ВАСИЛИЙ ГАТОВ: «Что делать, кто виноват, куда податься?»

По версии аналитиков, у бумажных медианосителей дела в скором времени будут обстоять не так гладко, как в недавнем прошлом. Повсеместно внедряется целое поколение молодых профессионалов, которые полностью «оцифрованы». Современные редакции уже сейчас больше напоминают экспериментальные лаборатории, постепенно начала пропадать дистанция между читателем и писателем. По версии Василия Гатова, интервью с которым вы можете прочитать ниже, нас всех ждёт появление нового типа медиа, где повестку дня объявляет читатель, а не редактор; и здесь всё как в Конституции: «Единственным субъектом власти является народ».

Василий Гатов — вице-президент Гильдии издателей, член Правления IFRA, рассказал «Новой» о медиа как об объекте деятельности человека, как о развивающейся среде коммуникации, а также о медийных трендах и будущем медиа. Василий ведет блог, под названием «Пост-журналист», который озаглавлен тремя вопросами: «Что делать, кто виноват, куда податься?»

Василий Гатов

Вице-президент Гильдии издателей, член Правления IFRA.

Окончил факультет журналистики МГУ им. Ломоносова. Работал обозревателем в газетах «Московский комсомолец», «Неделя», «Известия», затем редактором отдела, членом редколлегии еженедельника «Мегаполис-Экспресс». В 1991–1992 годах был пресс-секретарем Фонда Сороса.

В середине 90-х стал продюсером телепрограмм для зарубежных телекомпаний BBC, ABC News, WTN, ZDF. С 1996 года – заместитель гендиректора телеканала «Ren TV». С 2000 по 2004 год – издатель журналов «Цветной телевизор», «Сериал».

В 2005 году стал заместителем гендиректора издательства газеты «Труд». C 2006 года – директор по управлению медиаактивами Группы «ПромСвязьКапитал». С июня 2007 года – в ЗАО УК «Первая полоса» (ныне – ЗАО «Медиа3»)

Slon.ru

— Можно ли говорить о том, что медиаиндустрия сейчас переживает трудные, кризисные времена?

— Ну, можно ответить известной цитатой про «бывали хуже времена, но не было подлей» — что в значительной степени отражало бы как деловую ситуацию для СМИ в целом, так и ситуацию с профессиональными вопросами в журналистском цехе. Думаю, что диагноз, поставленный многими наблюдателями — как изнутри индустрии, так и снаружи — еще в начале кризиса 2008-2010 годов, остается точным: СМИ находятся в трех синхронных кризисах — финансовом (как и любая другая индустрия), системном/кризисе бизнес-моделей (перестают или уже перестали работать традиционные способы создания прибавочной стоимости, а новые не дают ни того эффекта, ни того масштаба, которых требует имеющаяся инфраструктура) и в кризисе метода (т.е. системы массовых вещательных коммуникаций и связанных с ней жанров, форм, нарративов и других элементов того, что мы называем медиапространством).

— Вы говорили о том, что традиционные медиа сожмутся в два раза. Как скоро вы прогнозируете этот процесс и как, по вашему мнению, будет выглядеть медиасообщество будущего?

— Думаю, что процесс «сжатия» идет достаточно интенсивно. Основные «потери» сегодня несет затратная часть медиа-бизнеса — издатели/вещатели снижают, насколько возможно, расходы на создание контента. «Два раза» тут довольно трудно поймать — ведь параллельно с продолжающими существовать «айсбергами» той же прессы («АиФ», «КП», «большой глянец», «Коммерсант», «Ведомости», государственные СМИ) постоянно идет процесс вымирания и возрождения других изданий, менее заметных на рынке. Единственное, что объединяет все известные мне медиапроекты сегодня, — стремление потратить как можно меньше денег на создателей их содержания. Ответная реакция потребителя будет — и ни при каких обстоятельствах не будет положительной; вместе со снижением интереса или лояльности к сильно экономящим СМИ пойдет и снижение тиражей, аудиторий, рекламных возможностей и так далее. Полагаю, что основные процессы «сжатия» для традиционных печатных СМИ будут происходить в 2011-2012 годах на фоне активного роста рекламной выручки Интернета и платного ТВ.

— Можно ли сказать, что Интернет в настоящее время взял на себя практически все функции печатных СМИ?

— И да, и нет. В Интернет в значительной степени сместилось то, что называется «работой над повесткой дня». И не потому, что там больше свободы или меньше цензуры. Просто в интерактивной среде удобнее и быстрее. Интернет, безусловно, заменил большому количеству, прежде всего, молодых людей (моложе 1980 года рождения), печатные СМИ — но не на 100% (пока); что касается более старших аудиторий (1960-1980 года рождения), Интернет дополнил и расширил медиапотребление. Более возрастные россияне активно осваивают сейчас интернет, но они пришли в сетевые СМИ с очень серьезными предубеждениями — как относительно их качества, так и относительно релевантности (т.к. бренды Интернет-медиа очень молоды по сравнению, скажем, с газетными и даже телевизионными). Наконец, эффективный охват Интернет-медиа (т.е. доля потребителей информации, которые ежедневно или несколько раз в неделю потребляют свежие новости Росии и другой контент именно в Интернете) пока не больше 12% от взрослого населения РФ (около 12 млн. человек). Это меньше, чем даже у прессы, измеряемой TNS, — около 700 федеральных и региональных изданий имеют охват около 28% взрослого населения — а в РФ реально выходят около 7000 изданий.

— Каким отечественным изданиям, по вашему мнению, ничего не угрожает в связи с происходящей технологической революцией?

— Нет таких, увы. Может быть, научная периодика и некоторые b2b-территории, вроде бухгалтерской прессы — и то, там активно внедряется молодое поколение профессионалов, которые полностью «оцифрованы».

— Как вы относитесь к партизанской журналистике? Считаете ли вы, что блогер может заменить журналиста?

— Блогер не всегда журналист-партизан, да? Зачастую и не журналист. Поэтому разделим ответ на две части, и сначала о второй. Скорее всего, в ближайшие 5-10 лет, под давлением названных выше кризисов, постепенно выработается новая ремесленная модель журналистики — которая адаптирует необходимые технологии у блогеров, определит более точно и жестко границу между двумя ипостасями одной, в общем-то, деятельности — информационной. Это постоянная тема дискуссии во всех профессиональных изданиях, на конференциях и круглых столах. Разница между «журналистом» (платным профессионалом, работающим в масс-медиа организации или по ее прямому заказу) и «блогером» (добровольно и, как правило, бесплатно, выполняющим работу по информированию о том, чему он сам был свидетелем или участником — очень важно понимать, что блогер-комментатор или блогер-сплетник с журналистикой связан только тем, что пользуется алфавитом) достаточно очевидна. Ее, эту разницу, со временем зафиксируют и в законах.

Партизанская журналистика — это то, что Ленин называл «коллективным организатором»? Если именно это вы имели в виду, то у нее огромное будущее. И профессионалы еще имеют шанс не только поучаствовать в процессе, но и возглавить его. Использование СМИ для того, чтобы формировать сообщества и помогать решать проблемы этих сообществ, — фундаментальная часть роли СМИ в обществе. Существуя десятилетиями в рамках вещательной модели (мы пишем — они читают), журналисты относятся, в своем большинстве, к читателям, как минимум, свысока — полагая, что «допущенность» к редакционной деятельности дает ответы на все вопросы и информацию обо всем, что важно. А это далеко не так. Партизанская журналистика как раз и возникает там, где традиционные СМИ либо высокомерно, либо трусливо не видят общественного интереса.

— Как выглядит современный потребитель медиа? Можно ли говорить о постепенном отмирании медиа на бумаге, так как поколение 20-летних газет не читает?

— Очень общий вопрос. Выглядит так, как выглядит общество. Доля людей, находящихся вне массовых коммуникаций, в современном обществе ничтожно мала. Если говорить обо всех российских бумажных СМИ, то их «коренному» потребителю около 45 лет, он на 45% мужчина, на 55% женщина, на 75% он проживает в крупных городах (более 300 тыс. жителей), с неполным высшим образованием и т.д. Про 20-летних — очевидно, что такая проблема существует. Однако зачастую им просто никто не предлагал релевантного бумажного продукта: конечно, 20-летнему неинтересно читать «АиФ» или даже «Спорт-Экспресс» — по средам или наутро; он все эти новости уже получил в цифровом виде. А вот то, что «не пролезает» в Сеть, — это им кто-нибудь предлагал?! Нет, потому что там не видно денег, а издательских бизнес не есть благотворительность.

— Какие главные медийные тренды на данный момент времени вы можете перечислить?

— СМИ-приложения для мобильных устройств — от телефонов до планшетов.

— Продолжение смертельной гонки за фрагментированными аудиториями — вместо объединения и пакетирования (что важно не только с рекламной, но и редакционной точки зрения).

— Конкуренция «цифровых мигрантов» (офлайновых СМИ, сделавших Интернет-версии) с «цифровыми аборигенами» (СМИ, которые изначально создавались как Интернет-медиа) входит в самую интересную фазу — естественный рост аудитории подходит к концу, и нужно бороться не просто за трафик, но и за лояльность.

— Вы говорили о том, что, вероятно, всех нас ждет device-based future, типологию медиа определят девайсы и их развитие. Как, по вашему мнению, будет выглядеть новый медианоситель?

— Да, и продолжаю придерживаться этого мнения. Скорее всего, это будут «умные поверхности», которые будут становиться «экраном по требованию», при этом информацию о вашем медиапотреблении они будут получать от вашего будущего мобильного телефона, связываться с которым будут через беспроводной интерфейс. Этой «умной поверхностью» может быть и рабочий стол, и столик в ресторане, и стена дома, и специальный персональный экран, возможно, складывающийся, как лист бумаги, или сворачивающийся в трубочку толщиной и размером с авторучку. До появления голографических трехмерных интерфейсов это будет пара девайсов — коммуникационный девайс (потомок мобильного телефона, ваш цифровой медиапаспорт и поставщик связи) и визуальная компонента.

— В одном интервью вы назвали опинион-мейкера закомплексованным задротом, который свои представления о жизни черпает из не связанных с жизнью источников. Откуда должен черпать информацию человек, формирующий общественное мнение?

— Такой вопрос с тройным дном, ну да ладно…

Если эксперт хочет публично высказываться по определенному кругу вопросов, он должен, как минимум, располагать системными знаниями и продолжительным личным опытом, применимым к интересу. Системные знания — не ученая степень, но широкий культурный и исторический контекст проблемы (даже если проблеме от роду 30 лет, как Интернету, у него есть своя история), как минимум. Эти знания должны постоянно обновляться — эксперт должен участвовать и в теоретической, и в практической работе по определению, скажем, индустриального прогноза, стандартов, правил, законов. Основными источниками такой информации являются, как правило, индустриальные СМИ (как онлайновые, так и офлайновые), выставки, конференции, круглые столы. Эксперт обязан быть общительным и интересным другим участникам индустриального процесса человеком: с ним должны делиться не только «пикантными новостями», но и реальными вопросами и проблемами — только анализируя наличие проблем у одних и решений у других, эксперт в состоянии видеть, какие возможности открывает рынок или просто прогресс. Нужно быть любопытным и внимательным читателем, слушателем и собеседником. Огромное значение имеет способность работать с иноязычными материалами — равно как и знание иностранного контекста для своей проблематики. Желательно еще разбираться — хотя бы на уровне продвинутого любителя — в макро- и микроэкономике.

Web 3.0

Данное определение было опубликовано в личном блоге руководителя Netscape.com, создателя поискового стартапа Mahalo.com и сети сайтов Weblogs Джейсона Калаканиса (Jason Calacanis) [1] 10 марта 2007 года. Оно базируется на общем положении, что Web 2.0 — по своей сути, технологическая платформа, позволяющая на своей основе практически бесплатно создать ряд сервисов. Подобная доступность привела к появлению огромного количества однообразных ресурсов, что, соответственно, девальвирует ценность большинства из них. На смену технологической платформе Web 2.0 призвана прийти третья — культурная версия Web, используемая профессионалами для создания нового — интересного и полезного — контента.

wikipedia.ru

ВАСИЛИЙ ГАТОВ: «Что делать, кто виноват, куда податься?»”: 1 комментарий

  1. Все это великолепно, но почему нет никакой реакции на последние события в москве?!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *