стекла окон били волны, пучил глаза водяной и плескали хвостами русалки. Как известно, славяне считали, что в русалок превращаются утопленницы, а также пропавшие без вести, проклятые родителями и непрощенные — словом, все мы, отметим мы.
PS В ходе проверки, проведенной Главной военной прокуратурой, установлено, что руководством АО «Заслон» заключались мнимые сделки на приобретение комплектующих для вертолетов у ООО «Капитал» (Самарская обл., г. Тольятти, бульвар Гая, д. 26), ООО «Фортуна-сервис» (Самарская обл., г. Тольятти, ул. 40 лет Победы, д. 14 Комната 15) и ООО «Бенар» (Санкт-Петербург, проспект Московский, д. 212). По данным адресам находятся организации разного толка, не имеющие ни производственных, ни иных мощностей; договорные обязательства АО «Заслон» выполнены не были; контрактные деньги обналичивались через подставные фирмы.
«Таким образом, в период с декабря 2013 года по февраль 2015 года генеральный директор АО «Заслон» Горбунов А.А. и другие неустановленные лица, действуя группой лиц по предварительному сговору, совершили мошенничество путем обмана должностных лиц Минобороны России в особо крупном размере на общую сумму не менее 445 млн рублей, в связи с чем в их действиях усматриваются признаки состава преступления, предусмотренные частью 4 статьи 159 УК РФ», — из постановления ГВП.
