Выдающийся ракурс

Наше­му глав­но­му кинок­лу­бу – 30 лет. По это­му пово­ду руко­во­ди­тель клу­ба Миха­ил Купер­берг бесе­ду­ет о ракур­се нашей жиз­ни с раз­ны­ми зри­те­ля­ми. Пред­ла­га­ем ваше­му вни­маю бесе­ду с глав­ным редак­то­ром «Новой газе­ты в Повол­жье» Ильей Суль­ди­ным. Дру­гие интер­вью http://vkontakte.ru/video.php?id=71230593

Про­дол­жа­ем интер­вью, посвя­щен­ные пред­сто­я­ще­му трид­ца­ти­ле­тию «Ракур­са», и сего­дня у нас в гостях Илья Суль­дин. Когда вы нача­ли ходить в «Ракурс», может, вы помни­те даже фильм? И что для вас тогда был «Ракурс», в те годы? 

На самом деле, я пом­ню фильм и когда это было. Это когда «Ракурс» пока­зы­вал пер­вые филь­мы с видео­кас­сет в Доме архитектора.

Но это не «Ракурс»! Это Саша Рахиль­кин делал! Мы пока­зы­ва­ли в 4‑ом ГПЗ.

В 4‑ом ГПЗ я тоже был. Самый ран­ний опыт кинок­лу­ба – это совсем в малень­ком воз­расте я был в Доме куль­ту­ры Стан­ко­за­во­да. Но это еще Тар­су­ков делал. Когда я попал в «Ракурс», допод­лин­но не узна­ешь, но это был конец вось­ми­де­ся­тых, пото­му что имен­но тогда я уви­дел одним из пер­вых (запад­ных) филь­мов «Блоу-Ап» Анто­ни­о­ни, потом я уви­дел филь­мы Года­ра, и доволь­но много. 

Но это на ретро­спек­ти­ве 92-го года.

Что-то ведь и до это­го было. «На послед­нем дыха­нии»! На тот момент имен­но «На послед­нем дыха­нии» на меня наи­боль­шее впе­чат­ле­ние про­из­ве­ло. Сей­час, конеч­но, мы живем совсем в дру­гую эпо­ху поиск филь­мов про­ис­хо­дит без про­блем при помо­щи Интер­не­та. Но тогда было очень мно­го филь­мов, про кото­рые мы чита­ли, но видеть их не виде­ли. И в книж­ках типа гос­по­ди­на Кукар­ки­на про идео­ло­ги­че­скую борь­бу были кад­ры из «Забри­с­ки Пойнт» и «120 дней Содо­ма», и есте­ствен­но, что все это вызы­ва­ло беше­ный инте­рес, с одной сто­ро­ны, как и вся эта куль­ту­ра, тогда совер­шен­но неиз­вест­ная. А с дру­гой сто­ро­ны появи­лась воз­мож­ность все это уви­деть воочию. И, конеч­но, новая вол­на фран­цуз­ская очень силь­ное впе­чат­ле­ние про­из­ве­ла. Ну, навер­ное, нео­ре­а­лизм, Фел­ли­ни в мень­шей сте­пе­ни и какие-то совсем неожи­дан­ные филь­мы типа того же Руи­са, кото­рый тогда появил­ся. Я с тех пор его и не видел больше. 

То есть «Ракурс» был окном в неве­до­мый мир, узна­ва­лись име­на, узна­ва­лись новые тече­ния, то есть они уже не были новы­ми на тот момент. 

На самом деле они, конеч­но, были новы­ми. Если вспом­нить ситу­а­цию, когда показ филь­ма «Анда­луз­ский пес» вызвал безум­ный ажи­о­таж. И я знаю людей, кото­рые его отсю­да (из кино­буд­ки) смот­ре­ли, а я, напри­мер, вооб­ще не попал. Пото­му что при­шел поздно.

Ну, да. Было такое. 

И на самом деле эти откры­тия были огром­ной радо­стью и сча­стьем, осо­бен­но пото­му, что вещи, кото­рые отно­сят­ся к клас­си­ке (кино), и, услов­но, в Евро­пе ее люди име­ют воз­мож­ность посмот­реть когда угод­но, мы ее откры­ва­ли ско­пом, в боль­шом коли­че­стве, и за год мож­но было узнать о кино боль­ше, чем за всю преды­ду­щую жизнь. И вот это пери­од кон­ца вось­ми­де­ся­тых. И то, что Миха­ил Яко­вле­вич и Вале­ра Бон­да­рен­ко были очень зна­ю­щи­ми людь­ми, про­грам­ма и поли­ти­ка «Ракур­са» уже тогда были доста­точ­но выстро­е­ны, и за эти год-пол­то­ра у людей мое­го поко­ле­ния, кто инте­ре­су­ет­ся кино, вкус и сформировался. 

Ну а потом, что про­изо­шло? И что про­ис­хо­дит сейчас?

Да я не знаю, что про­ис­хо­дит. Мне кажет­ся, все то же самое. Пото­му что в этой про­све­ти­тель­ской рабо­те очень важен уро­вень и ваша заслу­га, и заслу­га Вале­ры очень вели­ка. Несмот­ря на то, что этот мир стал для нас гораз­до доступ­нее и мно­гие вещи сей­час вооб­ще доступ­ны по одно­му кли­ку, вот этот под­бор и внят­ная поли­ти­ка очень силь­но помо­га­ют «Ракур­су» и фор­ми­ру­ют эсте­ти­че­ское вос­при­я­тие. Да, назо­вем ее интел­лек­ту­аль­ной эли­той. Хотя в прин­ци­пе, кто у нас явля­ет­ся интел­лек­ту­аль­ной эли­той – это отдель­ный вопрос, для отдель­но­го обсуждения…

Кине­ма­то­граф каким пред­став­ля­ет­ся? Кине­ма­то­граф в целом и кине­ма­то­граф, кото­рый мы здесь про­па­ган­ди­ру­ем и культивируем. 

Кине­ма­то­граф пред­став­ля­ет­ся очень инте­рес­ным… Он сохра­ня­ет свою чудес­ную ауру, и «Ракурс» ее очень хоро­шо пере­да­ет. Пото­му что здесь очень-очень инте­рес­ная поли­ти­ка, раз­но­сто­рон­няя и очень веро­тер­пи­мая, я считаю.

Я все­гда счи­тал, что надо пока­зы­вать не толь­ко то, что нам с Бон­да­рен­ко и еще нашим дру­зьям нра­вит­ся. Если бы мы огра­ни­чи­лись толь­ко тем, что нам нра­вит­ся, навер­ное, это было бы непра­виль­но. Даже если взять пер­вый сезон кинок­лу­ба «Ракурс» — вось­ми­де­ся­тый год! Мы откры­ва­лись «Рабой люб­ви», в этом або­не­мен­те был «Кон­фор­мист», тогда мы были огра­ни­че­ны репер­ту­а­ром кино­про­ка­та, было «Нача­ло» Гле­ба Пан­фи­ло­ва, было «Вос­хож­де­ние» Лари­сы Шепить­ко, был «Мая­ков­ский сме­ет­ся» Ютке­ви­ча, была ани­ма­ция Нор­штей­на и было что-то из гру­зин­ско­го кино. 

А как это выби­ра­лось? Это ужас­но инте­рес­но! Вось­ми­де­ся­тый год! Тогда все кон­тро­ли­ро­вал Обл­ки­но­про­кат, и вы как-то с ними дого­ва­ри­ва­лись, бра­ли копии филь­мов и про­ка­ты­ва­ли их само­сто­я­тель­но. А вот та же Шепить­ко, она шла в дру­гих кино­те­ат­рах? В «Тре­уголь­ни­ке» шла?

Ну, «Вос­хож­де­ние» в 1977 году вышло и, так же как «20 дней без вой­ны», «Дре­во жела­ний», они фор­маль­но были в про­ка­те. В «Моло­те».

Как сей­час это про­ис­хо­дит? Тот же самый Попо­греб­ский, он типа где-то идет в этих мультиплексах. 

Каких-то лент вооб­ще не было. «Пятая печать» Золта­на Фаб­ри и вен­гер­ские филь­мы, их вооб­ще не пока­зы­ва­ли в горо­де. Сра­зу отправ­ля­ли в деревню.

На самом деле, я вот вспо­ми­наю, соци­а­ли­сти­че­ско­го кино тоже не было. 

Вот это как раз я став­лю нам в заслу­гу, что мы пока­за­ли гру­зин, пока­за­ли литов­цев, пока­за­ли ани­ма­цию, пока­за­ли вен­гров, чехов, поля­ков, бол­гар. Вот эти кро­хи, кото­рые были в про­ка­те. А потом ста­ли сотруд­ни­чать с посольствами. 

А с посоль­ства­ми когда началось?

В восемь­де­сят пятом-шестом. С помо­щью моих мос­ков­ских дру­зей-кинок­лу­бов­цев, они уста­но­ви­ли свя­зи с посоль­ства­ми и орга­ни­зо­ва­ли такие коль­ца, и вот наше коль­цо было Сара­тов-Сама­ра-Тольят­ти-Улья­новск. Четы­ре горо­да – четы­ре кинок­лу­ба. При­ез­жа­ла пере­вод­чи­ца с вен­гер­ско­го языка. 

Из Моск­вы при­ез­жа­ла пере­вод­чи­ца с вен­гер­ско­го язы­ка? Я пом­ню эти фести­ва­ли, мне тогда лет 13–14 было.

Это не фести­ва­ли даже. Это был систе­ма­ти­че­ский показ. Два раза в месяц нам по два филь­ма при­во­зи­ли. То есть в месяц мы смот­ре­ли четы­ре вен­гер­ских фильма. 

А вот Учи­те­ля тогда при­во­зи­ли, фильм «Рок», ваше дело? Год 87‑й был.

В 1986 году нам было раз­ре­ше­но член­ские взно­сы соби­рать. Люби­тель­ским объ­еди­не­ни­ем раз­ре­ше­но было быть. Мы член­ские взно­сы соби­ра­ли и на эти взно­сы при­во­зи­ли Юрия Нор­штей­на, Хржа­нов­ско­го, Алек­сея Учи­те­ля с «Роком», потом Рубинчика.

Рубин­чи­ка я пом­ню, и пом­ню фильм «Рок», пото­му что это было супер­вос­тре­бо­ва­но. Впер­вые на боль­шом экране пока­за­ли всех этих героев.

Да, Гре­бен­щи­ко­ва, Цоя, Шевчука.

Людям сей­час очень труд­но это понять, но это было насто­я­щим откро­ве­ни­ем. Когда ты видишь нечто, что тебя реаль­но пере­во­ра­чи­ва­ет. И это было тогда. Огром­ная заслу­га «Ракур­са» в том, что такая инсти­ту­ция суще­ству­ет и что этим столь­ко лет про­дол­жа­ют зани­мать­ся. Это ведь на самом деле подвиж­ни­че­ство. Тут уж что скром­ни­чать, Миха­ил Яковлевич! 

Ну, подвиж­ни­че­ство. В какие-то годы, мож­но ска­зать, и биз­нес. И сей­час, конеч­но, биз­не­сом это слож­но назвать. 

Какой биз­нес мож­но сде­лать в нашей стране на Ааки Куурисмяке?!

Когда-то на Ааки Куу­ри­смя­ке здесь соби­ра­лось, по пол­за­ла, но собиралось. 

А вот рас­ска­жи­те, какая сей­час дина­ми­ка вку­са, что смот­рят люди? Филь­мы типа «Луны» смот­рят, инте­рес­ны они кому-нибудь?

Чело­век трид­цать было. Хотя мы един­ствен­ные, кто его пока­зал. Так же как и «Девуш­ку по вызо­ву» Содер­бер­га. Ее, кро­ме нас, никто не пока­зы­вал, было чело­век два­дцать. Все рав­но сей­час за неиме­ни­ем вре­ме­ни, из-за при­сут­ствия в интер­не­те, в тор­рен­тах и так далее… Но я могу вам назвать фильм, кото­рый в этом сезоне набрал наи­боль­шее коли­че­ство зри­те­лей. Все рав­но на пер­вом месте «Анти­христ». Сла­ва Богу, на него при­шел народ, и никто из муль­ти­плек­сов его не пока­зал. На «Кис­ло­ро­де» Выры­па­е­ва было мно­го наро­да, но это един­ствен­ный рос­сий­ский фильм, ну еще на «Корот­ком замы­ка­нии» было боль­ше ста чело­век. И на филь­ме «Чудо» Алек­сандра Прош­ки­на. Это фильм о Самаре…

О сто­я­нии Зои!?

Но там свое­об­раз­ная пуб­ли­ка при­шла. А на филь­мах Хлеб­ни­ко­ва, Хоме­ри­ки, Сига­ре­ва, Киры Мура­то­вой, ну Мура­то­ва еще лад­но, семь­де­сят чело­век, хотя в свое вре­мя на «Настрой­щи­ке» было 400!