Стена плача.

Жерт­вы ком­му­наль­ной ката­стро­фы ноче­ва­ли на ули­це, близ рух­нув­шей сте­ны сво­е­го жилища.

В офи­ци­аль­ных доку­мен­тах и дого­во­рах куп­ли-про­да­жи такие дома назы­ва­ют «соору­же­ние построй­ки до 1917 года», неко­то­рым из них везет и доста­ет­ся ранг памят­ни­ка архи­тек­ту­ры тако­го-то зна­че­ния, но боль­шин­ству не доста­ет­ся ниче­го. Дом по Самар­ской, 53Б рас­по­ла­га­ет­ся во дво­ре, сле­ду­ет прой­ти в арку за ресто­ра­ном «Ста­рая квар­ти­ра», точ­но напро­тив зад­не­го крыль­ца Тро­иц­ко­го рын­ка. Это двух­этаж­ный дом – тем­ные дос­ки, крас­ный кир­пич, поко­сив­ши­е­ся окна, хруп­кие сту­пе­ни. Кир­пи­чом в свое вре­мя зало­жи­ли дере­вян­ные сте­ны, для проч­но­сти и теп­ла. Часть такой клад­ки рух­ну­ла вос­крес­ным вече­ром 14 июля, обру­шив север­ный торец здания.

На место про­ис­ше­ствия выеха­ли спа­са­те­ли и сотруд­ни­ки адми­ни­стра­ции Самар­ско­го рай­о­на, окру­жа­ю­щую тер­ри­то­рию оце­пи­ли. В девя­ти квар­ти­рах вет­хо­го дома про­жи­ва­ло 25 чело­век. И тут мож­но было бы вооб­ра­зить, что сча­стью этих людей не будет пре­де­ла, раз чрез­вы­чай­ное про­ис­ше­ствие при­влек­ло вни­ма­ние вла­стей к пла­чев­но­му состо­я­нию их жили­ща. Но не сто­ит это­го вооб­ра­жать, вот в чем дело.

Утром в поне­дель­ник мест­ных жите­лей мож­но было застать в скве­ри­ке напро­тив, они про­буж­да­лись от услов­но­го сна на лав­ках и меч­та­ли о горя­чем чае. Или они меч­та­ли умыть­ся. Тро­иц­кий рынок напро­тив мог предо­ста­вить им эту бес­плат­ную услу­гу в нед­рах сво­е­го обще­ствен­но туа­ле­та (и предо­ста­вил). Адми­ни­стра­ция рай­о­на ноч­ле­гом и гиги­е­ни­че­ски­ми нуж­да­ми постра­дав­ших не озаботилась. 

Свет­ла­на Заду­ми­на, мест­ная житель­ни­ца, ком­мен­ти­ру­ет: «Мы вооб­ще боим­ся что-либо им ска­зать. Вот сей­час утром были на при­е­ме в адми­ни­стра­ции. Нам гово­рят: а на каком осно­ва­нии вы вооб­ще заня­ли эту жил­пло­щадь? Веле­ли к четыр­на­дца­ти часам сно­ва подой­ти. Ниче­го хоро­ше­го не ждем». Свет­ла­на смар­ги­ва­ет сле­зы. «Там ведь кошеч­ки мои», — ука­зы­ва­ет голо­вой на окна вто­ро­го эта­жа. Вход в ава­рий­ную зону закрыт. Доку­мен­ты и день­ги вче­ра заби­ра­ли под над­зо­ром спасателей. 

Вет­хий дом, остав­лен­ный теми счаст­лив­ца­ми, кто мог поз­во­лить себе улуч­ше­ние жилищ­ных усло­вий, уже лет два­дцать исполь­зо­вал­ся под слу­жеб­ные квар­ти­ры слу­жа­щим Самар­ско­го ПЖРТ. Свет­ла­на Заду­ми­на, напри­мер, и вся ее семья (муж, дочь, зять) дол­гое вре­мя справ­ля­ют обя­зан­но­сти муни­ци­паль­ных слу­жа­щих – двор­ни­ков, масте­ров участ­ка. Когда им предо­ста­ви­ли жилье, то лице­вые сче­та в бух­гал­те­рии откры­ва­ли на осно­ва­нии справ­ки-орде­ра. Теперь эти доку­мен­ты рай­он­ной адми­ни­стра­ции отче­го-то не нра­вят­ся. Отче­го-то рай­он­ной адми­ни­стра­ции инте­рес­нее счи­тать тру­до­вую семью Заду­ми­ных скво­те­ра­ми, сво­ей волей засе­лив­ши­ми дом по ули­це Самар­ской, 53Б, где вче­ра обру­ши­лась часть сте­ны. Жертв и постра­дав­ших нет, сооб­щи­ла пресс-служ­ба ГУ МЧС. У Свет­ла­ны Заду­ми­ной суще­ству­ет иное мнение.