По кругу

Ну вот, Ира дру­жи­ла со Све­той. Это была пре­крас­ная друж­ба и даже в чем-то еди­не­ние их неж­ных сер­дец, Ира зво­ни­ла Све­те каж­дое утро ров­но в восемь пять­де­сят пять, семь минут они обсуж­да­ли насущ­ное, потом рабо­та­ли мене­дже­ра­ми по про­да­жам, в обед встре­ча­лись поесть рол­лов, а вече­ром в тече­ние полу­ча­са бол­та­ли, наконец-то.

Основ­ной темой деви­чьих раз­го­во­ров был Клим. Труд­но оха­рак­те­ри­зо­вать роль Кли­ма и его место в соци­у­ме: он был любов­ни­ком Иры, одно­каш­ни­ком Све­ты и мужем посто­рон­ней всем Пао­лы. Ира встре­ча­лась с Кли­мом по чет­вер­гам, они сни­ма­ли номер в гости­ни­це, затем вызы­ва­ли так­си. Све­та встре­ча­лась с Кли­мом по суб­бо­там, они езди­ли раз­но­пла­но­вы­ми ком­па­ни­я­ми на дачу, топи­ли баню, плес­ка­ли на печ­ку отва­ром эвка­лип­та и вды­ха­ли пары. Пао­ла встре­ча­лась с Кли­мом еже­днев­но, они съе­да­ли низ­ко­ка­ло­рий­ный ужин, обсуж­да­ли буду­щее общей доче­ри, пла­ны на отпуск, и обнов­ле­ние авто­пар­ка. Меж­ду собой три жен­щи­ны были, разу­ме­ет­ся, зна­ко­мы — Пао­ла недо­люб­ли­ва­ла подруг, подру­ги счи­та­ли, что Пао­ла зажра­лась, и все шло сво­им чередом.

Один раз Клим попал в пере­плет. Глу­пей­шая исто­рия, в двух сло­вах и не рас­ска­жешь, в общем, Клим поко­ло­тил опе­ра­ци­о­ни­ста сбер­бан­ка, был взят под стра­жу, пре­про­вож­ден в отде­ле­ние еще мили­ции, отку­да выпу­щен истер­зан­ным и солид­но обни­щав­шим бли­же к ночи. У мили­цей­ско­го поро­га его ожи­да­ли Ира, Све­та и Пао­ла. Они согре­ва­лись в салоне авто­мо­би­ля Пао­лы, горе­ва­ли по пово­ду и пили вод­ку с колой. «Мы теперь луч­шие дру­зья»,- ска­за­ла Пао­ла с удо­воль­стви­ем. Язык ее немно­го заплетался.

Клим был трезв, сел за руль и через пят­на­дцать минут пар­ко­вал авто­мо­биль око­ло той самой чет­вер­го­вой гости­ни­цы. Через трид­цать минут они хохо­том хохо­та­ли на квад­рат­ной кро­ва­ти два на два, три на одно­го, луч­шие друзья.

На сле­ду­ю­щее утро Ира позво­ни­ла Све­те вне гра­фи­ка — про­спа­ла и опоз­да­ла на служ­бу, стар­ший мене­джер него­до­вал. Но уже через день все вер­ну­лось к обыч­но­му поряд­ку: восемь пять­де­сят пять, семь минут, рол­лы на обед, пол­ча­са вече­ром, гости­ни­ца в чет­верг, баня в суб­бо­ту, и Пао­ла еже­днев­но — более не посторонняя.

***

Опе­ра­ци­о­нист выпил вале­рьян­ки, сде­лал глу­бо­кий вдох и досчи­тал до деся­ти. Най­ти в себе силы вый­ти из слу­жеб­но­го поме­ще­ния к окош­ку обслу­жи­ва­ния кли­ен­тов он не мог. Ноги дро­жа­ли, паль­цы раз за разом попа­да­ли меж­ду кла­виш кодо­во­го зам­ка, от чего на весь кори­дор раз­да­вал­ся зум­мер. Опе­ра­ци­о­нист достал пла­ток и про­тер мок­рый лоб.

Дверь откры­ла моло­день­кая кас­сир­ша из отде­ла валют­ных опе­ра­ций. Она отве­ла взгляд от него, сто­ро­нясь, буд­то на нем была какая-то пор­ча, и наро­чи­то быст­ро про­ско­чи­ла на свое место. Еще год назад они были близ­ки. Опе­ра­ци­о­нист даже поду­мы­вал сде­лать ей пред­ло­же­ние, но после того слу­чая вся жизнь пошла напе­ре­ко­сяк. Они рас­ста­лись, хотя он точ­но знал, что у нее до сих пор нико­го нет. Каж­дое утро она спра­ши­ва­ла его: «Ты как?», и он каж­дый раз врал ей: «Все нормально».
У него боль­ше не было име­ни. Был набор слов в гра­фе «потер­пев­ший», были сухие про­то­коль­ные фра­зы, кото­ры­ми раз за разом запол­ня­лись строч­ки про­то­ко­ла задер­жа­ния и кото­рые скры­ва­ли уни­же­ние и жут­кую боль от побо­ев, повто­ря­ю­щих­ся раз за разом. Ни мили­ци­о­не­ры, ни вра­чи, ни даже кол­ле­ги боль­ше не назы­ва­ли его по име­ни. Про­сто «потер­пев­ший». В оче­ред­ной раз. Каж­дый месяц.

Опе­ра­ци­о­нист выл по ночам от бес­си­лия, меч­тая, как одна­жды выши­бет «задер­жан­но­му» моз­ги тяже­лен­ным дыро­ко­лом или выхва­тит у охран­ни­ка в зале писто­лет и выпу­стит всю обой­му в обидчика .

Опе­ра­ци­о­нист сми­рил­ся. Через 20 минут из оче­ре­ди выско­чит тот чело­век, выши­бет дверь в слу­жеб­ное поме­ще­ние и выта­щит его в зал, где будет изби­вать — дол­го и жесто­ко. Потом его будут пытать­ся оста­но­вить охран­ни­ки, свя­зан­ные пра­ви­ла­ми и инструк­ци­я­ми до состо­я­ния «немед­лен­но пре­кра­ти­те». Потом будет мили­ция, ночь в дежур­ке и утро в больнице.

Таб­лет­ка уже нача­ла дей­ство­вать. Появи­лась апа­тия, без­раз­ли­чие ко все­му про­ис­хо­дя­ще­му. Баб­ка перед окном никак не мог­ла нор­маль­но пере­счи­тать сда­чу, виз­жа, что ее все пыта­ют­ся обма­нуть. «Да кому ты нуж­на?» — про­из­нес одур­ма­нен­ный операционист.

«Ты как со стар­ши­ми раз­го­ва­ри­ва­ешь, хам­ло!?» — раз­дал­ся зна­ко­мый голос. Дверь вздрог­ну­ла от уда­ра ноги. Опе­ра­ци­о­нист отвер­нул­ся от при­бли­жа­ю­ще­го­ся про­тив­ни­ка и посмот­рел на кассиршу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.