Недавно искала улицу Гаражную. И искала ее не просто так, а по заданию редакции — редакция решила моими силами возродить старую добрую рубрику «журналист меняет профессию», и направила меня якобы трудоустроиться в массажный салон. Редакцию привлекла вывеска: «Тайский массаж, девушки из Самары и Челябинска». Почему из Челябинска? – спрашивала меня редакция с восторгом. И жадно требовала ответа.
Гаражную я нашла не сразу; в этом был виноват один коллега. Он отмел все мои предположения о правильном расположении улицы, решительно заявив: «Ты думаешь, почему она называется: Гаражная? Это потому, что на ней куча гаражей! А где куча гаражей? Рядом с Клинической больницей». «Мне так-то не нужны гаражи, — сказала я, — мне бы массажный салон. С девушками». «Где гаражи, там и девушки», — со смехом ответил коллега.
И я очутилась на территории Клинической больницы. Там активно велись малые строительные работы. Гаражи наличествовали. Меж ними взрывали скверный асфальт таджики. Грохотали отбойные молотки. Русские рабочие курили. Боевые коты орали. За кирпичными стенами корпусов старинной постройки стонали больные. Медсестры хищно сплетничали о докторах. Голуби ели размоченный хлеб. Голубей прикармливала больничная повариха, высокая женщина с лицом индийской богини Кали. Очевидный прораб в оранжевой каске нехотя ответил мне, что, слава богу, никакой улицы Гаражной он сроду не знал. Загребая ногами пыль, я выбралась наружу.
Но необходимую улицу нашла, как не найти. Она сразу мне понравилась. Скажу откровенно: улица Гаражная – это буквально музей современного искусства. Вот в Нью-Йорке – музей Гуггенхайма, в Париже – центр Жоржа Помпиду, а в Самаре – улица Гаражная. Надо бы для симметрии узнать, что там в Челябинске, как с современным искусством.
Экспозицию открывает предельно концептуальный ржавый фонарь. Фонарь крив, кос, наверняка недееспособен, но имеет кокетливый указатель: «Салон Красоты ИЗАБЕЛЬ». Фоном служит недостроенное, но впечатляющее своими псевдоготическими пропорциями здание Церкви Божией христиан веры Евангельской пятидесятников. Название запоминала по частям, но еще более меня возбудило объявление: «В Церкви проходят евангелизационноблаготворительные акции».
На следующем фасаде зеленеет бодрая офисная табличка «ООО Изыскатель»: «Землеустройство и Межевые дела». Межевые дела! Богатый заголовок. Любая тема с таким заголовком приобретет метафизический оттенок и глубину. Так можно заканчивать фразу: ну все, пока! межевые дела!
Ноги несут меня дальше, дальше, сердце взволнованно стучит: «ЗАЙМ СРОЧНО на любые цели до 25 000 рублей» — счастливая идея. Вдруг у какого клиента тайского массажного салона плоховато с наличными? Надо все предусмотреть. До двадцати пяти тысяч.
У входа в банк болтают две красивые девушки (из Самары и Челябинска?). Одна говорит: «А я предупреждала тебя, ты с этим Витькой хлебнешь». Вторая отвечает: «Да! Хлебать я была готова! Но такое!..» Поговоривши, девушки заворачивают за угол и взбираются по лестнице, укрепленной прямо на наружной стене. Лестница насчитывает несколько пролетов и ведет к маленькой железной двери. Девушки останавливаются на миниатюрной площадке под крышей, и поочередно плюют вниз. Определенно, это перформанс.
Недалеко и до видео-арта. Над приземистым зданием без окон и дверей установлен небольшой плазменный экран. На экране вспыхивают и мгновенно пропадают огненные буквы. Из-за скромных размеров экрана слово приходится разбивать на части. «ДИА!» — сообщает экран, а через пару минут лихо подмигивает странным «ГНОС!». Особенно чувствительные пешеходы, прихожане Церкви Божией христиан веры Евангельской пятидесятников, спасаются бегством в этот момент. Но я дожидаюсь последующих «ТИ!» и «КА!», и удовлетворенно продолжаю путь.
Но недолго. Серое, выцветшее, искусственно состаренное брезентовое полотно небрежно закреплено на красном кирпиче. В центре сверкает, переливается всеми оттенками голубого надпись — «новые и б\у». Мощный концепт скрыт в этих простых словах. Новые и б\у! Это же обо всем, это же про всех нас! Любовь – новая и б\у, дружба — новая и б\у, работа — новая и б\у, мысли — новая и б\у, чувства — новая и б\у. Деньги. Сомнения. Страхи. Надежды. Всё.
Взволнованная, просветленная, двигаюсь дальше. Чу! Вот и он. «SPA –салон», скромно гласит небольшая изысканная вывеска на банере. Первый этаж многоэтажного дома. Камера видеонаблюдения подглядывает. У входной двери переговорное устройство. Большой черный автомобиль припаркован рядом. Шофер читает юмористический журнал, греясь на солнце.
«Здравствуйте!» — говорю переговорному устройству.
«А вы кто?» — с челябинской прямотой интересуется устройство.
«Да вот, — вру я, — тут на остановке люди говорили… Вроде бы как вы персонал набираете. Девушек из Самары!»
Шофер большого черного автомобиля прерывает чтение и выходит рассмотреть меня подробнее. Осмотром остается недоволен, кривит под усами рот и возвращается к анекдотам. Переговорному устройству я тоже не понравилась.
«Эээ, — говорит оно горячо, — вас обманули. На самом деле, у нас… ээээ… все в порядке с персоналом! Никого мы не набираем, даже не планируем! »
Шофер ржет. Устройство не останавливается: «А что касается спа-услуг, то у нас они только по предварительной договоренности. Всего доброго!»
Шофер выказывает мне пролетарское сочувствие: «Слышь, девка, а чего тебя сюда понесло-то? Ты вроде собой не глупая, а так не первой молодости. Я тебе вот что скажу: таксомоторная компания диспетчера ищет! Вот эта работка для тебя!»
«Спасибо», — с чувством благодарю я участливого шофера. Я хочу даже пожать ему руку, но не решаюсь. Униженно бреду Гаражной тропою, мимо объектов contemporary art.
Жжёт Апрелева. Красава. Ужель не знала никогда, что массаж и гетеры — суть одно и тоже. В скале функционирует легальный массажный салон. Интима нет, но сексуальную разрядку — гарантируют))