Путь наверх. Анна Ермолаева.

Ниче­го нет отвра­ти­тель­нее, чем начи­нать рас­сказ о выстав­ке зна­ме­ни­той рус­ской-евро­пей­ской худож­ни­цы фра­зой: но самым забав­ным ока­за­лось встре­тить там ста­ру­ху-гадал­ку. Одна­ко это и вправ­ду при­вле­ка­ло вни­ма­ние: вели­кая спе­ци­а­лист­ка по кофей­ной гуще, она гвоз­ди­ла парад­ный гале­рей­ный пол каб­лу­ка­ми неве­ро­ят­но древ­них туфель и одно­вре­мен­но тростью. 

Трость укра­ша­ла льви­ная мор­да, ее ста­ру­ха как раз и сжи­ма­ла в кула­ке. Рас­смат­ри­ва­ла титуль­ное про­из­ве­де­ний выстав­ки, дав­шее ей назва­ние: стек­лян­ная бан­ка, пол­ная белых и серых мышей, мыши пищат и караб­ка­ют­ся по спи­нам и мор­дам друг дру­га, свер­ка­ют кро­хот­ные ког­ти. Видео-арт «Путь наверх». 

- Я была в шоке, конеч­но, — рас­ска­зы­ва­ет кон­суль­тант гале­реи, ее свет­лые воло­сы наряд­но кон­тра­сти­ру­ют с чер­ным шел­ко­вым пла­тьем, — когда кура­тор про­ек­та объ­явил, что на при­гла­си­тель­ный билет мы долж­ны будем поста­вить вот эти мышей. Что­бы сра­зу обо­зна­чить глав­ную тему! Но мы не можем тако­го сде­лать! Это слиш­ком сме­ло для Сама­ры, сама пони­ма­ешь. Выбра­ли нечто нейтральное. 

Мыши караб­ка­ют­ся, вели­кая ста­ру­ха про­дви­га­ет­ся даль­ше, оста­нав­ли­ва­ет­ся перед сле­ду­ю­щим видео-арт­ом «Иссле­до­ва­ние позы для сна». Крес­ло неудоб­ной фор­мы, такие спе­ци­аль­но кон­стру­и­ру­ют и уста­нав­ли­ва­ют в залах ожи­да­ния аэро­пор­тов, что­бы в них невоз­мож­но было лежать. Но чело­век на экране кру­тит­ся, устра­и­ва­ет­ся на боку, кла­дет под голо­ву руки, закры­ва­ет гла­за. Через пару минут изме­ня­ет поло­же­ние тела. Гово­рят, что этот сюжет непо­сред­ствен­но каса­ет­ся рус­ско-австрий­ской худож­ни­цы, Анны Ермо­ла­е­вой, кото­рая в восем­на­дцать лет эми­гри­ро­ва­ла из Рос­сии и шесть дней ноче­ва­ла на вок­за­ле в чистом и при­лич­ном из евро­пей­ских горо­дов. Город потом Анну Ермо­ла­е­ву при­нял, все хоро­шо сейчас. 

- У худож­ни­цы есть совер­шен­но сума­сшед­шие поклон­ни­ки, — гово­рит кон­суль­тант, — выде­ля­ют в сво­их домах отдель­ные ком­на­ты под её видео-арты. 

Анна Ермо­ла­е­ва дает интер­вью теле­ка­на­лам. Костюм в духе наезд­ни­цы – высо­кие жокей­ские сапо­ги, узкие брю­ки. Ста­ру­ха-гадал­ка ссы­па­ет в ладонь оре­хи с под­но­са, с аппе­ти­том ест. И живет она в какой-то неве­ро­ят­ной глу­ши – пом­ню, наве­ща­ли ее с подру­гой. Подру­гу бро­сил муж, пре­крас­ный чело­век, ушел по зову люб­ви к мас­со­ви­це-затей­ни­це, под новый год изоб­ра­жа­ю­щей деда моро­за со сне­гу­роч­кой, а в осталь­ное вре­мя — веду­щей дра­ма­ти­че­ско­го круж­ка в клу­бе для труд­ных под­рост­ков. Подру­га не мог­ла оста­вить близ­ко­го чело­ве­ка в такой непод­хо­дя­щей ком­па­нии, и быст­ро нашла гадал­ку с при­во­ро­та­ми-отво­ро­та­ми, и слег­ка пор­чей. Несмот­ря на глу­бо­кую душев­ную трав­му, а может быть, и вслед­ствие неё, подру­га была настро­е­на враж­деб­но, и руга­ла все: что за рай­он, как мож­но жить на этой помой­ке, что за дом, а он не рух­нет нам на голо­ву. Ста­ру­ха жила в ста­ром проч­ном сру­бо­вом доме, и рух­нуть он явно не мог.

- Это насто­я­щий скан­дал! – горя­чит­ся кон­суль­тант, — вооб­ра­зи­те себе! С бро­нью на руках извест­ная худож­ни­ца, звез­да миро­во­го уров­ня, при­хо­дит в эту гости­ни­цу, Холидей Инн, а ей отка­зы­ва­ют в засе­ле­нии! Гости­ни­ца Холидей Инн пол­на тол­стых рус­ских желез­но­до­рож­ни­ков, и они запо­ло­ни­ли все номе­ра, вклю­чая и забро­ни­ро­ван­ный! Это скан­дал! И за что мне нра­вит­ся Анна Ермо­ла­е­ва, так это за чув­ство юмо­ра. Она про­сто сре­ди ночи отыс­ка­ла номер в дру­гой гости­ни­це, вот и все.

От видео-арта с поза­ми для сна неда­ле­ко да объ­ек­та «Поце­луй». Худож­ни­ца гово­рит про эту рабо­ту, что здесь, соб­ствен­но, она изло­жи­ло все, что зна­ет о вза­и­мо­от­но­ше­нии полов. В кад­ре муж­чи­на и жен­щи­на в мас­ках Мик­ки-Мау­сов, вид­ны толь­ко голо­вы. Мик­ки-Мау­сы начи­на­ют играть, цело­вать­ся, неж­но поку­сы­вать друг дру­га за круг­лые ушки, но посте­пен­но дви­же­ния в паре ста­но­вят­ся агрес­сив­нее, и вот уже герои в стрем­ле­нии сорвать друг с дру­га мас­ки, ярост­но рвут их зуба­ми. Закан­чи­ва­ет­ся эпи­зод ров­но в тот момент, когда муж­чи­на сры­ва­ет пер­вым мас­ку с жен­щи­ны. Что может иметь мораль – не пытай­тесь раз­об­ла­чить сво­е­го парт­не­ра, на этом все обыч­но кон­ча­ет­ся. Или: как ни прячь истин­ное лицо, его откро­ют. Или: нас всех пора­бо­ти­ли аме­ри­кан­ские пред­став­ле­ния о пре­крас­ном (Мик­ки-Маус – он же отту­да, из Аме­ри­ки, с любовью).

Фото­гра­фия спя­щей жен­щи­ны со спи­ны. Живо­пис­но смя­тая про­сты­ня отте­ня­ет при­под­ня­тое бед­ро. Поло­гая дюна под­ни­ма­ет­ся от уще­лья талии к пле­чу, голо­ва и воло­сы – слов­но сма­зан­ный водо­во­рот, ура­ган на сним­ке из кос­мо­са. Фигу­ра на фоне боль­шо­го окна. В окне – гор­ная гря­да повто­ря­ет очер­та­ния бедра. 

Еще один видео-арт: по обна­жен­но­му жен­ско­му живо­ту ездит алый игру­шеч­ный авто­мо­биль­чик. По гру­ди тоже ездит. Пере­жи­дая офи­ци­аль­ную цере­мо­нию откры­тия, ста­ру­ха-гадал­ка садит­ся на кожа­ный диван­чик и запи­ва­ет оре­хи белым вином. Как она тогда ска­за­ла подру­ге: весь инте­рес у него к тебе был под юбкой, тут и пра­вить-то нече­го. Подру­га ярост­но рыда­ла на ста­ру­хи­ной убо­гой кухне с дро­вя­ной пли­той, и кофе дро­жал в ее руках и выплес­ки­вал­ся тем­ны­ми лужи­ца­ми на древ­нюю кле­ен­ку, и каж­дая лужи­ца напо­ми­на­ла очер­та­ни­я­ми ноль.

В отдель­ном заль­чи­ке дву­мя про­ек­то­ра­ми демон­стри­ру­ет­ся фильм-дабл о путе­ше­ствии Анны Ермо­ла­е­вой на роди­ну пред­ков – в Сибирь. Раз­би­тая доро­га, забро­шен­ные дерев­ни, мно­го­пью­щие люди отве­ча­ют на вопро­сы. Полу­раз­ру­шен­ные дома, пустые коров­ни­ки, изго­родь врос­ла в зем­лю, низ­кое небо и пор­тит­ся пого­да. Навер­ное, зри­тель Австрии пле­щет рука­ми и гово­рит: о май гат! Но рос­сий­ский зри­тель не очень пони­ма­ет смыс­ла, ну раз­ру­ха, ну пло­хо, кто же спо­рит. Такая огром­ная у нас стра­на, гос­подь не успе­ва­ет за всем усле­дить, а дья­вол – успевает. 

Нор­маль­ная выстав­ка, высту­па­ет кура­тор Андрей Пар­щи­ков, раз от разу оде­тый все при­чуд­ли­вее. Мест­ные худож­ни­ки, в меру совре­мен­ные, зло­сло­вят на веч­ные темы. Посто­ян­ная пуб­ли­ка пози­ру­ет свет­ским хро­ни­ке­рам. Ста­ру­ха исче­за­ет как-то неза­мет­но, уно­ся пол­ные кар­ма­ны мин­да­ля. Её ищет, мечет­ся девуш­ка в стиль­ных очках, спра­ши­ва­ет кру­гом: вы не виде­ли? Вы не виде­ли? Никто не видел, а надо, веро­ят­но, немед­лен­но при­во­ро­жить, отво­ро­жить, снять пор­чу и что там? выка­тать на яйцо. 

Мыши не пре­кра­ща­ют сво­е­го дви­же­ния. Извест­но, какая судь­ба уго­то­ва­на мел­ким гры­зу­нам, заде­ше­во про­да­ва­е­мым в семьи с детьми, ног вовсе не так тщет­ны попыт­ки выбрать­ся, про­ло­жить путь по голо­вам и телам сопле­мен­ни­ков, слу­ча­ют­ся и доволь­но удач­ные, мы все зна­ем примеры.