А нам, друзья, нужна одна Победа…

Мне посчаст­ли­ви­лось родить­ся в одной из союз­ных рес­пуб­лик Совет­ско­го Сою­за. Так сло­жи­лось, что в семье мало рас­ска­зы­ва­ли о войне. В 1941‑м мое­му отцу было четы­ре года, и его рас­ска­зы были в основ­ном о воен­ном дет­стве. Деду в тот момент был 51 год. На войне он не был. Из семьи на фронт отпра­вил­ся толь­ко мой дядя, стар­ший брат отца. Он ушел в самом нача­ле вой­ны доб­ро­воль­цем. Было ему 20 лет, он был моло­дым акте­ром Тби­лис­ско­го рус­ско­го теат­ра им. А.С. Гри­бо­едо­ва. Дядю отпра­ви­ли в Керчь. Даль­ней­шая его судь­ба, как и судь­ба сотен его сооте­че­ствен­ни­ков, неизвестна. 

На «раз­вал Сою­за» при­шлись школь­ные годы мои и моих сверст­ни­ков. СССР боль­ше не суще­ство­ва­ло, но на уро­ках пения мы про­дол­жа­ли учить фрон­то­вые пес­ни. Хотя мы не успе­ли всту­пить в октяб­ря­та и пио­не­ры, не води­ли нас в парк Побе­ды с цве­та­ми, у нас нико­гда не было сомне­ния в том, кто участ­во­вал в Вели­кой Оте­че­ствен­ной войне и кто в ней побе­дил. Побе­дил совет­ский народ, госу­дар­ство, кото­ро­го уже не суще­ство­ва­ло, но нам бы и в голо­ву не при­шло делить Побе­ду меж­ду наро­да­ми, насе­ляв­ши­ми СССР, взве­ши­вая долю уча­стия каж­до­го в дости­же­нии цели. Думаю, так счи­та­ли и наши сверст­ни­ки из дру­гих брат­ских республик. 

Но вре­ме­на меня­ют­ся, меня­ет­ся и отно­ше­ние к оте­че­ствен­ной исто­рии. Если верить сло­вам дирек­то­ра Госу­дар­ствен­но­го архи­ва Рос­сии Сер­гея Миро­нен­ко, то вой­ну, ока­зы­ва­ет­ся, выиг­рал не совет­ский народ, а имен­но рус­ский. Это заме­ча­тель­но, что суще­ству­ют архи­вы, кото­рые хра­нят важ­ные доку­мен­ты. И есть надеж­да, что нико­гда не про­изой­дет уни­что­же­ние доку­мен­тов, хра­ня­щих историю.Заглянув на фору­мы и сай­ты, где обсуж­да­ет­ся воен­ная исто­рия, мож­но най­ти тыся­чи людей, под­дер­жи­ва­ю­щих эту точ­ку зре­ния: побе­ди­ла в Вели­кой Оте­че­ствен­ной войне Рос­сия, а не Совет­ский Союз. Когда я про­хо­дил по пло­ща­ди Куй­бы­ше­ва в дни празд­но­ва­ния 65-летия Побе­ды, я видел ту же самую кар­ти­ну, огром­ное изоб­ра­же­ние само­ле­та Ил‑2, про­из­во­ди­мо­го в Куй­бы­ше­ве в годы вой­ны, на фоне рос­сий­ско­го три­ко­ло­ра. Было на пло­ща­ди и Зна­мя Побе­ды, но обыч­но­го раз­ме­ра. Это зна­чит, что если мое поко­ле­ние еще может ассо­ци­и­ро­вать Побе­ду с крас­ным зна­ме­нем, с совет­ским наро­дом, то буду­щим поко­ле­ни­ям это­го уже не дано, раз­ве что ком­му­ни­стам. Если сле­до­вать этой логи­ке, то полу­ча­ет­ся, что мой дядя не побе­ди­тель. Да, он внес неко­то­рый вклад в дело Побе­ды, как и 80 тысяч погиб­ших гру­зин (по неко­то­рым дан­ным 300 тысяч), но он не побе­дил. Инте­рес­но, каки­ми гла­за­ми смот­ре­ли бы сто­рон­ни­ки этой идеи в гла­за Мели­то­ну Кан­та­рия или его мно­го­чис­лен­ным род­ствен­ни­кам, про­жи­ва­ю­щим в Сама­ре. Выхо­дит, что и он, уро­же­нец села Джва­ри Гру­зин­ской ССР, не побеж­дал в этой войне. А Зна­мя Побе­ды над Рейхс­та­гом он уста­но­вил для побе­див­ше­го рус­ско­го наро­да. Может, все-таки совет­ско­го? Или мода послед­них лет делить всех по этни­че­ско­му при­зна­ку рас­про­стра­ни­лась и на вете­ра­нов Вели­кой вой­ны, орде­но­нос­цев и безы­мян­ных геро­ев, зара­бо­тав­ших Побе­ду сво­ей кровью?