Разного рода шутки

Как-то с жиль­ца­ми наше­го дома двор­ник зате­ял пере­пис­ку. Вна­ча­ле он выве­сил на подъ­езд­ную дверь сле­ду­ю­щее объ­яв­ле­ние: «Ваш подъ­ез­да самый гряз­ный! Возь­ми­тесь за ум, при­дур­ки!». Такое, корот­кое. Не знаю, на какой он рас­счи­ты­вал ответ от жиль­цов, но нуж­но­го не дождал­ся, оче­вид­но, пото­му что уже через неде­лю кле­ил с помо­щью ядо­ви­то­го клея «Момент» новое объ­яв­ле­ние: «Собе­ру весь мусор во дво­ре, и выбро­шу в ваш подъ­езд, раз вы такие сви­ньи!». Такой вот двор­ник. Могу­чий муж­чи­на был, как сей­час пом­ню — лопа­та напе­ре­вес, шап­ка-пету­шок на гла­за натя­ну­та, что­бы лучи све­та не меша­ли остро­те зре­ния. Двор­ник при­над­ле­жал не мест­но­му домо­управ­ле­нию, а солид­ной орга­ни­за­ции в под­ва­ле, одно вре­мя жиль­цы не дру­жи­ли с этой орга­ни­за­ци­ей, и он про­сто-таки зары­вал­ся. Потом, понят­ное дело, все поми­ри­лись и объ­еди­ни­лись насчет капи­таль­но­го ремон­та. Двор­ни­ка при­сты­ди­ли. За дур­ной слог. А он ска­зал из-под шап­ки-петуш­ка, что про­сто любит розыг­ры­ши и хоро­шую шутку.

Мы один раз и сами неча­ян­но разыг­ра­ли в кол­лек­ти­ве одну девоч­ку, реклам­но­го мене­дже­ра N. Офис­ные поме­ще­ния рас­по­ла­га­лись на чет­вер­том эта­же. Это был высо­кий чет­вер­тый этаж. Все сто­на­ли, под­ни­ма­ясь. Реклам­ный мене­джер N сто­на­ла боль­ше всех. И вот мы с кол­ле­гой как-то сидим на рабо­чих местах, обсуж­да­ем чет­вер­тую пози­цию мар­ке­тин­га, и меж­ду делом говорим:

- Есть хочется.

- Ужас­но хочется.

- А тащить­ся вниз в буфет не хочется.

- Не хочется.

- А придется!

- Ясное дело, придется.

- Ой, быст­рее бы лифт пустили.

- Да, меч­таю о лифте.

- И я.

- Что­бы такой тем­но-поли­ро­ван­ный. И в бронзе.

- Сия­ю­щие лампы.

- Огром­ные зеркала.

- Мас­сив­ные поручни.

- И лифтер-негритенок.

- Луч­ше два.

- Одно­го достаточно.

- Лад­но, пусть один, но в униформе.

- И в фуражечке.

- С позументом.

- Белые перчатки.

Шутим так. Ника­ко­го лиф­та, понят­но. Не гово­ря уже о негри­тя­тах с позу­мен­том. А рядом реклам­ный мене­джер N сидит. Она вни­ма­тель­но при­слу­ши­ва­ет­ся к раз­го­во­ру, потом переспрашивает:

- Дев­чон­ки, прав­да, что ли, лифт сделают?

Да, гово­рим мы с кол­ле­гой, сде­ла­ют. Дав­но раз­го­во­ры идут, толь­ко вот негри­тен­ка никак най­ти не могут под­хо­дя­ще­го. Сама­ра, она ведь не сто­ли­ца. И негров водит­ся не так, что­бы пря­мо сесть и выби­рать луч­ше­го. Про­ще купить себе био­туа­лет с достав­кой на дом, чем негри­тен­ка най­ти. Реклам­ный мене­джер N вни­ма­тель­но слу­ша­ла, дол­го дума­ла. А потом настой­чи­во ходи­ла в раз­ные места, к началь­ству раз­ной сте­пе­ни важ­но­сти, и все гово­ри­ла, гово­ри­ла, что вот лич­но она соглас­на и без вся­ко­го негри­тен­ка ездить на лиф­те, и нече­го из-за при­хо­ти несо­зна­тель­ных лич­но­стей лишать чест­ных слу­жа­щих заслу­жен­ных удобств.

Меня вооб­ще часто подо­зре­ва­ют, и совер­шен­но бес­поч­вен­но, в том, что я шучу. Послед­ний раз слу­чай на почте про­изо­шел. На почту я пошла, что­бы полу­чить денеж­ный пере­вод. Все мои меро­при­я­тия по полу­че­нию денег через раз­лич­ные пла­теж­ные систе­мы про­хо­дят более или менее неудач­но. Даже не знаю, с чем это может быть свя­за­но, может быть, это голос ноосфе­ры или миро­во­го разу­ма. И он мне вполне раз­бор­чи­во гово­рит, что без денег я буду мно­го счаст­ли­вее. Напри­мер, минув­шим вос­кре­се­ньем ищу Вестерн Юни­он, что­бы рабо­тал. Все-таки выход­ной день. Нахо­жу Вестерн Юни­он — на глав­поч­там­те. Стою в оче­ре­ди. Там что-то такое, на глав­поч­там­те, навер­ное, служ­ба Еди­но­го окна. То есть, все­воз­мож­ные опе­ра­ции про­во­дят­ся одной девуш­кой в синей жилет­ке, доволь­но недру­же­люб­ной. В воло­сах у нее огром­ная закол­ка, похо­жая на кокош­ник дет­са­дов­ской сне­гу­роч­ки. Ста­руш­ке впе­ре­ди сне­гу­роч­ка кричит:

- Раз­во­ра­чи­вать надо кви­тан­ции! У меня руки не казен­ные! Не нани­ма­лась я всем вам тут кви­тан­ции раз­во­ра­чи­вать! Свер­нут, пони­ма­ешь, кви­тан­ции! А я разворачивай!

Ста­руш­ка ика­ет от ужа­са. Я вспо­ми­наю ста­рый анек­дот про боль­ные руки и вый­ти замуж и сме­юсь внут­рен­ним смехом.

Дядеч­ке в рас­пах­ну­том хоро­шем паль­то сне­гу­роч­ка с удо­воль­стви­ем воз­вра­ща­ет пред­ва­ри­тель­но раз­вер­ну­тые бума­ги, и кри­чит другое:

- Муж­чи­на! Я не возь­му у вас этот пла­теж! Вот этот возь­му, этот тоже, может, возь­му, а вот этот — не возь­му! Это вам в Сбер­банк надо! И сезон­ку я вам не про­дам пен­си­он­ную! Я не бра­ла их сего­дня. Дума­ла, пен­си­о­не­ров не будет! Да толь­ко куда же от вас денешь­ся! Дома не сидит­ся вам, старым!

Дядеч­ка груст­но отхо­дит, ему явно не нра­вит­ся, что его гром­ко назва­ли ста­рым. Он тихо объ­яс­ня­ет никому:

- Для сест­ры покупаю.

- А я и смот­рю, вы не похо­жи на пен­си­о­не­ра, — гово­рю я, груп­па неза­ви­си­мой поддержки.

Навер­ное, это я делаю зря, сне­гу­роч­ка не одоб­ря­ет тако­го попу­сти­тель­ства. Она спра­ши­ва­ет меня резко:

- Так, отку­да ожи­да­ем перевод?

- Из Пуш­ки­на, — отве­чаю я.

- Что это такое — Пушкина?

- Это город. Неболь­шой. Близ Санкт-Петербурга.

- Так, это понят­но, но стра­на-то какая?

Я удив­ля­юсь. Неуве­рен­но уже отвечаю:

- Рос­сия.

- Рос­сия! — удо­вле­тво­рен­но про­из­но­сит сне­гу­роч­ка, — да вы шутите!

А я нисколь­ко не шучу. С чего бы мне шутить на такие жиз­нен­но важ­ные темы. Сне­гу­роч­ка про­дол­жа­ет, в Еди­ном окне.

- Рос­сия, жен­щи­на, не наша область! Мы, жен­щи­на, с Рос­си­ей не рабо­та­ем! Толь­ко даль­нее зару­бе­жье! О чем и пишем для ваше­го све­де­ния! Вот, прочитайте-ка!

Она пока­зы­ва­ет мне на стек­ло перед собой, там накле­ен акку­рат­ный лого­тип Вестерн Юни­он. Я читаю.

- Нет-нет, вы не туда смот­ри­те! Я стен­ную газе­ту имею в виду! Большую!

Кру­чусь на месте, зачем-то пыта­юсь отыс­кать взгля­дом стен­ную газе­ту. Нет газеты.

- Сня­ли уже, — под­твер­жда­ет сне­гу­роч­ка, — и то вер­но, она чуть не год висит, всем обрыд­ла уже. Так вот, жен­щи­на, в нашей стен­ной газе­те было про­сто и ясно напи­са­но: «Вестерн Юни­он. Руко­по­жа­тие через оке­ан». А вы шути­те про Россию.

Боль­ше я про Рос­сию реши­ла не шутить. А то еще попа­дет на глав­поч­там­те. Тем более, что и дру­гих вдо­воль тем. Напри­мер, подру­га оза­да­чен­но сооб­ща­ет, что обна­ру­жи­ла в соб­ствен­ном теле­фоне, в пап­ке «Чер­но­ви­ки», сооб­ще­ние «Иди­те на фиг». С вос­кли­ца­тель­ным знаком.

- Пред­по­ло­жи­тель­но, — вол­ну­ет­ся она, — я кому-то это хоте­ла ото­слать! Но кому? Зачем? Не помню!

- Отлич­ное сооб­ще­ние, — гово­рю я, — вполне себе ува­жи­тель­ное. На «Вы».

Подру­га предполагает:

- Думаю, я гото­ви­лась таким обра­зом пошутить.

- Конеч­но, — согла­ша­юсь я, — думаю, текст надо в зане­сти в «Шаб­ло­ны». Что­бы веселее.

Я вот тоже как-то просну­лась, а послед­ний набран­ный мною номер — 789. При­чем про­дол­жи­тель­ность звон­ка око­ло трех минут. До сих пор не знаю. С кем это мы всё обща­ем­ся, через океан.