В радионебо! К радиозвездам!

Три года назад, к пяти­де­ся­ти­ле­тию пер­во­го поле­та чело­ве­ка в кос­мос, я дела­ла мно­го интер­вью с самар­ски­ми «кос­ми­че­ски­ми пер­во­про­ход­ца­ми», и сего­дня хочу рас­ска­зать прит­чу по теме.

В ходе бесед несколь­ко чело­век упо­ми­на­ли о взры­ве на стар­те 14 декаб­ря 1966 года, серьез­ней­шая нештат­ная ситу­а­ция, явля­лись её сви­де­те­ля­ми. Как все было: во вре­мя пус­ка раке­ты про­ис­хо­дит ава­рий­ное выклю­че­ние дви­га­те­ля, само по себе оно к серьез­ным послед­стви­ям не при­во­дит. Наблю­да­ю­щие за стар­том выхо­дят из бун­ке­ра, идут к раке­те, совер­шать осмотр, раз­би­рать­ся, выис­ки­вать при­чи­ны отбоя. Выяв­ля­ют, что на одном бло­ке про­изо­шел про­гар наруж­ной обшив­ки хво­сто­во­го отсе­ка, при­ни­ма­ют реше­ние сли­вать топ­ли­во, раке­ту не запус­кать, и про­хо­дит четыр­на­дцать минут.

Про­хо­дит четыр­на­дцать минут, авто­ма­ти­ка дает коман­ду на отстрел кораб­ля — ава­рий­ное спа­се­ние кос­мо­нав­тов, эта коман­да испы­ты­ва­лась впер­вые и была не отла­же­на. Кап­су­ла отстре­ли­ва­ет­ся, пара­шют выхо­дит, оста­ток раке­ты мгно­вен­но заго­ра­ет­ся и начи­на­ет­ся боль­шой пожар. Огонь гудит, кру­гом топ­ли­во в баках в кос­ми­че­ском коли­че­стве, и надо бежать. Люди отбе­га­ли, как мож­но даль­ше, куда успе­ют. Через пару десят­ков секунд раке­та взо­рва­лась. Старт раз­нес­ло в бетон­ные клочья.

Погиб один чело­век. Непо­сред­ствен­ная служ­ба его про­хо­ди­ла на стар­те, и он знал раз­ные ходы и выхо­ды, потай­ные двер­цы, и решил, види­мо, что надеж­но укро­ет­ся там, как в под­зем­ном убе­жи­ще. То ли пота­ен­ная двер­ца была закры­та, то ли он про­сто не рас­счи­тал сво­их сил и не успел до нее добе­жать. Погиб.

А если бы помчал­ся, не думая лиш­не­го, вме­сте со все­ми – остал­ся бы жив. И вывод тут вро­де бы напра­ши­ва­ет­ся такой, что ино­гда имен­но думать – лиш­нее. И надо так: дают – бери, бьют — беги. У воен­ных вооб­ще это очень при­ня­то, а они все-таки обу­че­ны уми­рать в край­них случаях. 

А может быть, эта прит­ча о том, что ни одна звезд­ная доро­га не устла­на роза­ми, а вот взо­рван­ны­ми тела­ми — всегда. 

Каж­дый день кос­мо­нав­ти­ки у меня такое настро­е­ние – фило­со­фи­че­ское, и хочет­ся кра­си­во резю­ми­ро­вать и под­во­дить ито­ги. Как пра­ви­ло, сде­лать это не поз­во­ля­ют обсто­я­тель­ства. Напри­мер, дочь. С утра она сто­я­ла на слож­но состав­лен­ных табу­рет­ках и рылась на антре­со­ли. Судя по тому, что на ее голо­ве была моя кожа­ная шля­па, она разыс­ки­ва­ла под­хо­дя­щий шей­ный платок.

- Дочь, — ска­за­ла я радост­но, — а ведь сего­дня – две­на­дца­тое апреля!

- Да, — отве­ти­ла дочь из-под потол­ка, — пой­дем вече­ром в «Сашу» на BBTEL .

- Какой еще BBTEL, — ска­за­ла я, — день кос­мо­нав­ти­ки! Ура! 

День кос­мо­нав­ти­ки для нашей семьи — празд­ник осо­бен­ный, и как же ему быть не осо­бен­ным, если вся наша семья в раз­ное вре­мя закан­чи­ва­ла Аэро­кос­ми­че­ские университеты.

- Пря­мо так-таки и «ура», — кач­ну­ла кеп­кой рав­но­душ­ная дочь, спрыг­ну­ла с табу­ре­ток и закры­лась в ванной

Ох, уж эти новые дети! Они не меч­та­ли стать кос­мо­нав­та­ми. Стать инже­не­ра­ми-меха­ни­ка­ми они меч­та­ют не осо­бен­но. А ведь это – очень роман­ти­че­ские спе­ци­аль­но­сти, инже­нер и кос­мо­навт. Взять хотя бы ради­о­не­бо. Корот­ко объ­яс­ню: наблю­дать за кос­мо­сом мож­но в опти­че­ский теле­скоп, а мож­но — в радио­те­ле­скоп. Он будет улав­ли­вать радио­из­лу­че­ния, посту­па­ю­щие из кос­мо­са. И мож­но уви­деть ради­о­не­бо, совсем дру­гое небо. Не похо­жее на то, кото­ро­му чело­век при­выч­но гро­зит кула­ком, или воз­но­сит бла­го­дар­но­сти. Огром­ное радио­солн­це — раз в десять боль­ше солн­ца по диа­мет­ру, при­чем не одно, а целых три, вклю­чая Кас­си­о­пей­ское и солн­це созвез­дия Лебедь. Все све­тит­ся в радио­лу­чах. Сия­ет Млеч­ный Путь. Радио­лу­на, прав­да, выгля­дит мало­при­вле­ка­тель­но. И фаз у нее не бывает.

Очень меня это ради­о­не­бо раду­ет, как инже­не­ра-меха­ни­ка, как жен­щи­ну и как мать. Хочет­ся ино­гда под­прыг­нуть и уле­теть. В ради­о­не­бо. К ради­озвез­дам! У кос­мо­нав­тов это полу­ча­ет­ся, и даже без прыжков.